При жизни принцессы отец не проявлял особой привязанности, рядом с ним всегда были наложницы. А теперь, когда она умерла, он вдруг стал таким скорбящим.
Но все вокруг делали вид, что горюют, и ей тоже пришлось выдавить из себя несколько слёз.
— Великий учитель, примите наши соболезнования, — подошёл ещё один человек.
Это был князь Пинюань Лу Жуй.
Фэн Куань кивнул. Лу Жуй отступил на шаг, и юноша позади него поклонился:
— Соболезную вашему горю.
Подняв голову, он сразу же взглянул на Фэн Чжао, стоявшую за спиной Фэн Куаня.
Это был сын Лу Жуя — Лу Сицин.
В детстве их семьи жили по соседству, и она часто играла с Лу Сицином. Потом его отец был назначен послом и отправился инспектировать страну, и их семья уехала, но связь сохранилась.
В детстве он был ниже её ростом, а теперь превратился в крепкого юношу, сильного, как степной волк. Говорят, он путешествовал с отцом по всей стране. Может, поэтому он так изменился и стал совсем непохож на того мальчика, каким был в детстве.
После долгого приёма гостей Фэн Чжао воспользовалась перерывом, чтобы сбежать в сад и отдохнуть в беседке у озера, где неожиданно встретила Лу Сицина.
— Ты всё ещё любишь это место? — сказал он.
Фэн Чжао улыбнулась:
— Ты помнишь?
В детстве, когда он приходил в усадьбу, она всегда тащила его к озеру, несмотря на недовольство старших.
Он вошёл в беседку и с беспокойством посмотрел на неё:
— Я слышал, тебя отправили в монастырь в наказание.
Фэн Чжао вздрогнула:
— Откуда ты знаешь?
Лу Сицин нахмурился:
— Моя тётя недавно стала придворной дамой при Тайхоу.
Она знала только Инхуа, родственницу семьи Фэн, которую призвали во дворец Тайцзи после смерти мужа и сына. Не ожидала, что у Тайхоу есть ещё и тётя Лу Сицина.
Она вздохнула:
— Если гнев Тайхоу утихнет, я смогу вернуться.
Вспомнив, что он теперь в столице, спросила:
— Вы остаётесь здесь надолго?
Он кивнул:
— Отец вернулся в столицу и назначен Великим генералиссимусом Северной армии. Мне же милостью императора пожаловали звание камергера.
Глаза Фэн Чжао загорелись:
— Значит, теперь ты будешь служить при дворе вместе с моим старшим братом!
Лу Сицин снова кивнул и добавил:
— Если у тебя будут трудности, Ачжао, обращайся ко мне.
Он склонился к ней, словно послушный огромный волк, всё ещё похожий на того мальчика из детства.
Фэн Чжао хотела что-то сказать, но в беседку вошёл ещё один человек.
— Господин Цуй.
Цуй Шэнь поклонился:
— Госпожа, здравствуйте.
— И вы здесь? — спросила она.
— Отец простудился и поручил мне представлять семью Цуй, — объяснил он.
Теперь Цуй Шэнь и Лу Сицин стояли по обе стороны от неё, и Фэн Чжао, чувствуя неловкость, поднялась, чтобы представить их друг другу.
После обмена любезностями Цуй Шэнь повернулся к Фэн Чжао:
— Госпожа, благодаря вашему рассказу о пейзажах Цзешаня моё сочинение имело успех среди коллег, и я выиграл коня «Облачную Пяту». Считаю, что половина заслуги ваша, и хотел бы пригласить вас посмотреть на этого коня.
Закончив, он встретил недоумённый взгляд Лу Сицина, который, казалось, хотел что-то сказать, но сдержался и лишь перевёл взгляд на Фэн Чжао.
Но Фэн Чжао обрадовалась. Не ожидала, что Цуй Шэнь окажется такой находчивым — зная её любовь к развлечениям, он даже подготовил повод.
Лу Сицин рассердился:
— Если Ачжао хочет покататься, у меня есть отличные кони с Запада, всех мастей и статей.
— Если будет время, обязательно приду, — ответила Фэн Чжао, смеясь над их ребячеством.
Но продолжить беседу им не дали: из главного двора уже прислали слугу за Фэн Чжао.
По дороге из сада во двор, среди деревьев и камней, раздался шум.
Заинтересовавшись, Фэн Чжао подошла ближе и увидела братьев Фэн Яня и Фэн Сю, а напротив них — незнакомого юношу.
С Фэн Сю ничего хорошего ждать не приходилось.
Так и вышло. Старший брат извинялся:
— Князь Цзинъян, простите, Цзысю ещё молод и глуп.
Тот, казалось, всё ещё злился, но, заметив приближающихся, лишь фыркнул и ушёл, размахивая рукавами.
Фэн Чжао подошла. Старший брат тяжело вздохнул, младший стоял неподвижно, с мрачным лицом, погружённый в свои мысли.
— Старший брат, что случилось? — спросила она.
Фэн Янь, увидев её, ответил с досадой:
— В прошлый раз младший брат обидел князя Цзинъяна в Цзиньюсы, а теперь они столкнулись на поминках. Князь не стал сдерживаться, и младший брат тоже не остался в долгу.
Князь Цзинъян? Князь Цзинъян!
Если это князь Цзинъян, то кто тогда Юань Чэнъи?
В голове у Фэн Чжао зашумело.
Её обманули!
Цуй Шэнь, заметив её смятение, спросил:
— Госпожа, что случилось?
Она покачала головой:
— Тот, кто только что ушёл, — князь Цзинъян?
Они переглянулись и кивнули.
Фэн Чжао рассмеялась сквозь злость. Вечно дурачила других, а теперь сама попала в ловушку.
Она глубоко вздохнула, стараясь успокоиться, и стала вспоминать все детали встреч с Юань Чэнъи. Вдруг осознала: он никогда не говорил, что он князь Цзинъян! Это она, увидев его в усадьбе князя, сама решила, что он и есть князь.
Теперь понятно, почему старший брат описывал князя Цзинъяна как своенравного, а Юань Чэнъи таким не казался. Она даже защищала его!
Она скрывала своё положение и чувствовала вину, а когда призналась, он разозлился. С какой стати? Небось потешался, когда она униженно извинялась!
Притворялся невинной жертвой обманов! Для кого этот спектакль?
Она стиснула зубы. Юань Чэнъи вовсе не невинен. Мужчина, скрывающий своё положение при встрече с девушкой, совершает непростительный грех. И имя его, Юань Чэнъи, наверняка тоже вымышленное!
Фэн Чжао снова глубоко вдохнула, обдумывая всё. Его поведение, его возможности — всё указывало на высокое положение. Если не князь Цзинъян, то кто-то из рода Юань.
У князя Цзинъяна пять младших братьев, плюс дяди, племянники — всего с десяток подходящих по возрасту. Но какая разница? Её тётка — сама Тайхоу! Нет в Поднебесной авторитета выше.
Пусть только попадётся ей на глаза с отцом и братьями — посмотрим, что он скажет!
Фэн Чжао стремительно направилась во внутренний двор, где к этому времени большинство гостей уже разошлось. Цуй Шэнь и Лу Сицин, видя её состояние, тоже не стали задерживаться и поспешили попрощаться.
А-е стоял перед гробом в траурном зале, возлагая благовония, с печальным выражением лица.
Обновлено: 21.01.2026