…
В тот момент, когда Вэнь Жуюй ворвался в павильон Нуаньй, Вэнь Сяонуань мирно лакомилась пирожными с османтусом.
Увидев «дешёвого папашу» с лицом человека, решившегося на смертный бой, она невольно вздрогнула от неожиданности.
— Отец, что с вами приключилось?
Вэнь Жуюй, не говоря ни слова, отобрал у неё пирожное. Выражение его лица было серьёзным до крайности.
— Нуань-нуань, с сегодняшнего дня и до самого банкета в честь дня рождения Вдовствующей императрицы ты обязана пройти мою личную спецподготовку!
«Спецподготовку?», – лицо Вэнь Сяонуань превратилось в один сплошной знак вопроса.
— И что это за подготовка?
— Тренировка «Закрой рот»! — Отрезал Вэнь Жуюй.
Так началась прискорбная (и до абсурда смешная) жизнь Вэнь Сяонуань.
Этап первый: обет молчания.
Вэнь Жуюй постановил: от рассвета до заката Вэнь Сяонуань не имеет права произнести ни единого слова. Любые просьбы – только в письменном виде. Он вручил ей тетрадь и кисть.
В первый день Вэнь Сяонуань это даже забавляло. Хотела пить – писала «Вода». Хотела сладостей – рисовала лепешку.
Но на второй день она начала выходить из себя. Особенно её доводило ежедневное задание «Истинное слово неудачи».
Не могла же она написать на бумаге и подсунуть кому-то под нос фразу: «Сегодня тебя ждёт беда»? Это было бы уже не «воронье карканье», а чистой воды провокация.
Поэтому, улучив момент, когда отец отвлекся, она тайком убежала в безлюдный угол и сказала кривому дереву:
— Ты такое кривое, того и гляди, молнией ударит.
В ту же ночь прогремел гром, сверкнула молния, и несчастное дерево действительно превратилось в обугленную щепку.
Вэнь Жуюй долго молчал, глядя то на почерневший ствол, то на невинное лицо дочери.
Тренировка молчанием с треском провалилась.
Этап второй: вода во рту.
Вэнь Жуюй придумал новый метод. Он заставил Вэнь Сяонуань набрать в рот воды, запретив её глотать или выплёвывать. Уж так-то она точно не сможет заговорить?
Вэнь Сяонуань стояла с надутыми щеками, напоминая маленького хомяка, и бросала на отца полные обиды взгляды.
Вэнь Жуюй был неумолим и лично следил за процессом. Однако не прошло и получаса, как Сяонуань не выдержала и икнула.
— Ик… Пф-ф-ф!
Фонтан воды со стопроцентной точностью угодил прямо в лицо Вэнь Жуюя, на котором было написано: «Я же ради твоего блага стараюсь».
Отец вытер лицо, посмотрел в огромные, полные влаги глаза дочери и снова погрузился в долгое молчание.
Тренировка с водой потерпела крах.
Этап третий: кляп.
Вэнь Жуюй окончательно обезумел. Он начал искать любые предметы, которыми можно было бы заткнуть дочери рот.
Мягкое хлопковое лакомство? Засунул – оно растаяло. Жёсткая вяленая говядина? Засунул – она её съела.
В конце концов, в порыве отчаяния, он притащил гладкий нефритовый камень.
— Нуань-нуань, а ну-ка открой рот. Подержи это внутри.
Вэнь Сяонуань посмотрела на булыжник, который был едва ли не больше её рта, и в ужасе попятилась.
— Отец! Вы что, придушить меня решили?! — Наконец не выдержала она.
Вэнь Жуюй смотрел на зажатую в углу дочь с выражением глубочайшей скорби.
— Но у меня же нет другого выхода! Я не хочу становиться титулованным Ваном, я просто хочу спокойно уйти в отставку! — Взвыл он, обхватив голову руками.
Череда неудач довела психику Вэнь Жуюя до грани нервного срыва. Он заперся в кабинете и не выходил оттуда весь день.
Вэнь Сяонуань, немного обеспокоенная, принесла ему чашу с женьшеневым отваром. Отворив дверь, она увидела, как отец расстелил на столе огромный лист бумаги и увлечённо что-то чертит кистью.
Из любопытства она подошла ближе. На бумаге была изображена странная… маска?
Конструкция выглядела роскошно: инкрустирована драгоценными камнями и жемчугом, украшена ажурной резьбой. Но была одна деталь: рот у маски был наглухо заварен, оставлены лишь две крохотные дырочки для ноздрей.
Рядом каллиграфическим почерком была приписка:
«Выковать из золота, закрепить замком из метеоритного железа. Ключ хранить у отца на груди».
Обновлено: 18.02.2026