Глава 34 — Глава 34: Саймон-авантюрист (4)

Глава 34: Саймон-авантюрист (4) После трех долгих дней в море на горизонте наконец показалась Розанна – вальнейский порт. Во время путешествия Саймон успел почитать об этом городе. Процветающий центр трансконтинентальной торговли, Розанна раскинулась по обе стороны широкого устья реки Вилан, впадающей в Драконье море. Берега соединял колоссальный арочный мост, который считался одним из величайших в мире. Глядя на то, как его массивная громада нависает над водами, Саймон готов был поверить в любые легенды. В книгах говорилось, что на мосту кипит жизнь: там расположился огромный базар и бесчисленные лавки, где торговали рабами, специями и товарами со всех уголков света. Северная часть города, выстроенная на утесах выше южных, была средоточием дворцов знати, особняков торговых принцев, офисов гильдий и штаб-квартир горнодобывающих компаний – истинное сердце экономического господства Розанны. Южная же половина была отдана под порты и серебряные рудники. Саймон сразу понял, что это беднейший район: тесно прижатые друг к другу кирпичные домишки резко контрастировали с величественными мраморными зданиями на богатом берегу. Именно там, судя по дневникам отца, обустроил свое логово Принц Пауков. Саймон пытался разузнать, что стоит за этим титулом, но поиски не дали плодов. Ни Бельземина, ни пассажиры корабля никогда не слышали о таком человеке – если это вообще был человек. Скорее всего, речь шла о каком-то кодовом имени. Помня о том, что Бальзам Магнос оказался куда более жестоким и порочным, чем сын мог себе представить, Саймон прилежно осваивал новые проклятия второго круга под руководством Бельземины – на случай, если новый «наставник» решит его предать. Заклинание, над которым он работал сейчас, называлось «Слепота»: оно накладывало одноименный недуг на любую цель в поле зрения. В бою это должно быть весьма полезно. Бельземина также упоминала иную школу магии, сосредоточенную на миазмах, но Саймон не был уверен, стоит ли ему в это вникать… — Бесословие? — Переспросил он ее с легкой тревогой. — Разве это не демоническое колдовство? — Бесословие действительно относится к школе магии, направленной на призыв демонов, сделки с ними или использование их силы, — подтвердила Бельземина. — К примеру, само «Бесословие» позволяет призывать низших сущностей, бесов, для исполнения воли заклинателя, а «Одержимость» дает злым духам возможность усилить Силу и Живучесть Вашего Величества. Оба этих заклинания относятся ко второму кругу и питаются миазмой. Саймон сомневался в мудрости использования подобных чар. Хотя Империя и допускала применение бесословия в военных целях, классы, практикующие эту ветвь магии, находились под строжайшим государственным контролем. В других же странах такую практику презирали или вовсе запрещали. Эола тоже вряд ли обрадуется, тем более что Саймон до сих пор не открыл ей правду о своем классе. «С другой стороны, не помешает выучить эти заклинания, даже если я не стану их применять», – размышлял Саймон. Он уже поднимал трупы с помощью некромантии, что едва ли было более цивилизованным занятием. «В критической ситуации они могут спасти жизнь, а изучение бесословия со временем может дать мне преимущество против Зодиакальных Демонов». Впрочем, Саймон решил, что сначала нужно найти безопасное убежище или дом, а уже потом всерьез раздумывать над всеми этими демоническими штуками. Вскоре «Странник» пришвартовался в шумной гавани, чьи размеры заставили бы острова Бервик устыдиться своей скромности. Едва сойдя на берег, Эола сбросила накидку, впервые за неделю расправив крылья. Она сразу приковала к себе взгляды рыбаков, матросов и тех пассажиров, что во время плавания привыкли слушать ее игру на уде. — Ты привлекаешь лишнее внимание, — предостерег ее Саймон. — Ну и что? — Эола нахмурилась. — Ты сам сказал, что здесь нам не нужно бояться поимки, а я уже очень, очень давно мечтала размять крылья. — Я понимаю, но… — Саймон осекся, осознав, что дело уже сделано, да и скрывать природу Эолы-перевертыша вечно все равно бы не вышло. — Просто будь осторожна. Мы в чужой стране. Нам стоит как можно дольше не поднимать шума. — Ни вам, ни госпоже Эоле нечего бояться, пока я рядом, господин Саймон, — вставила Бельземина, как всегда стремясь угодить ему. Эола окинула взглядом бесконечную череду складов, борделей и таверн, заполонивших прибрежную полосу. — Значит, пора искать гнездо, где мы устроимся? — Таков план, но сперва мне нужно встретиться со своим связным, — ответил Саймон, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу. — Он должен быть где-то рядом, хотя… — Хотя? — Эола прищурилась, вновь проявив свою исключительную наблюдательность. — Ты кажешься встревоженным. Этот твой знакомый опасен? — Мне сказали, что он может нам помочь, но сам способ связи больше напоминает шпионскую сеть или тайный культ, — пояснил Саймон. К тому же последним «наставником», которому Бальзам Магнос доверил свои секреты, оказался беспринципный тайный некромант. Этот новый контакт наверняка был личностью не менее сомнительной. — Так что нет, я ему не доверяю, и он, скорее всего, опасен. Теперь уже Эола выглядела обеспокоенной за его безопасность. — Что же такого важного ты ищешь, раз готов рискнуть встречей с подобным типом? — Мне нужен один конкретный Гербовый камень. — Саймон скрестил руки на груди. — Со мной будет Бельземина, так что я справлюсь. Тебе вовсе не обязательно в это ввязываться, если не хочешь. — Я не боюсь, — Эола пожала плечами. — Мне теперь просто любопытно. Я пойду с тобой. — Что ж, ладно. Поиски заняли добрых полчаса, но вскоре троица нашла то, что искала: мясную лавку, зажатую между борделем с красными фонарями над дверью и кузницей, из двух труб которой валил густой дым. Над входом висела вывеска с изображением быка, а внутри воздух был пропитан запахом свежего мяса. Эола брезгливо сморщила нос – Саймон уже заметил, что она была строгой вегетарианкой. За засаленным прилавком их встретил улыбающийся мужчина, чей хищный взгляд мгновенно заставил Саймона содрогнуться. — Приветствую, незнакомцы, — произнес он на вальнейском, который навык Саймона тут же перевел. — Что ищете? — Мясо красной вдовы, — ответил Саймон, следуя инструкции из дневников. Мужчина вскинул бровь, притворяясь непонимающим. — Прошу прощения, мы таким не торгуем. Как ваше имя? — Волчий Погреб, — отозвался Саймон, ловя на себе странные взгляды спутниц. Мясник тоже это заметил. Всем стало ясно, что разговор идет на языке шифров. — Понимаю. С какой целью пожаловали, Волк? «Была не была», – подумал Саймон и произнес пароль из отцовских записей: — Заморский император поведал мне, что синяя вдова сплела дивную паутину боли. Саймон понятия не имел, что означает эта фраза, но лицо мясника вмиг стало словно каменным. — Четвертая дверь слева, — сказал он, указывая на проход за прилавком. — Один. Остальным знать не положено. «Темные делишки, как и ожидалось». Саймон помрачнел, но принял условия и повернулся к спутницам: — Ждите меня здесь. — Хозяин… — начала Бельземина, но Саймон не дал ей договорить. — Оставайся тут. Я скоро. — Затем он передал ей мысленно: «Если что-то случится, я тебя позову, Бельземина». Почувствовав его слова через Клеймо Лени, Бельземина выпрямилась и покорно кивнула: «Слушаюсь, хозяин». Эола, которая с самого входа не сводила с мясника подозрительного взгляда, наконец заговорила: — Ты ведь не человек, верно? Губы мясника растянулись в неестественно широкой улыбке, и он ответил на чистом языке кишей: — Нет, я не человек. Я просто мясо. Эола прикусила губу. — Будь осторожен, — тихо предупредила она Саймона. — Если скоро не вернешься, мы прорвемся силой. — В этом нет нужды, — ответил Саймон. — Нет, но мы все равно это сделаем. — Эола смерила улыбающегося мясника суровым взглядом. — Я не доверяю тем, кто носит маски, и тебе не советую. «Довольно ироничное предупреждение». Саймон подавил тревогу и по приглашению странного человека прошел за прилавок, игнорируя обеспокоенные взгляды спутниц. Перед ним растянулся длинный коридор с шестнадцатью дверями, по восемь с каждой стороны. Саймон тут же сообразил, что коридор слишком велик для такой маленькой лавки. Было ли это заклинание иллюзии или хитроумная архитектура? Как бы то ни было, четвертая дверь слева была выкрашена в желтый цвет, имела черную ручку и вырезанный на дереве глаз. Саймон глубоко вдохнул и открыл ее, но увидел впереди лишь густую, непроглядную тьму. — Здесь есть кто-нибудь? — Спросил Саймон. Не дождавшись ответа, он переступил порог, и в тот же миг дверь за его спиной захлопнулась. Он едва не призвал свое облачение Владыки для защиты, но сдержался и стал терпеливо ждать. Никто не стал бы устраивать столь сложную церемонию лишь для того, чтобы прикончить его на месте. Внезапно вспыхнул свет канделябра, разогнав мрак и явив взору небольшой круглый стол из красного дерева и пять стульев. Рядом Саймон заметил жуткую шестиметровую статую паука с восемью зловещими рубиновыми глазами, которые, казалось, пристально следили за ним. За столом сидела элегантная молодая женщина. Ее волосы средней длины были выкрашены в темно-синий цвет, а глаза сияли бледным сапфировым блеском. Одета она была так, будто собиралась одновременно и на бал, и в бой: фиолетовая блуза с открытыми плечами и пышными рукавами скрывалась под черным корсетом с высокой шнуровкой, туго стягивающим тонкую талию. Ноги облегали чулки с кружевным узором и сапоги до колен. На поясе висела рапира, а на столе, под рукой, рядом с курительной трубкой лежал массивный гримуар, инкрустированный розоватым камнем. — Присаживайся, Саймон Магнос, — произнесла она голосом, который был острее любого клинка. По спине Саймона пробежал холодок. Никто не называл его полным именем уже много дней. — Вы и есть Принц Пауков? — Нет. — Она указала на статую паука. — Но он наблюдает. Саймон нахмурился и сел за стол. Его не покидало гнетущее чувство, что он забрел в логово монстра. Теория о тайном культе с каждой секундой казалась всё более правдоподобной. Хотя от статуи и исходила магия, она меркла по сравнению с аурой, излучаемой книгой женщины. Саймон присмотрелся к драгоценному камню на обложке, и его глаза расширились от шока, когда он узнал вырезанный на нем символ: знак зодиакального Рака. — Драгоценный камень, — произнесла женщина с тонкой кошачьей улыбкой. — Знакомый камень? — Откуда он у вас?! — Тут же спросил Саймон. Сомнений не было – это кристалл миазмов, но его зловещая сила казалась приглушенной, вернее, запечатанной. — Вы хоть представляете, что это такое?! — Здесь вопросы задаем мы. Веди себя прилично, и, возможно, Принц просветит тебя. — Женщина поднесла трубку к губам, и комнату наполнил пряный аромат. — Кто научил тебя паролю? — Мой отец, Владыка Бальзам. — До или после его убийства? Сердце Саймона пропустило удар. — Откуда вы… — Отвечай сейчас или проваливай за дверь, — резко перебила женщина. — Ты пришел к Принцу просить аудиенции, так что играй по его правилам. Саймон лихорадочно соображал, как поступить. Теперь он понимал, что совершил ошибку, не собрав информацию об этом Принце Пауков заранее. Вся эта ситуация смердела хуже, чем недельная тухлая рыба. — После смерти отца я нашел секретные записи, в которых говорилось, что я могу обратиться за помощью к «потенциальному наставнику»… — на последнем слове женщина издала мрачный смешок, — …Там же был описан способ, как попасть сюда. Улыбка женщины напомнила Саймону акулий оскал. — Ты ведь понятия не имеешь, где находишься и кто мы такие, верно? Саймон стиснул зубы. — Могу предположить, что вы какой-то культ бога-паука? — Мы – «Паутина». Если вкратце… — Женщина затянулась и выпустила облако дыма. — Если представить главных игроков преступного мира как государства, то мы были бы Эндимионом, а Принц – его Владыкой. Преступный синдикат. Идеей Бальзама Магноса о наставнике для сына оказался глава преступного синдиката. Саймон не был совсем уж поражен, ведь он догадывался о сомнительности контакта, но всегда считал, что Владыка ставит себя выше мелких воришек и наемных убийц. Должно быть, этот Принц Пауков был чертовски опасен, раз удостоился личного внимания императора. — Громкое хвастовство, — бросил Саймон, скрывая нервозность. «Мне действительно стоило разузнать о них побольше». — Это не хвастовство, это факт, — с усмешкой парировала женщина. — Мы переправляем рабов-зверолюдей из Теллурии, вроде той твоей крылатой девчонки, и превращаем их в шлюх для вальнейских борделей. Мы меняем мусанское оружие на эндимионское, служа лордам Наварры. Мы торгуем наркотиками и для бедняков, и для богачей. Мы грабим священные гробницы и крадем государственные тайны. Мы убьем кого угодно и где угодно, если цена будет подходящей. Наша сеть удовлетворяет любую смертную потребность по всему миру, и Принц плетет ее всё шире. Это могли быть ложь и бахвальство – преступники часто пускают пыль в глаза для острастки, но осведомленность о его личности и смерти Бальзама говорила об очень продвинутой разведке. Саймон решил принимать ее слова на веру, пока не доказано обратное. — Почему же в записях отца упоминались вы? — Спросил он, не сводя глаз с кристалла Рака. — Он хотел заполучить этот кристалл? — Владыка оказывал нам услуги в прошлом, рассчитывая, что мы отплатим ему или его наследникам. Пароль, который ты назвал, был сигналом к тому, что пришло время внести наш вклад. — Женщина направила трубку на Саймона. — Что подводит меня к следующему вопросу: чего ты хочешь? Саймон задумался. Если женщина не лгала, возможности их организации были безграничны. Наличие запечатанного кристалла Зодиакального Демона подтверждало это. Через них он мог получить ресурсы, недоступные иным путем. Тем не менее Саймон понимал: доверять преступникам нельзя. Подобные люди не славятся честностью и законопослушностью. Попросишь слишком много – и цена окажется непомерной, или же ты привлечешь внимание очень опасных личностей. А он пока знал слишком мало, чтобы сделать верный ход. Лучше не рисковать. С «Паутиной» он разберется в будущих жизнях, когда соберет больше сведений. — Мне нужен Гербовый камень с навыком, повышающим получение опыта, — сказал Саймон. — И всё? — Женщина выглядела разочарованной. — Тебе не хватает амбиций или ты боишься иметь с нами дело? — Мои причины касаются только меня, — отрезал Саймон, не желая выдавать лишнего. Затем он кивнул на кристалл Рака: — Но если уж просить большего, я хотел бы знать, где вы это нашли. — Справедливо. — Женщина взяла гримуар. — Мы нашли его в пыльном старом Подземелье на острове к северу от Вальнии. Перебили там монстров, вычистили всё до основания и ушли. Эти безумцы осмелились совершить налет на Демоний Курган. — Вы ведь понимаете, что в этих кристаллах заточены грозные демоны? — Мы знаем. Существо внутри связано книгой и вынуждено исполнять волю «Паутины». — Женщина хмыкнула. — Хочешь такой же? Вопреки здравому смыслу, глаза Саймона слегка расширились. — Вы знаете, где находятся другие кристаллы? — Знаем… но, к твоему сожалению, это выходит далеко за рамки услуги, которую мы задолжали твоему папаше. — Как истинный Разбойник, женщина тут же начала набивать цену. — Если хочешь большего, придется раскошелиться. — Тогда нет, — сказал Саймон. Он не заглотил наживку. Он был уверен, что оставлять демонический кристалл в руках преступного синдиката – плохая затея, но оказаться у них под каблуком было бы еще хуже. Внезапно рубиновые глаза паука вспыхнули, и из статуи донесся шепчущий голос, в котором не было ни мужских, ни женских черт: «Шёлк». Женщина выпрямилась, ее расслабленная и игривая манера мгновенно сменилась смертельной серьезностью. — Да, мой Принц? — Гербовый камень Фрилансера и значок Ренала нашему гостю вручи, — произнес голос Принца Пауков. — Долг возвращен, дар любознательному. Женщина по имени Шёлк кивнула и поднялась со стула. — Минутку, — бросила она, подхватила книгу и исчезла во тьме за кругом света от канделябра. Саймон посмотрел на статую. Он был уверен, что кто-то использует магию, чтобы говорить через нее издалека, наблюдая его глазами. Этот Принц Пауков либо был могущественным магом, либо обладал сильными артефактами. Мог ли он быть нынешним Разбойником? Тот благородный Гербовый камень исчез, когда Эндимион покорил Наварру, но он всегда каким-то образом оказывался в руках преступников и смутьянов. Шёлк вскоре вернулась, обменяв книгу на две вещи: белый Гербовый камень с вырезанным символом в виде ключа и золотой значок с единорогом. Она положила их на стол и подтолкнула к Саймону. Саймон тут же схватил камень, чувствуя, как его мана вливается в жилы. Это был подлинник, и «Паутина» достала его по первому требованию. Саймон немедленно активировал силу камня. Его одежда сменилась простой белой туникой с символом камня, бежевыми штанами, парой сапог и перчатками. Трансформация этого класса была куда менее радикальной, чем у Владыки или Гладиатора, но это все равно было классовое облачение. Вы открыли класс Фрилансер. Фрилансер: Разносторонний работник, быстро осваивающий новые навыки. Сила C, Живучесть C, Ловкость C, Восприятие C, Магия C, Интеллект C, Харизма C, Удача C. Врожденный навык: Быстрое Обучение (пассивный): Вы получаете опыт со скоростью x1.5 (с округлением вниз). Навык 1 уровня: Мастер на все клинки 1 (пассивный): Позволяет владеть любым оружием на среднем уровне (урон x1.5). Наконец-то он нашел навык для ускорения опыта. — Спасибо, — сказал Саймон. Хоть он и имел дело с преступниками, вежливость не помешала бы, раз они выполнили свою часть сделки. — А значок для чего? — В Розанне есть компания авантюристов под названием Гильдия Единорога, — пояснила Шёлк. — Группа законопослушных доброхотов, доморощенных героев и охотников на монстров, связанных с движением сопротивления «Белый Единорог». Этот значок предназначался нашему агенту, который должен был в нее внедриться, но Принц решил отдать его тебе. «Белый Единорог?» Саймон точно знал, что движение сопротивления бежало за Драконье море после падения Магволии и исчезновения Паладина, который мог бы их возглавить. Но он и не подозревал, что они покровительствуют гильдиям авантюристов. «Как странно, что судьба снова сводит меня с ними, ведь я мог бы примкнуть к ним, если бы не вмешательство отца». — Зачем отдавать его мне? — Саймон был сбит с толку таким подарком. — У меня нет желания сражаться против своей родины. — Авантюристом стать ты когда-то желал, не так ли? — Ответил через статую голос Принца Пауков, в котором слышалась тень усмешки. — Истину прелюбопытную найдешь ты в тех залах. Разумеется, таинственный криминальный гений не мог не говорить загадками. Этот Принц был ничем не лучше Дюшара. Хуже того, он явно обладал какими-то личными сведениями о Саймоне, ведь о его мечте стать авантюристом мало кто знал за пределами семьи. Неужели Бальзам просветил своего связного насчет бастарда? Как бы то ни было, Саймон решил не копать глубже, пока не узнает больше о самой «Паутине». Прыжок в неизведанные воды всегда вел к катастрофе. Этот подарок и так выглядел чертовски подозрительно. — Полагаю, наши дела на этом закончены, — сказал Саймон, забирая значок. — Еще кое-что. — Шёлк затянулась трубкой. — Тысяча серебряных монет за ту крылатую девчонку снаружи. Саймон скривился от отвращения. — Она не продается. — Тогда две тысячи. — Она не продается, — повторил Саймон уже гораздо резче. — Ладно, ладно. Она принесла бы тебе целое состояние в городских борделях, но это твоя потеря. — Женщина хмыкнула, продолжая дымить трубкой. — Закрой дверь, когда будешь выходить. Саймон так и сделал, не оборачиваясь. Он деактивировал класс Фрилансера, прошел по коридору и воссоединился со своими спутницами. Обе выглядели заметно облегченными, увидев его живым и невредимым. — Надеемся на новую встречу, — бросил ухмыляющийся мясник, когда они выходили из лавки. «Только не по моей воле», – подумал Саймон. Свежий соленый морской воздух никогда еще не казался ему таким приятным. — Кто были эти люди? — Тут же спросила Эола, едва они оказались на улице. Саймон вздохнул. — Тебе о чем-нибудь говорит название «Паутина»? Лицо Эолы стало белее мела. — Это было одно из их прикрытий? — Судя по всему. Я и сам не знал, пока не вошел. — Судя по ее реакции, Саймон догадался, что ей уже доводилось сталкиваться с ними. — Ты встречала этих преступников? — Это отребье, подонки, — ответила Эола, и страх в ее голосе смешался с яростным отвращением и ненавистью. — Виверна продает им тех кишей, что отказываются ей подчиняться, чтобы пополнить свою военную казну. — Вот как? — Саймон был ошарашен. В этом была своя извращенная логика. «Полезно знать на случай, если придется заняться этим драконом…» — Нужно сообщить властям, — настаивала Эола, гневно глядя на мясную лавку. — Если они узнают, что здесь действуют работорговцы… — Это было бы крайне неразумно, — прервал ее Саймон. — Скорее всего, городская стража у них в доле, и всё, что ты получишь, – это нож в горло. Мне несказанно повезло, что они без проблем отдали нужный мне Гербовый камень. — Такие, как они, никогда ничего не делают даром и не помогают без выгоды для себя. — Эола нахмурилась. — Кто ты такой на самом деле? — Я… я расскажу тебе позже, — пообещал Саймон. — С глазу на глаз. Эола явно сохранила подозрения, но доверилась ему и не стала расспрашивать дальше. — Что теперь? Саймон задумался. Сначала они найдут постоялый двор – желательно подальше от этой «Паутины», – где смогут спокойно отдохнуть. Там он расскажет Эоле правду, а затем расспросит Бельземину о классе Фрилансера, чтобы решить: стоит ли сначала прокачать его или сразу поглотить навык «Быстрое Обучение». А после… На этом мысли обрывались. Он не заглядывал в этой жизни дальше получения Гербового камня. Наверняка можно найти работу для авантюристов, чтобы поднять уровень, но спешить было некуда: ни конкретных задач, ни дамоклова меча над головой. Пожалуй, впервые в жизни у Саймона появилось свободное время и не было четкого направления. И он совершенно не представлял, что с этим делать.