Глава 15: «На службе Его Высочества» (4)
Дассейн сдержал слово и снабдил Саймона всем необходимым: отчетами о наградах за головы, резвыми конями, солдатским пайком и даже зачарованным пламенеющим мечом. Последний Саймону был не особо нужен, учитывая наличие поглощающего энергию моргенштерна, но он все равно принял подношение.
В его жизни подарки случались редко, и оттого он ценил их куда сильнее.
Что еще важнее, этим утром в его покои не ворвались инквизиторы или солдаты, чтобы утащить на казнь. Значит, ни Марилит, ни Леонард не выдали его тайну, что несказанно радовало Саймона.
Впрочем, бдительности он не терял. В итоге Саймон решил взять на охоту всю свою свиту, чтобы пока что присматривать за каждым. Он рассудил, что это станет отличным поводом сплотить отряд и посмотреть, на что они способны как единое целое. К тому же Агнес подтвердила, что может слегка подправить гербовые камни рабов Эолы и Лоримора: теперь механизм «смерти» сработает, если те взболтнут лишнего об истинном владельце класса Владыка. Это снимало его последние опасения.
Территория адской гончей находилась в пяти часах езды от Белета и представляла собой поросший травой перевал между двумя холмами. Армия давно знала об этом логове и сопровождала важные караваны через опасную зону, но зверю раз за разом удавалось ускользать от охотничьих экспедиций. Монстры зачастую были достаточно умны, чтобы избегать схваток, в которых не могли победить.
Поэтому Саймон взял с собой эксперта.
— Ты нашла след? — Спросил он Кассандру.
— Да, Ваше Величество, — подтвердила Кассандра. Для этого задания она облачилась в наряд класса Ведьма: поверх вуали материализовалась темная шляпа, на поясе повис призрачный фонарь, а в руке появился черный витой посох. — Зверь затаился на востоке.
— Согласна, — подтвердила Агнес Огнежезл. — Я чувствую присутствие Тьмы неподалеку.
Большинство монстров появлялись в результате мутации живых существ под воздействием миазмы, так что Саймон резонно рассудил, что помощь Кассандры будет нелишней. Юная ведьма приняла предложение с редким энтузиазмом – ей не терпелось выяснить, как адская гончая оказалась так близко к населенному пункту.
Саймон нашел применение и Эоле: она служила летающим дозорным. Киш была не в восторге от поручения, но подчинилась. Она кружила в небе над ними, так как гербовый камень не позволял ей удаляться от Саймона слишком далеко без боли, если только он не давал прямого приказа. Саймон был почти уверен, что при первой же возможности она сбежит, а потому не рисковал.
— Нам следует держаться с подветренной стороны, чтобы звери не учуяли наше приближение, — мудро заметил Леонард. — Волки обычно активнее в сумерках, а солнце сядет еще не скоро. Если повезет, мы застанем тварь врасплох, пока она спит.
Кассандра тонко улыбнулась:
— Адские гончие не спят, сер Леонард. Они просто ждут.
— Что ты можешь рассказать об этом существе? — Спросил Саймон.
— Адские гончие – это псовые, пропитанные миазмой, что дарует им огромные размеры, силу и саму мощь огня, — заговорила Кассандра, и в ее голосе прорезался исследовательский азарт. — Их кровь и дыхание несут пламя. Они могут вырастать крупнее ломовых лошадей, а с возрастом у них часто отрастают дополнительные головы.
— Та, на которую мы охотимся, согласно отчетам, имеет лишь одну голову, Ваше Высочество, — добавила Марилит. — Она не должна стать для нас серьезной помехой, хотя опыта мы получим немного.
Это беспокоило Саймона. Он выбрал адскую гончую первой целью, так как она была самой близкой и слабой, но надеялся получить за нее хотя бы уровень-другой.
— Я до сих пор не совсем понимаю, как распределяется этот «опыт», — признался он. — Слышал, обычно он делится на всю группу. Это правда?
— В целом верно – доля опыта каждого участника размывается тем сильнее, чем больше людей участвует в битве, однако исключений бесчисленное множество, — ответил Леонард. — Универсальной формулы для опыта не существует, так как скорость его получения зависит от множества факторов, и первый из них – сам класс. Тактик может получить много опыта за битву, даже не обнажив клинка, если приведет союзников к победе верной стратегией. В то же время Гладиатор и Волшебник, сражаясь в той же битве, заработают опыт с разной скоростью в зависимости от своих действий.
— Ты имеешь в виду их вклад в бой? — Уточнил Саймон.
— И да, и нет. Опыт отражает то, насколько человек созвучен своему гербовому камню и классу, вот почему можно повышать уровни сразу в нескольких классах по разным веткам. Рыцарь, сражающийся издалека, не созвучен своему классу, как и Вор, играющий честно. Полагаю, Гладиатор получит больше опыта за бой на арене перед толпой зрителей, чем за убийство кого-то в темном переулке.
— Хотя в обоих случаях этот Гладиатор опыт все же получит, — заметила Марилит. — Тот, кто наносит смертельный удар, обычно забирает львиную долю, но если кто-то прохлаждался до самого конца и лишь в финале нанес «удар милосердия», он не заработает почти ничего.
Это объясняло, почему Саймон получил всего два уровня за убийство Лоримора в предыдущей петле, хотя уже тогда был Ученым 8-го уровня. Саймон нанес решающий удар, но всю грязную работу по его захвату проделали другие. Казнь не была славной победой в бою.
— Значит, получение опыта зависит не только от того, «что» мы убиваем, но и «как» мы это делаем, — резюмировал Саймон. Это порождало еще больше вопросов. Какой из его классов получит больше опыта в этой охоте? Стоит ли сосредоточиться на усилении Гладиатора, а не Владыки, чтобы последний со временем мог поглотить одну из способностей первого? — Агнес, как обычно получали уровни прежние Владыки?
Ее ответ был прямым и лаконичным:
— Через завоевания.
«Оно и видно». Саймон догадался, почему его отец был столь неутомим в своих войнах. Расширение империи, вполне возможно, было единственным надежным способом повышать уровень класса Владыка после определенного этапа. «Убийство монстра и захват его территории – не так эффектно, как покорение Теллурии, но должно соответствовать желаниям Владыки».
Саймону стоило бы призвать Хранителя Трона и расспросить его о выборе классов предшественников, когда он в следующий раз посетит замок Стена Страха. Он пытался вызвать тень в Белете, но та не явилась. Вероятно, расстояние до Багряного Трона было слишком велико.
Лоримор, который молча ехал в хвосте группы с сумкой, набитой документами для расшифровки в пути, прищурился: — «Прежние» Владыки?
— Со временем всё прояснится, — ответил Саймон и посмотрел вверх. — Видишь что-нибудь, Эола?
Саймон заметил, как она скривилась от раздражения, получая приказы с самой земли, но на вопрос все же ответила:
— Вижу волков у пещеры.
— Адская гончая должна быть внутри, — сказал Саймон и начал раздавать приказы. — Марилит, Леонард, проследите, чтобы нам не мешали, и защищайте остальных. Мы с Огнежезл займемся гончей.
Кассандра усмехнулась:
— Ваше Высочество весьма галантны, но я и сама могу постоять за себя. Я Ведьма тридцатого уровня.
— Вот как? — Удивился Саймон. Проклятье, в его отряде все, кроме Лоримора, были выше его уровнем! — Что ж, тогда удачной охоты.
Вскоре они нашли пещеру у подножия холма, вход в которую был слегка скрыт зарослями дикой клубники. С полдюжины волков несли стражу у порога и тут же оскалились. Леонард и Марилит спешились и быстро приняли свой классовый облик.
Класс Дредноут мгновенно облачил Леонарда в массивные рыцарские латы бело-синего цвета, закрывающие каждый дюйм кожи. Шлем венчал желтый гребень, а забрало имело лишь узкую горизонтальную прорезь для глаз. В левой руке он держал тяжелую павезу, а в правой – длинный меч. Трансформация Марилит в Валькирию была изящнее: на каблуках и поясе ее доспехов выросли металлические крылья, на голове появилась пернатая лента, а в руках соткалось белое копье.
Они рванулись вперед смазанными тенями, и волчьи головы покатились по траве.
Они двигались так быстро, что Саймон с трудом поспевал за их движениями. Он слышал, что Дредноут – относительно медленный класс, ориентированный на силу и защиту, однако Леонард все равно оказался пугающе быстрым. Он двигался с грацией, не вяжущейся с громоздкой броней, и взмахивал мечом с непринужденной легкостью, словно тот был продолжением его руки. Марилит была еще стремительнее, ее копье так и порхало между пальцев. Каждый выпад окрашивал траву кровью, но ни капли не попало на ее волосы или одежду.
«Мне предстоит еще очень много работы над собой», – подумал Саймон. Они с Огнежезл спешились и вошли в пещеру, пока союзники зачищали территорию. Любой из его вассалов мог убить его в мгновение ока, если бы пожелал. «Лорд не должен быть слабее своих последователей».
Саймон не понимал, почему это так задевает его. Он жаждал безвестности вдали от политики и не собирался становиться лидером. Он планировал развивать классы Владыка и Гладиатор лишь для того, чтобы защититься от заговора против его семьи и стать достаточно сильным для мести таким, как Талас. Ему должно быть все равно, что его подчиненные сильнее.
Но это все равно раздражало.
Пещера была довольно узкой, поросшие мхом валуны и кучи листьев местами преграждали путь. Земля была усеяна обломками костей. Большинство принадлежало лошадям или кокатриксам, но попадались и явно человеческие черепа, разгрызенные в щепки. Слабое зеленое свечение озаряло глубь грота, подобно свету факела. В воздухе висел тяжелый запах засохшей крови.
Саймон принял облик Владыки, решив при любой возможности качать именно этот класс, а не Гладиатора. Владыка был единственным классом, уровни которого, как он точно знал, сохранялись от правления к правлению. Он не хотел тратить слишком много времени на Гладиатора, пока не убедится, что то же самое относится и к вторичным классам.
Они нашли тварь в самом конце пещеры: она пировала над трупом мужчины в компании двух волчиц.
Зверь и впрямь был огромным, похожим на мертвеца псом с угольно-черным мехом размером с лошадь. Его глаза пылали зеленоватым пламенем, а с челюстей капала кислота. Лапы окутывал дым, оставлявший на земле выжженные следы. Он поднял взгляд на пришельцев, не выказав ни капли страха.
А еще на его шее красовался ошейник, испещренный рунами.
Это удивило Саймона. Неужели этот зверь был чьим-то питомцем до того, как сбежал? Он сомневался в этом, чувствуя магию, исходящую от устройства. Весьма странно.
Адская гончая оскалила пасть, полную клыков длиной с кинжал, и зарычала на Саймона и Агнес; волчицы ей подражали.
— Человечишка выбрал смерть, придя в логово Нессиана, — проговорила гончая низким, хриплым голосом. Саймон опешил, пока не вспомнил, что его навык «Всевидящее Око I» позволяет понимать любые языки – видимо, включая звериный рык. — Человечишке стоит бежать. Так охота будет забавнее.
Саймон не впечатлился. — Кто надел тебе этот ошейник, зверь?
— Нессиан не разговаривает с едой.
— И славно, ибо я тебе не еда, — Саймон ответил активацией навыка «Ужасающая Аура», начав излучать сам страх. Воздух потяжелел от злобы, заставив гончую вздрогнуть, а волчиц – перепугаться. Их рык сменился скулежом, и они, поджав хвосты, забились в глубь пещеры.
— Трусихи! — Рявкнул на них Нессиан, но те не шелохнулись. — Недостойны вынашивать щенков Нессиана!
— Твои подружки боятся меня больше, чем тебя, — Саймон подразнил тварь. — Как думаешь, Агнес, я справлюсь сам на одиннадцатом уровне?
— Да, но бой может быть тяжелым.
— Хорошо. Тогда стой сзади и не вмешивайся, пока моей жизни не будет грозить опасность. — Саймон поднял моргенштерн. — Темный Клинок.
Вихри теней окутали его оружие тьмой, и он двинулся вперед, чтобы прикончить пса.
— Нессиан не бежит от драки! — Взревела адская гончая и бесстрашно бросилась в атаку.
Загнанный в угол зверь мгновенно среагировал, прыгнув через всю пещеру с широко разинутой пастью. Он был быстр, но Саймон достаточно тренировался в лабиринте Дюшара, чтобы рефлексы сработали сами собой. Он уклонился влево в тот самый миг, когда клыки едва не сомкнулись на нем, и ударил зверя в голову. Моргенштерн опустился с силой, способной убить человека на месте, и хотя он окровавил глаз животного, это лишь еще сильнее его разъярило.
Саймон замахнулся для повторного удара, но гончая полоснула его дымящейся лапой. Удар пришелся Саймону в грудь и был мощнее любого выпада нежити Дюшара. Хотя доспех Владыки поглотил большую часть урона, Саймона все равно отбросило к стене пещеры.
Он крякнул и приготовился к новой атаке, когда гончая раскрыла пасть. Она издала жуткий вой, эхом разнесшийся по сводам, которому вторил скулеж волчиц. Саймон почувствовал, как этот звук проникает в саму душу, леденя ее. Силы покидали его, доспехи и моргенштерн внезапно стали неподъемными.
«Все физические характеристики снижены. Террор нейтрализован навыком „Неукротимая Корона“».
Дебафф?
Саймон едва успел моргнуть, как гончая после воя сделала глубокий вдох. В глотке зверя вспыхнул зеленый свет, и из пасти вырвалось изумрудное пламя.
Саймона сжигали заживо уже в третий раз, и это никогда не переставало быть больно.
Зеленый огонь лизал его доспехи, раскаляя их в попытке сварить его заживо внутри миазматического металла, обжигая кожу и причиняя страдания. Боль была сильной, но, к счастью, и в подметки не годилась дыханию Касвала.
Ослабление, а затем смертельный удар. Тварь была умна.
Жаль только, что Саймон уже усвоил этот урок.
— Теневая Цепь! — Выкрикнул Саймон в ответ. Цепь из миазмы вырвалась из земли и обвилась вокруг челюстей монстра, захлопнув его пасть и заперев огненное дыхание в глотке.
Саймон быстро воспользовался возможностью, поднялся из окутывающего его дыма и со всей силы ударил зверя в морду. Из-за истощения сил удар был слабее, но чары оружия с лихвой это компенсировали. От удара хрустнули кости, а клыки разлетелись по всей пещере.
Адская гончая глухо зарычала сквозь сковывающую челюсти колючую цепь и поднялась на дыбы. Она попыталась придавить Саймона к земле, но это стало ошибкой. Саймон стремительно призвал вторую пару теневых цепей, опутав ими лапы монстра, и ударил его в живот. Зверь потерял равновесие и рухнул на спину.
Саймон снова обрушил удар в морду, и на этот раз шипы моргенштерна вошли глубоко в мозг. Обжигающая едкая кровь забрызгала его доспехи, а следом пришло сладостное чувство жизненной силы гончей, втекающей в Саймона. Его навык «Мастерство Смерти I» подпитывался этой гибелью, исцеляя ожоги.
Вскоре лишь звук ударов моргенштерна по трупу оглашал пещеру, а затем Саймон удовлетворенно вздохнул, почувствовав, как дебафф рассеивается. Приятное чувство, но оно не шло ни в какое сравнение с приливом опыта и восторгом от двух новых уровней.
«Навык 12-го уровня: Поджигатель войны II (Пассивный)»: Все оружие Владыки считается магическим для преодоления сопротивления урону, когда на нем надет классовый наряд.
«Навык 13-го уровня: Беспрекословный Правитель I (Пассивный)»: Животные низкого уровня, разумные растения и безмозглые монстры инстинктивно видят в вас авторитетную фигуру, которой следует подчиняться.
Саймон не мог подобрать слов, чтобы описать охватившее его удовлетворение. Одно дело – убивать нежить, специально созданную для того, чтобы пасть от его руки; совсем другое – выиграть настоящий бой собственной силой, без помощи или наставлений. Было так упоительно наслаждаться собственным могуществом после долгих лет, проведенных в страхе перед гневом более сильных людей.
К этому можно привыкнуть.
Саймон взглянул на двух волчиц в глубине пещеры и сразу заметил, что их отношение изменилось благодаря новому навыку. Они припали к земле и подставили животы в знак покорности, умоляя о пощаде своими большими черными глазами.
Агнес Огнежезл, безмолвно наблюдавшая за сценой, наконец заговорила:
— Вашему Величеству нужно исцеление?
— Не нужно, — ответил Саймон, не сводя глаз с перепуганных волчиц. — Вы меня понимаете?
— Да, господин, — ответила одна из них, поскуливая. — Пожалуйста, не ешь нас.
— Это зависит от вашего ответа. — Саймон указал на ошейник гончей. — Кто надел эту штуку на шею мертвого пса?
— Мы… мы не знаем, — нерешительно ответила одна из волчиц. — Вожак Нессиан уже был в нем, когда пришел. Сказал, это подарок «хозяйки».
— Вожак Нессиан велел убивать всех человечишек, пересекающих его земли, — добавила вторая. — Когда наша сестра сказала вожаку Нессиану, что в человечишках мало мяса, а их железные клыки кусают больнее наших, он сожрал ее.
Хозяйка? Это заинтриговало Саймона, как и то, что гончая целенаправленно охотилась на людей в этой округе. Неужели кто-то ее натравил?
Жаль, что он не открыл навык до схватки с гончей, чтобы заставить ее подчиниться. Это избавило бы его от боя и дало бы больше информации.
Поняв, что больше ничего от волчиц не добьется, Саймон решил отпустить их, напоследок предупредив. Серебряная монета за шкуру казалась слишком дешевой ценой за жизни животных, которых принудил к повиновению переросший их задира.
— Найдите остальную стаю и скажите им искать другие охотничьи угодья, — произнес он. — Любой, кто останется здесь после следующего рассвета, будет убит.
— Д-да, господин. — Животные мудро предпочли скрыться через другой выход, не задавая вопросов и не оглядываясь.
— Ты можешь определить, откуда этот ошейник? — Спросил Саймон у Агнес, которая все это время наблюдала за происходящим со стороны.
— У меня нет заклинаний прорицания, чтобы выследить владельца, Ваше Величество, но я могу подтвердить, что это устройство – вариант рабских ошейников, которые власти обычно надевают на перевертышей, — ответила Агнес. — Они предназначены для причинения боли, если носитель покидает назначенную территорию.
— Значит, кто-то намеренно выпустил этого монстра в регионе? — Уточнил Саймон. Это попахивало саботажем, ведь гончая мешала торговле и путям снабжения армии. — Отсеки голову и сними ошейник для сохранности. Дассейну это будет интересно.
— Ваше Высочество! — Позвала Марилит снаружи. — Вам нужно срочно выйти!
Саймон нахмурился, отменил облик Владыки и оставил Агнес забирать трофей. Он вышел из пещеры и увидел своих вассалов в окружении крови и волчьих трупов. Все они по-прежнему были в классовом облачении, хотя Саймон не чувствовал опасности, и с легкой тревогой смотрели на горизонт. Он прищурился в ту сторону, но ничего не увидел…
Вон там. Крошечная точка под облаками, так далеко, что едва различима.
— Что это? — Спросил Саймон.
— Какой-то крылатый зверолюд, Ваше Высочество, — ответила Марилит, не сводя глаз с облаков. — Сначала я приняла его за виверну, но они не водятся в Теллурии.
— Ты видишь его отсюда?
— Вижу, Ваше Высочество. Мой класс Валькирия дает высокие показатели восприятия и навыки, улучшающие точность.
Впечатляющее достижение, но одна деталь не давала Саймону покоя. Почему Марилит приняла зверолюда за виверну, а не, скажем, за киша? В душе зародилось грызущее сомнение.
— Опиши его, — приказал Саймон, сжимая рукоять моргенштерна.
— Похоже на мужчину вашего возраста, с крыльями как у летучей мыши и рептильим хвостом… кажется, на нем золотые чешуйчатые доспехи.
Касвал.
Это был Касвал.
Неужели он добрался до самой Теллурии, сбежав от преследователей? На что он надеялся здесь?
— Территория Краснорукой в той стороне, Ваше Высочество, — сказал Леонард, заметив, как помрачнел его наниматель. — Полагаю, этот перевертыш связан с ними, хотя я никогда не слышал о перевертышах-летучих мышах.
«Это не летучая мышь», – подумал Саймон. «И было бы слишком странным совпадением, если бы кто-то, связанный с Гаргаутом, также оказался заодно с чешуйчатыми, пытающимися совершать набеги на имперские владения…»
Почему у него возникло ощущение, что все эти фрагменты складываются в единую картину? Саймон колебался. Он мог бы отступить прямо сейчас, представить находки Дассейну и позволить сводному брату разобраться с этим. Имперская армия, скорее всего, сотрет Краснорукую в порошок в тот же миг, как заподозрит их в укрывательстве Владыки, и Саймон избавится от этой помехи, не пошевелив и пальцем.
Но… будет ли Касвал все еще с Краснорукой к тому времени, как Дассейн мобилизует силы? Или он сбежит куда-то еще?
Саймон окинул взглядом свою свиту – высокоуровневых бойцов. Хотя их классы были самыми разными, больше половины отряда перешагнули тридцатый уровень, а Дассейн был уверен, что одна Огнежезл справится со всей бандой Краснорукой. Риск гибели был минимален, а вот вероятность упустить Касвала – велика.
Саймон не сможет спать спокойно, пока Касвал и его союзники продолжают строить козни. А значит, они должны умереть.
— Марилит, возьмешь самого резвого коня и доложишь брату, что Касвал Ашмодай направляется к Краснорукой, — решил Саймон. — Остальные – за мной.
Обновлено: 12.07.2026