— Главная задача сейчас — вернуть тебя в Орден Сюаньтянь и восстановить твой человеческий облик! — сказал господин Кун.
Он и сам не ожидал такого поворота. Почему предок судил по лицу, а не по крови? Но раз уж так вышло, оставаться здесь не было смысла. Кун Тяньцзяо еще молод, шансы у него будут. Куда важнее было избавиться от этой черной шерсти и снова стать человеком. Он не хотел, чтобы его прекрасный сын вдруг превратился в гориллу. Могут неправильно понять.
— Да, обратно в орден! — глаза Кун Тяньцзяо налились кровью. — Я должен отомстить!
С первыми лучами солнца летающая ладья приземлилась недалеко от Ордена Сюаньтянь. Кун Тяньцзяо, закутавшись в черный плащ, сломя голову бросился к ордену.
— Сынок, если не сможешь одолеть, не лезь на рожон! — крикнул ему вдогонку отец. — Месть благородного мужа и через триста лет не поздно!
Глядя, как силуэт сына исчезает в лесу, господин Кун почувствовал, что забыл что-то важное. «Что же это было? Ладно, неважно. Домой!»
Кун Тяньцзяо на одном дыхании добежал до ордена и с грозным видом направился прямиком в штаб Патруля Правосудия. Он не знал, где искать человека в плаще, поэтому решил просто донести на него, заявив, что с его пилюлями что-то не так. Пусть патрульные сами его ищут!
Он широким шагом вошел в штаб. Не успел он и слова сказать, как к нему подошли несколько патрульных с кандалами.
— Кун Тяньцзяо, верно? С повинной пришел?
— Откуда вы знаете, что я Кун Тяньцзяо?
— Во всем ордене только у тебя одного на лодыжках черная шерсть растет!
Кун Тяньцзяо опустил голову и увидел, что плащ оказался коротковат, обнажая его волосатые лодыжки.
— Сам наденешь, или нам помочь? — патрульный протянул ему кандалы.
— На каком основании вы меня арестовываете? — без тени страха спросил Кун Тяньцзяо. — У меня отпуск!
— Отпуск? — патрульные переглянулись. — Мы ничего об этом не знаем. Пойдешь, расскажешь шестому старейшине.
Сердце Кун Тяньцзяо екнуло. «А отец вообще отпросил меня у главы пика, или это были просто слова? Да нет, не мог же он меня так подставить! Отец — человек надежный!»
— Тогда сначала позовите того человека в плаще! Я же не могу в таком виде предстать перед шестым старейшиной!
Патрульные усмехнулись.
— Тот человек в плаще вчера сказал, что если ты захочешь его найти, придется ждать его следующего появления в мире! Кстати, он оставил тебе записку.
Кун Тяньцзяо развернул записку. На ней было написано: «Не волнуйся, эффект от пилюли постоянный. Ну как, нравится чувство всемогущества?» В правом нижнем углу была нарисована горилла, словно в насмешку.
Кун Тяньцзяо скомкал записку и взревел, глядя в небо:
— Проклятый человек в плаще! Я с тобой не примирюсь, даже если небо рухнет!
— Сегодня небо хмурится, а у меня на душе праздник!
С утра пораньше Цинь Юй с прекрасным настроением вычистил отработанное масло после вчерашней жарки вонючего тофу и перетащил алхимическую печь на это благословенное место с хорошим фэншуй, собираясь освоить рецепт новой пилюли.
Прошлой ночью он заработал еще десять тысяч очков вклада. Хоть это и не сравнится с доходом от лотереи, но сумма все равно была огромной. Теперь у него на счету было сто десять тысяч очков. Чтобы понять масштаб, нужно знать, что даже у некоторых старейшин внешнего двора, готовящихся к прорыву на стадию Единения с Телом, вряд ли было столько. Не будь он в ордене со строгими правилами, такое богатство уже давно стало бы для него путем к верной гибели.
Цинь Юю хотелось кричать в небо: «Не потратить, не потратить, за всю жизнь не потратить, ха-ха-ха-ха...»
Тук-тук-тук.
Раздался стук в дверь.
— Кого это принесло в такую рань?
Цинь Юй открыл дверь и увидел старшего брата Гао с несколькими членами гильдии.
— Приветствуем, глава! — с почтением сказали они.
— Привет! — ответил Цинь Юй. — Что-то случилось?
— Наша гильдия, — начал старший брат Гао, — благодаря покупке Жетонов Сюаньтянь получила три артефакта. Вчера я их продал. За вычетом всех расходов чистая прибыль составила три тысячи триста очков. С учетом прочих доходов, в этот раз наша гильдия заработала три тысячи шестьсот очков.
— Отлично! — искренне похвалил его Цинь Юй. «Хотя мудрость и деловая хватка старшего брата Гао не составляют и тысячной доли моих, среди обычных людей он — настоящий талант. Рискнуть и вложиться, не зная, какого ранга будут артефакты, да еще и на общие деньги... Если бы они прогорели, вся ответственность легла бы на него. Не каждый на такое решится».
— Братья посовещались, — продолжил старший брат Гао, — и решили отложить шестьсот очков в казну гильдии, а остальное разделить поровну между всеми. Так что, глава, тебе тоже полагается доля.
— Мне? — Цинь Юй даже немного смутился. — Я же не вкладывался и ничего не делал. Я не могу взять эти очки.
— Ну что вы! — запротестовали остальные. — Глава, если бы не вы и ваши гениальные планы, разве мы бы столько заработали?!
— Точно! Если сравнить нашу гильдию с кораблем, то вы — наш капитан! И пусть вы не так много работаете, как матросы, но вы — самый главный!
«Да что я такого сделал-то? — недоумевал Цинь Юй. — Я же вообще ничего не делал!»
«И что он такого сделал? — недоумевал старший брат Гао. — Ведь все сделал я!»
Он уже прошел стадии от недоумения до смирения и теперь приближался к полному безразличию.
Цинь Юй, конечно, не мог взять очки, заработанные их трудом. Да и такой мелочью даже Ли Чжэнтун побрезговал бы.
— Давайте так, — сказал он. — Мою долю тоже положите в казну гильдии. Желаю нашей гильдии процветания!
— Глава, вы так великодушны!
— Глава, вы же сами говорили, что нам, ученикам-чернорабочим, нелегко зарабатывать очки. Почему вы отказываетесь?
Цинь Юй с легкой улыбкой указал на алхимическую печь.
— Хоть нам и трудно зарабатывать, у меня есть ремесло алхимика. Мне все же немного легче, чем многим из вас. Пусть эти очки достанутся тем, кто в них больше нуждается.
— Глава, вы — образец благородства! — восхитился старший брат Гао.
— Заместитель, я все время называл вас старшим братом Гао, потому что вы высокий. А какова ваша драгоценная фамилия?
— Моя фамилия и есть Гао, — ответил тот. (п.п. иероглиф «Гао» (高) означает «высокий»).
Цинь Юй: «...»
Проводив членов гильдии, Цинь Юй подумал, что наконец-то сможет заняться алхимией. На этот раз он планировал создать целебную пилюлю.
Целебные пилюли и пилюли для восстановления духовной энергии были гораздо выше рангом, чем всякие Пилюли Великой Силы, и создавать их было сложнее. Соответственно, и стоили они дороже. Поэтому Цинь Юй и решил взяться за них только сейчас, когда освоил азы алхимии.
Но едва он собрался приступить к делу, как в дверь снова постучали.
— Да кто там еще? — нахмурился он. — Дадут мне спокойно поработать или нет?
Он открыл дверь и увидел на пороге двух человек в форме Патруля Правосудия.
— Младший брат, твое дело раскрыто. Пройдем с нами
Обновлено: 18.02.2026