Глава 6 — Глава 6

Глава 6. Запись Три дня пролетели как одно мгновение. В восьмой группе отдела композиции на Лин Е по-прежнему смотрели как на чудака. Пока остальные корпели над коммерческими заказами или готовились к «Сезону новичков», Лин Е каждое утро исчезал в репетиционных залах двенадцатого этажа. Чэнь Чжипэн несколько раз пытался завести разговор, но Лин Е ограничивался вежливыми кивками. В его голове не было места для офисных сплетен — там звучала музыка, которая должна была пробить брешь в стене равнодушия. На четвёртый день Лин Е привёл Су Цинмяо на девятнадцатый этаж, в одну из малых студий звукозаписи. Звукоинженер, мужчина с заспанными глазами и копной непричёсанных волос, лениво взглянул на пропуск Лин Е, а затем на робкую девушку, стоявшую за его спиной. — Из восьмой группы? — буркнул инженер. — И кто петь будет? Эта пигалица? Су Цинмяо заметно сжалась, крепче прижимая к себе папку с нотами. — Её зовут Су Цинмяо, — спокойно ответил Лин Е, проходя к пульту. — И да, петь будет она. Нам нужно три часа. — Три часа на социалку со стажёром? — инженер фыркнул, но спорить не стал: время было забронировано официально. — Ладно, заходи в кабину, «звезда». Проверим микрофон. Су Цинмяо вошла в небольшое помещение за толстым стеклом. Она надела тяжёлые наушники и замерла перед микрофоном, словно перед расстрельной командой. Лин Е включил связь. — Цинмяо, посмотри на меня. Она подняла глаза. В её взгляде читался страх — страх не оправдать доверия, страх снова оказаться «недостаточно хорошей». — Забудь о том, что ты в студии «Синхуэй», — негромко сказал Лин Е. — Забудь о наставниках, об оценках и о своём контракте. Сейчас есть только ты и те люди, о которых ты поёшь. Твой отец, твои соседи, те, кто подметает улицы, пока город спит. Пой не для меня. Пой для них. Девушка глубоко вздохнула и медленно кивнула. — Начинаем, — скомандовал Лин Е инженеру. Полилась музыка. Сначала тихий, вкрадчивый гитарный перебор. Су Цинмяо запела. «Я видел тебя в утреннем тумане, Среди теней, бегущих на вокзал...» Сначала её голос чуть дрожал, но к середине первого куплета она обрела опору. Лин Е не прогадал — её вокал обладал той самой «шершавостью», той подлинной человечностью, которую невозможно сымитировать. Звукоинженер, который поначалу собирался заняться своими делами в телефоне, постепенно отложил гаджет в сторону. Он выпрямился, и его взгляд, прикованный к мониторам, стал сосредоточенным. — Чёрт... — прошептал он. — Откуда у стажёра такая подача? Когда дело дошло до припева, Су Цинмяо преобразилась. Она больше не была испуганной девчонкой. Она стала голосом тысяч «безымянных людей». «Мы — те, кто строит эти стены, Мы — те, кто гасит в окнах свет. Нас не запомнят перемены, В учебниках нам места нет...» В её исполнении не было пафоса, только тихая, несокрушимая гордость. В студии воцарилась тишина, нарушаемая лишь чистым звуком, льющимся из мониторов. Когда песня закончилась, Су Цинмяо ещё долго стояла с закрытыми глазами, тяжело дыша. В кабине было тихо. — Это было... — инженер замялся, подбирая слова. — Это было чертовски честно. Парень, ты где её откопал? Лин Е не ответил. Он смотрел на Су Цинмяо через стекло и видел, как она украдкой вытирает слезу. — Нам нужно ещё пару дублей для подстраховки, — сказал он в микрофон. — Но, кажется, у нас уже есть то, что нужно. Вечером того же дня Лин Е вошёл в кабинет Ли Фэна. Руководитель восьмой группы выглядел измотанным. Перед ним лежала стопка отчётов, и он, казалось, совсем забыл о поручении Департамента. — А, Лин Е. Что-то случилось? — Ли Фэн потер виски. — Песня готова, — Лин Е положил на стол флешку. — Финальное сведение. Ли Фэн замер. — Уже? Ты уверен? Мы ведь только три дня назад это обсуждали. — Послушайте, — просто сказал Лин Е. Ли Фэн вставил флешку в компьютер. Он не ждал многого. В лучшем случае — добротной, средней работы, которую можно будет без стыда отправить чиновникам. Первые секунды прошли в тишине. Затем Ли Фэн медленно откинулся на спинку кресла. Его лицо, обычно суровое и сосредоточенное на цифрах, начало разглаживаться. Он слушал «Безымянных людей» так, словно это была первая музыка в его жизни. Когда песня смолкла, Ли Фэн долго не мог прийти в себя. Он посмотрел на Лин Е, и в его взгляде смешались изумление и какое-то странное, давно забытое чувство — уважение к чужому таланту. — Ты... — голос Ли Фэна чуть дрогнул. — Ты понимаешь, что ты сделал? — Я просто написал песню, — ответил Лин Е. — Нет, — Ли Фэн покачал головой. — Ты написал не просто песню. Ты написал приговор всей той пластмассовой чуши, которую мы выпускаем. И эта девчонка... Су Цинмяо... Как она могла так спеть? — Ей просто было о чём петь, — пожал плечами Лин Е. Ли Фэн резко встал и схватил флешку. — Я сейчас же отправляю это в Департамент образования и культуры. У них дедлайн завтра утром, но я не хочу ждать. Он посмотрел на Лин Е в упор. — Если они примут это... Лин Е, твоя жизнь в этой компании изменится навсегда. Ты понимаешь? — Понимаю, — спокойно ответил Лин Е. — Но сейчас меня больше волнует, когда Су Цинмяо подпишут контракт основного артиста. Ли Фэн горько усмехнулся. — Поверь мне, если эта песня выйдет, за право подписать её будут драться все группы компании. Иди отдыхай. Завтра будет тяжёлый день. Лин Е кивнул и вышел из кабинета. Он шёл по пустому офису тридцать восьмого этажа, и на его лице впервые за всё время пребывания в этом мире появилась слабая, едва заметная улыбка. Он знал: «Безымянные люди» скоро заговорят. И их голос будет услышан всеми.