Когда-то, в самом начале своей жизни в Фэнчэне, Сюй Цзюсуй случайно стала там «мини-звездой»: её рисунок «Чжу Цзюинь» из серии «Горы и моря…» вызвал бурное обсуждение. Пост прожил дня два-три, но шуму хватило, чтобы имя её студии начали узнавать.
— Так это ж форум [Tattoo Guest]? — удивилась Сюй Цзюсуй. — Да туда только новички и заглядывают, мелочёвкой меряются и воображают себя гениями. Ты-то чего там забыл?
Тут Цзян Сяо всё-таки поднял голову. Закурил, прикусил фильтр:
— Сюйсюй, ты знаешь про конкурс ITATAC?
Сюй Цзюсуй: «…»
Будто странный эффект: стоит забеременеть — и на улице вокруг одни беременные. Сегодня у неё то же самое: куда ни повернись — снова этот конкурс.
— Конечно, знаю. А что?
— Почему ты не подала заявку?
— А зачем?
— Вон, половина этого форума собирается туда лезть, — Цзян Сяо лениво выпустил колечко дыма. — Я полистал их работы… Господи. Шаблонные картинки, купленные в интернете, на каждом углу валяются. Про линии молчу — криво да косо. И всё равно берут пять сотен юаней за час…
— Ну и?.. — спросила Сюй Цзюсуй, хотя почти наверняка знала, чем всё закончится.
— А потом я попросил Цзян Цзе сфотографировать в хорошем качестве твою работу — ту, что ты мне делала, — и выложил туда. Написал: вот, мол, что должно значить «пятьсот юаней в час». Чтобы у этих болтунов хоть немного совести проснулось, прежде чем позориться. — Цзян Сяо ухмыльнулся, блеснули зубы. — И что ты думаешь? Они на меня всей толпой накинулись! Орут: «понтуешься», «такое качество и дизайн не может стоить пятьсот юаней, за спину целиком минимум двенадцать тысяч».
— Двенадцать тысяч — и это только потому, что я тянул время и тормозил! А так бы и за восемь тысяч справилась!
Сюй Цзюсуй: «…»
Сюй Цзюсуй выдохнула и невольно скривила губы:
— И какой же вывод? Ты решил доплатить мне разницу?
— Не гони коней. Слушай дальше. — Цзян Сяо отмахнулся. — Они разошлись не на шутку. Нашёлся умник, заявивший, что узнал почерк — мол, это подражание, никакого своего стиля. И ещё вытащил твой древний пост, где у витрины твоего салона стояла работа…
— Ну?
— Короче, они сказали, будто ты «самозванка», что присвоила чужую славу.
— …Я? — Сюй Цзюсуй ткнула себя в нос. — Кого я, по-вашему, выдала за себя?
— Они утверждают, что твоя витринная работа — та самая плечо-полуброня с переходом на руку, «Чжу Цзюинь», — на самом деле сделана учеником Сюй Шаояня. А этот ученик ещё в Thousand Birds Studio у него брал за работу тысячу двести в час.
Услышав слова «ученик Сюй Шаояня», Сюй Цзюсуй чуть пригасила улыбку, пальцы незаметно сжались.
Тусклый свет бара не позволил Цзян Сяо заметить её перемену.
— Там, в комментариях, один кретин заявил, что он сам из Thousand Birds Studioа и абсолютно уверен: эта «Чжу Цзюинь» у них на стене в самом центре зала, — Цзян Сяо затянулся, прищурился сквозь дым. — Говорит, висит прямо на «стене работ».
Сюй Цзюсуй: «…»
Центр зала?
«Стена работ»?
Да это же не что иное, как витрина тщеславия Сюй Шаояня — огромный птичий павлиний хвост, где он вывешивает свои лучшие татуировки, чтобы в любой момент можно было полюбоваться собственным величием.
— Невозможно, — холодно произнесла Сюй Цзюсуй. — Я видела Thousand Birds Studio. На этой стене только работы самого Сюй Шаояня. И уж точно никто из его людей не стал бы торчать на [Tattoo Guest].
— Ну так я им так и напишу, — Цзян Сяо уже тянулся к клавиатуре, но вдруг остановился, повернулся к ней и, прищурившись сквозь тлеющий уголёк, спросил:
— Кстати. Они там твердят, что этого человека в среде зовут «Девять тысяч лет»*. Тоже женщина-татуировщик. Если у вас и правда так схожи стили… может, знаешь её?
П.п: В китайской традиции императора восхваляли титулом «岁» (wànsuì) — «девять тысяч лет», что означало «долголетие на века», «да здравствует император вечно». Это прозвище намекает: на высокий статус и талант тату-мастера, почти равный мастеру-«императору».
Сюй Цзюсуй на миг замолчала.
За стойкой братья с интересом подняли головы и уставились на неё.
Она же чуть скривила губы в лёгкой усмешке, безмятежно произнесла:
— Впервые слышу. Кто это вообще? Не знаю я её.
***
За тысячи миль отсюда, в прибрежном городе Цзиньхай.
В Thousand Birds Studio — студии тату, которую по праву считали первой в стране.
А-Гуан, новоиспечённый ученик Сюй Шаояня, недавно прошёл все круги ада, потратил кучу денег, чтобы стать «избранным». Ему казалось, что он чудом вырвал счастливый билет: ведь старшие ученики — выпускники престижных художественных вузов, а у него за плечами лишь школьные курсы рисования карандашом.
Сначала он сам недоумевал: как так, его косоватый эскиз «Чжу Цзюинь» вдруг приглянулся мастеру и помог поступить в ученики?
Но, попав в студию, А-Гуан всё понял. На «стене работ», где висели настоящие шедевры — каждая вещь сродни музейному экспонату, — в самом углу висела одна особенная картинка. Та самая «Чжу Цзюинь», полуброня на плече с переходом на руку. Она сильно выделялась: неплохая, но рядом с филигранной отточенностью учителя выглядела сырой и неровной.
Точно не похожа на то, чем Сюй Шаоянь мог бы гордиться.
Зачем же она там? Этого никто не знал.
А-Гуан только заметил: пусть работа и пылится в углу, но раз уж её повесили на эту стену, честь немалая. И сам мастер порой подходил и лично смахивал с неё пыль.
Любопытство взяло верх: А-Гуан осторожно разузнал о происхождении этой татуировки. Оказалось, сделала её татуировщица под псевдонимом «Девять тысяч лет» — старшая ученица, ушедшая задолго до его появления.
Почему она покинула студию, А-Гуан не спрашивал, да и не решился бы. Но он догадывался: его собственное пребывание в Thousand Birds Studio напрямую связано с этой самой работой.
В среде все завидовали ученикам Сюй Шаояня: говорили, что у них блестящий старт. Пойдёшь ли дальше со студией или откроешь своё дело — имя Thousand Birds Studio и «ученик Сюй Шаояня» всегда будут громким брендом.
А-Гуан думал: наверное, та старшая ученица теперь живёт припеваючи, прикрываясь этим громким именем… Как тут не позавидовать.
Он даже испытывал к ней что-то вроде благоговейного восторга. Поэтому старался изо всех сил: пока другие закончили и ужинали, он всё ещё сидел над чертежами за рабочим столом. Устанет — берет свой мобильный телефон, украдкой листает форум.
Он знал, что старшие ученики туда носа не суют: «деревня новичков», да и только. Позориться им незачем.
А-Гуан же — тайком, одним глазком.
И вот сегодня ему попалось кое-что любопытное.
— Эй, вы не поверите! — с горящими глазами он подбежал к компании, где за ужином сидели старшие ученики. — Друг прислал ссылку! На [Tattoo Guest] какой-то мастер притворяется, будто он ученик Thousand Birds Studio, и с этим прославился!
Он говорил, а сам косым взглядом явно нарочно посмотрел в сторону мужчины, развалившегося неподалёку на диване.
На нём был изменённый под современность китайский халат, и, несмотря на утончённые, почти женственные черты лица, вид этот не казался странным. Напротив, бледная кожа делала его похожим на холодную змею: томного, ленивого, но готового в любой миг метнуть удар.
Он лениво перелистывал эскизы, сданные учениками. Слова А-Гуана услышал — но даже глазом не повёл.
Совершенно равнодушный вид.
И, по правде говоря, кроме Сюй Шаояня, ни один из старших учеников тоже особого интереса не проявил.
— Высокое дерево всегда привлекает ветер. Это ведь не первый случай, когда кто-то прикидывается нашим учеником. Ты что, собираешься каждого вылавливать? Сил не хватит. Обычно максимум юрист письмо составит, — пожала плечами одна из старших учениц. У неё были густые вьющиеся волосы до пояса, уголки губ вечно приподняты, словно она родилась с улыбкой. — Отправили претензию, человек внёс исправления, извинился — и на том конец. Чего ты так паникуешь?
— Старшая сестра Чуань, — А-Гуан пододвинул ей свой мобильный телефон. — Вы сами посмотрите. Этот человек не простой. Смелости у неё выше крыши — она утверждает, что «Чжу Цзюинь», которая висит у нас на стене, — её работа…
В Thousand Birds Studio не было никого, кто не знал эту татуировку.
Стоило ему договорить, как во всей студии вдруг повисла тишина.
В углу мужчина, до этого лениво перелистывавший эскизы, на миг замер.
И атмосфера, ещё минуту назад расслабленная, моментально переменилась.
Старшая сестра Чуань резко обернулась к мастеру, по коже пробежал холодок, волосы на затылке встали дыбом. Она бросила А-Гуану укоризненный взгляд: мол, не умеешь ты держать язык за зубами. Потом всё же взяла мобильный телефон и мельком взглянула.
Форум и правда гудел.
Суть скандала: несколько лет назад некая татуировщица из Фэнчэна выложила работу «Чжу Цзюинь», сорвала шквал похвал и прославилась у себя на районе. А теперь, спустя годы, клиент этой же мастерской показал свежее тату — сплошную спину в стиле «Горы и моря…», работу под названием «Гу-дяо».
И добавил, что сделал её всего за пятьсот юаней в час, высмеивая других мастеров, которые тоже брали пятьсот, но не могли и близко показать такое качество.
Началась буря.
Старшая сестра Чуань сначала решила: да это же банальное плагиатство. Не только скопировали работу — целый цикл выстроили, ещё и «спин-офф» нарисовали!
Но стоило ей рассмотреть фото повнимательнее, увеличить детали — сердце ёкнуло.
Эти линии.
Эти тени.
Эта композиция…
Чёрт. Если это подделка, то копия один к одному. Даже хуже — может быть, ученик превзошёл учителя.
И у такого мастера хватило бы таланта жить своим именем. Зачем ему чужое?
У старшей сестры Чуань внутри всё перевернулось. Она медленно обернулась к дивану: хотела понять, что скажет мастер.
Но Сюй Шаоянь, кроме одного едва заметного движения в тот момент, когда впервые упомянули «Чжу Цзюинь», теперь снова выглядел предельно спокойным.
Старшая сестра Чуань закусила губу и, неуверенно начала:
— Мастер, этот татуировщик, она…
*ПАХ!* — звук закрывшейся тетради с эскизами перебил её слова. Девушка вздрогнула так, что чуть не выронила коробку с едой, и вмиг осеклась.
Сюй Шаоянь, не поднимая взгляда, чуть согнул пальцы и ритмично постучал по подлокотнику резного кресла из хуанхуали.
П.р.: Хуанхуали (или хайнаньский хуанхуали) — это ценная и редкая древесина из Китая, научное название которой — Dalbergia japonica. Её используют для изготовления буддийских четок и других изделий, а также ценят за уникальную текстуру.
Когда заговорил, голос его был мягок и неспешен, но каждое слово звучало как приговор:
— Свяжитесь с адвокатом Лю. Подать в суд. Пока её студия не закроется — не останавливайтесь. Пусть разорится подчистую и только тогда вымаливать прощение приползёт.
Старшая сестра Чуань: «…»
В мастерской повисла гробовая тишина.
Старшая сестра Чуань медленно повернула голову, встретилась глазами с остальными учениками.
В каждом взгляде — растерянность и тревога.
Всё ясно. Кто-то посмел дотронуться до обратной чешуи дракона.
В переводе на язык тату-сообщества: нашла коса на камень.
Что ж… этому «самозванцу» действительно не позавидуешь.
Обновлено: 03.02.2026