— От… от солнца?
Я растерянно переспросила, и Джеффри, не моргнув глазом, серьезно кивнул.
— Да, от солнца!
Ох!
Мне и от «лучика солнца» было не по себе, а тут еще и… солнце?
Но это же Джеффри!
Он мыслит не так, как все. Может, для него «лучик солнца» – это слишком слабо.
Не знаю, как он понял мои слова, сказанные герцогу, но ради своего спасителя я готова назвать его хоть целой вселенной.
— Для меня и лучик солнца, и солнце – одно и то же!
— Солнце гораздо больше и горячее. С лучиком не сравнить.
— А-а-а! Тогда солнце!
Главное – не мои мысли, а его потребности.
Мгновенно подстраиваться под нужды другого – это я в прошлой жизни усвоила назубок.
Иначе не выжить.
— Хорошо.
Мне показалось или уголок его губ действительно дрогнул в улыбке?
«Черт! Нечего так радоваться, лучше станьте моим отцом!»
Но я не осмелилась произнести это вслух.
Боялась, что если скажу прямо, то все закончится ужасно.
Например, так: «Хватит нести чушь, иди работай».
Или: «Аэрин, у тебя талант говорить шутки с серьезным видом».
Или: «С какой стати я должен это делать?»
Мне казалось, я уже слышу его голос.
Словно в подтверждение моих мыслей, он уже снова уткнулся носом в бумаги с непроницаемым лицом.
\* \* \*
Хавеник впервые за долгое время прогуливался с герцогом по саду.
В последнее время он так остерегался отца, что уже и не помнил, когда в последний раз сам просил о частной аудиенции.
Когда же герцог сам его позвал, он испытал одновременно и страх, и радость.
«Да! Он не забыл своего старшего сына», – это чувство удовлетворения наполнило его грудь.
— Как дела с Торговым Домом Пелпак?
— Я договорился о получении дополнительных образцов. Задаток дал меньше, чем они просили.
— Ты уже дал задаток?
— На них много желающих… Сумма небольшая, так что проблем быть не должно.
Герцог хотел что-то сказать, но лишь тихо вздохнул и произнес:
— Когда придут образцы, принеси их мне.
— И еще… я хотел бы запустить научно-исследовательский институт, о котором давно говорил.
Хавеник искоса взглянул на герцога, который отсутствующим взглядом смотрел вдаль.
Тот был явно не в духе, но такие возможности выпадали редко, так что он решил выложить все начистоту.
— Персонал уже набран, и я думаю взять Аэрин в качестве стажера. У Джеффри она все равно занимается лишь простыми расчетами, а в институте сможет изучить экономику и управление в целом.
— …
Когда Хавеник закончил, герцог остановился и плотно закрыл глаза.
— Для ее же будущего мой институт будет лучше, чем быть помощником Джеффри.
Именно это они и обсуждали с Серией, ломая головы.
Это было выгодно вдвойне: появился предлог для скорейшего открытия института, а также официальная структура для использования Аэрин.
Он уже давно настаивал на создании «института экономических исследований», утверждая, что не одному Джеффри нужна лаборатория.
Он горячо доказывал, что для развития торгового дома необходимо комплексное изучение экономики, управления и технологий.
Конечно, на самом деле ему просто нужна была структура для официального присвоения и систематического управления разработками Джеффри.
— Думаю, по многим причинам стоит открыть институт как можно скорее.
В тот момент, когда Хавеник раскрыл свои истинные намерения, герцог резко открыл глаза.
И наконец заговорил:
— Я хочу, чтобы ты… усыновил Аэрин.
— Что-о?
Это было нечто гораздо большее, чем просто взять Аэрин в стажеры в институт.
Хавеник никогда даже не думал об этом и был совершенно ошеломлен.
— Девочка умная, так что вреда тебе как ребенку она не принесет. Скорее, наоборот, поможет.
— Н-ну, это да.
— Я собирался найти ей родителей на этом ежегодном собрании. Она слишком хороша, чтобы отдавать ее в боковую ветвь.
Хавенику было трудно сразу оценить все за и против.
Но раз герцог не хотел отдавать ее кому попало, значит, убытка в этом точно не было.
И тут его осенило: возможно, это усыновление поможет ему восстановить подпорченную репутацию.
«Точно! Я усыновлю ее на глазах у всех членов дома. Тогда они не посмеют смотреть на меня свысока из-за каких-то там низких показателей».
Но, опасаясь какого-нибудь подвоха, он осторожно уклонился от прямого ответа.
— Я обсужу это с Серией.
— Разумеется.
Герцог кивнул и продолжил:
— Но мнение Аэрин тоже важно, так что твое решение – это еще не конец.
Хавеник нахмурился и посмотрел на герцога.
«Важно не мнение будущего родителя, а мнение ребенка?»
Его ушам не верилось, настолько необычной была мысль герцога.
Усыновление – это огромная милость для сироты, а тут ребенок будет решать, принимать ее или нет!
Это было совершенно непонятно.
Наверное, это означало, что Аэрин стала очень значимой фигурой.
— А что говорит девочка?
— Я еще не спрашивал, но… это же слово дедушки… так что, думаю…
— А!
Значит, ее мнение спросят лишь для проформы.
Хавеник усмехнулся, подумав, что зря напрягся из-за ребенка.
— Я буду морально готов.
Хавеник и герцог обогнули центральный фонтан и направились к главному зданию.
Они не заметили сияющих глаз, наблюдавших за ними издалека.
Той же ночью.
Обсудив все с Серией, Хавеник с радостью согласился на усыновление.
Чтобы преодолеть череду неудач в делах и начать использовать Джеффри по-настоящему, усыновление Аэрин было лучшим решением.
Более того, это был редкий, драгоценный шанс!
— А что, если она откажется?
— О чем вы говорите? Она же, говорят, хорошо ладит с молодым господином.
— Верно. Если она вытерпела его брезгливость, истерики и скверный характер, то у нас ей покажется просто раем.
— Да и вообще, если сам отец прикажет, как она посмеет отказаться?
Слова Серии успокоили Хавеника, и он криво усмехнулся.
— Я скажу Абелону и Ваймелю, чтобы пока вели себя с ней осторожнее. И вы тоже не поддавайтесь эмоциям.
— Хорошо.
— А я, пожалуй, куплю ей пару платьев.
— Зачем на это тратить деньги!
— Это инвестиция, инвестиция!
— Хм! Ты уже прямо как настоящая мать.
Хи-хи.
Хавеник и Серия, встретившись взглядами, чокнулись бокалами с вином.
\* \* \*
Почти на закате меня вызвали в кабинет герцога.
Я виделась с ним два дня назад в лаборатории.
«Наверное, хочет поговорить об усыновлении».
Идя по коридору, я мысленно готовилась.
Если ничего не поможет, я решила сказать хотя бы: «Я ни за что не хочу к господину Хавенику!»
Конечно, нужно было учитывать и обратный эффект.
Как бы герцог меня ни любил, это было бы открытым неповиновением его решению.
Нужно было представить веские причины и альтернативу, иначе это выглядело бы как детский каприз…
Но до самого порога кабинета мне так и не пришло в голову ничего дельного.
«Говорить, что Хавеник меня убьет, бесполезно. Предлагать в качестве альтернативы Джеффри – будет выглядеть как упрямство».
Сколько я ни ломала голову, убедительной, реалистичной причины не находилось.
«Была бы я гением не в цифрах, а в интригах, было бы куда проще».
Тук-тук.
— Здравствуйте?
Я стерла с лица все следы недовольства и тревоги и, лучезарно улыбаясь, вошла внутрь.
Герцог, сидевший за столом, поднялся навстречу и усадил меня на диван.
— Садись сюда. Ну что, из лаборатории?
— Да.
— Тяжело тебе, наверное, помогать Джеффри. Да еще и такие блестящие идеи подавать.
— Это не тяжело. Я так многому учусь у господина Д-же-ф-ф-ри!
Я произнесла его имя с нажимом.
Хотелось бы еще раз подчеркнуть про «весеннее солнышко» и «солнце», но я сдержалась.
Чрезмерное восхваление могло сослужить плохую службу или даже подорвать уже завоеванное доверие.
— Какая ты умница.
Герцог с довольным видом кивнул.
— Поэтому я позвал тебя, чтобы сделать небольшой подарок.
Ах! Так усыновление – это награда?
В этот момент взгляд герцога стал мечтательным.
Если бы только приемной семьей был не Хавеник, я бы радовалась «идеальному моменту».
— Хотя наградой было то, что я не забрал тебя из лаборатории, но для тебя это не совсем подарок.
— Что вы! Этого более чем достаточно. Я рада, когда у господина Джеффри все хорошо.
— Хо-о!
Герцог громко восхитился моей недетской заботе.
— Скажи, что бы ты хотела. Ты уже в том возрасте, когда можно учиться верховой езде, так что можно и лошадь.
— Лошадь?
— На жеребенке можно ездить уже сейчас.
Небольшой подарок – лошадь!
Я вновь осознала весь размах Дома Брауно.
— Ох, нет. Не стоит.
— От такого не отказываются. Это справедливая награда за твои заслуги.
— Тогда… дайте мне немного времени подумать.
На мгновение я задумалась, не лучше ли попросить драгоценности.
Их можно продать, так что они пригодятся, если придется бежать из герцогского замка.
Но я тут же отбросила эту мысль.
Это было бы не по-детски, да и никак не помогло бы завоевать расположение герцога.
В таком случае.
— Эм… тогда дайте мне право на одно желание.
— Право на одно желание? Что это такое?
— Это значит, что когда я захочу, вы исполните одно мое желание.
— Ха-ха! Какой забавный подарок.
Герцог с любопытством придвинулся ко мне.
— Любое желание?
— Ну… все, что не причинит вреда людям и не разорит вас.
— Ого! Хорошо, я даю тебе право на одно желание!
— Дедушка, вы лучший!
Дарить и получать в Доме Брауно материальные блага, будь то лошади или драгоценности, было так же просто и естественно, как дышать.
Но для Аэрин до сих пор все это было чем-то из другого мира.
И то, что теперь она могла этим пользоваться, было огромной удачей.
«Но я ведь не просто Аэрин».
Даже получая то же самое, я должна была сделать что-то, что запечатлелось бы в сердце и уме герцога.
Ведь я отчаянно боролась за свою жизнь.
— Значит, ты и сама еще не знаешь, когда это будет и что это будет за желание?
— Эм… да! Я приберегу его на тот случай, когда мне очень, очень понадобится ваша помощь!
Я заработала козырь, который можно будет использовать в экстренной ситуации.
Надеюсь, эта карта поможет мне избежать усыновления Хавеником!
— Ну и хитрец! Умеешь же ты томить людей в ожидании. Ха-ха, вот так-так.
Напряжение спало, атмосфера стала непринужденной, и я, наконец, смогла оглядеться. На столе лежал знакомый отчет.
«Отчет о рентабельности алмазного рудника Чедвик».
«Это же шахта, которой управляет Хавеник! А! Тот самый отчет с поддельными данными из-за низкой добычи».
Я отчетливо помнила этот документ, ведь это была первая подделка, в которой я участвовала.
— Уже совсем вечер. Я позову Кайсона, а ты возвращайся в свой флигель.
Герцог потянул за шнур вызова.
Подняв голову, я увидела, что за окном уже сгустились сумерки.
— Дедушка! Шахтеры ведь много работают, значит, и едят много, да?
— Пожалуй. Наверное, так. А почему ты вдруг об этом подумала?
— Этот отчет…
Я указала на графы «расходы на питание» и «расходы на древесину».
— Здесь… число расходов на питание больше, чем на древесину…
Герцог моргнул, достал из верхнего кармана пенсне и водрузил его на нос.
В этот момент в кабинет вошел Кайсон.
— Подойди-ка, взгляни на это.
Кайсон, прищурившись, внимательно изучил отчет.
— Я слышала, что на алмазных рудниках дерево очень дорогое…
Я произнесла это так, будто где-то подслушала, хотя и знала наверняка.
Алмазные рудники располагались в степных зонах или у рек, где почти не росли большие деревья.
Зато вокруг шахт было много пастбищ, так что молока и мяса было в избытке.
Поэтому, как бы много ни ели шахтеры, расходы на питание никак не могли превышать расходы на древесину, необходимую для разработки рудников.
«Если уж подделывать, то правдоподобно, а они просто цифры поменяли. Тц-тц».
Так типично для Хавеника.
Когда я, будучи его секретарем, указала на это, он лишь отмахнулся, сказав, что я цепляюсь к мелочам.
Хотя в итоге все равно исправил по-моему…
Видимо, сейчас из-за других дел он упустил это из виду.
— И сумма расходов на питание и древесину тоже неверная.
Герцог и Кайсон одновременно посмотрели на меня, а затем снова на отчет.
— Ах! Юная госпожа права. Здесь… ошибка в сложении.
Кайсон указал на край отчета.
Герцог несколько мгновений смотрел на отчет, а затем поднял голову.
— Кайсон! Проводи пока эту девочку до флигеля…
На полуслове герцог осекся и перевел взгляд на меня.
— Нет. Сегодня поужинаем вместе, — изменил он свое решение.
— Правда? Ух ты, здорово!
Я затопала ногами и хлопнула в ладоши, изо всех сил показывая свою радость.
— Ты, наверное, проголодалась. Остальное обсудим после ужина.
Герцог поднялся, и Кайсон помог мне слезть с дивана.
Я подбежала к идущему впереди герцогу и незаметно взяла его за руку.
Герцог на миг остановился и посмотрел на меня сверху вниз.
А затем крепче сжал мою руку.
Его крепкая и широкая ладонь была теплой.
— Отец!
— А, отец!
Хавеник и Серия, видимо, ждавшие его к ужину, стояли у столовой и не могли скрыть своего удивления при виде нас.
Серия так и застыла с открытым ртом, но быстро сориентировалась.
— Абелон и Ваймель тоже еще не ужинали, позвать их?
Серия сложила руки и заморгала.
Наверное, она пыталась кокетничать, но, на мой взгляд, получалось у нее не очень.
— Нет. Сегодня у меня с Аэрин важный разговор, так что вы поужинайте отдельно.
Получив такой резкий отказ, Серия застыла в оцепенении, не в силах вымолвить ни слова.
Но тут Хавеник легонько потянул ее за собой и, к моему удивлению, сказал:
— Приятного вам вечера.
И они повернулись, чтобы уйти.
Это было так неожиданно, что я, даже идя за герцогом, обернулась и посмотрела им вслед.
В этот момент Хавеник что-то шептал Серии на ухо.
— Он, видимо, собирается поговорить с ней о «том самом». Нам лучше уйти.
Все слышно.
Чтобы он не завел «тот самый» разговор, я сейчас из кожи вон лезу, придурок.
Обновлено: 23.01.2026