Скри-и-и-ип…
— Скорее… скорее!
Тяжёлая дверь убежища медленно отворялась.
Едва образовалась щель, в которую мог протиснуться человек, Пак Тэсан тут же юркнул внутрь.
И захлопнул дверь. С глухим «бум!» она наглухо затворилась.
— Фу-у-у-у…
Привалившись к двери, Пак Тэсан тяжело осел на пол. Он шумно перевёл дух.
— Командир?
— Командир Пак Тэсан?
Глядя на него, люди недоумевали. Охотник, что должен был сражаться снаружи, — почему он влетел сюда в такой спешке?
Кто посообразительнее, у тех лица уже окаменели. С чего бы охотнику B-ранга так нестись и прятаться? Не иначе как появился монстр, с которым даже он не сладил.
«Неужели…»
«Снаружи объявился кто-то ранга A?»
«Но здесь-то будет безопасно…»
Тревога заразительна. Тем более в убежище, где семена страха разрослись с самого начала. Ропот людей становился громче.
«Спасён…»
Лишь один Пак Тэсан вздохнул с великим облегчением.
И тут.
Бум!
Дверь сильно загудела, и всё убежище содрогнулось. Пак Тэсан в испуге отпрянул от двери.
Бум! Бу-ум!
Удары следовали один за другим. Они становились всё громче, и наконец.
Бабах! Хр-р-руст!
Дверь повело. Огромный корень, толстый, как корень самого Мирового древа, вскрывал, раздвигая, дверь убежища.
Когда наконец образовалась дыра, в которую мог пролезть человек, Эльдора согнулся и протиснулся внутрь.
— И отчего всё такое твёрдое? Тот недавний был такой же, да и здания все как на подбор каменные. Что у вас тут, цивилизация железной скорлупы?
Ворча, Эльдора вошёл.
При появлении хрупкого красавца ропот людей на миг стих. Они — особенно женщины — заворожённо уставились на Эльдору.
А Пак Тэсан лишь беззвучно открывал и закрывал рот с посиневшим лицом.
— К-как ты эту дверь… Не подходи! Не подходи, говорю!
Пак Тэсан торопливо пятился.
Только теперь, видно, почуяв, что дело оборачивается скверно, люди опомнились. Они стали отступать вслед за Пак Тэсаном.
Эльдора со странной усмешкой двинулся к ним.
Но.
Хлоп!
Между ним и людьми выросла стена.
— А это ещё что?
Эльдора тут же нахмурился.
Бам! Бам-бам!
Он вскинул кулак и несколько раз ударил по стене. Но та лишь чуть подрагивала и не поддавалась.
Лицо его перекосилось, точно у злого демона.
Из-за разительного несходства с прежним прекрасным обликом людям сделалось ещё страшнее. Оценка «небывалый красавец» в один миг рухнула до «смазливого психопата».
«Проклятье!»
А Эльдору сводило с ума то, что ничего не выходит по его воле.
И без того тот недавний человек оказался с такой прочной оболочкой, что пришлось помучиться. Дошло до того, что пришлось вызвать Силапе, — а значит, он выложился почти что без остатка.
И вот, когда он его всё же добил и спустился сюда, его ждала толстая дверь. Кое-как открыл её, рассыпав семена хребрукариты, что принёс с собой, и протиснулся внутрь — а тут на тебе.
И снова его остановила стена.
«Не замешаны ли тут карлики?»
Даже такое подозрение мелькнуло. Но он тут же мотнул головой. Этого быть не могло.
Бабах!
В сердцах Эльдора снова обрушил кулак на стену.
Когда псих со странными ушами выделывает такое, людей, понятно, объял ужас. Все они вжались в противоположную стену, не зная, что делать.
Эльдора грозно обвёл их взглядом.
И вдруг в одном месте глаза его сузились. Там стояла женщина, что источала ту же силу, что и эта стена.
Сивеллин.
— Открой это.
Он смотрел на неё так, будто готов был убить. Но она молчала.
Эльдора снова усмирил гнев и сказал:
— Откроешь сейчас — тебя одну пощажу. Что скажешь?
— …
С застывшим лицом Сивеллин крепко прижала к себе Соын. Так, чтобы девочка ненароком не увидела этого выродка.
Не на ту напал, если думал, что она купится на пустые слова. Будь они даже правдой — стену она нипочём не уберёт.
Лицо её было полно тревоги.
Что же с Доджуном, который остался снаружи? Мёртв ли? Нет, не мёртв. Если бы Доджун погиб, ей самой было бы не остаться в этом мире.
Значит, он ненадолго отлучился? А этот выродок ворвался как раз тем временем?
Но и это вряд ли.
В убежище остались она с Соын. А Доджун не из тех, кто бросит их без единого слова надолго.
Ей хотелось тотчас же кинуться и узнать, что случилось. Подняться наверх и отыскать Доджуна.
Но.
— Сестрёнка…
Маленькое дитя, крепко прильнувшее к ней.
Бросить эту девочку она не могла. Не здесь, где такой опасный человек.
«Если вдруг настанет миг, когда ты сможешь спасти только одного — меня или дочь, — не раздумывай. Спасай первой дочку».
Когда-то услышанные слова Доджуна мелькнули у неё в голове.
В итоге ей оставалось лишь ждать. Веря, что он цел.
Сивеллин слегка прикусила изнутри губу.
Верить было её ремеслом, но это вовсе не значило, что ей не было тяжело.
— Чёрт, придётся звать ещё раз… Потом ведь будет шуму.
Видя, что стену никто и не думает убирать, Эльдора яростно зачесал в затылке.
Сивеллин впилась в него взглядом, словно решив не упустить ни единого его движения.
Он зыркнул на неё и приложил к стене левую руку.
— Силапе.
И назвал то самое имя, каким недавно крушил нутро Доджуна.
В его ладони поднялся ветер. И вмиг перенёсся в пространство за стеной. Весь воздух этого убежища, всего этого зала, оказался во власти его воли.
— …!
Распознать неладное сумела одна Сивеллин. Стена-то была поставлена, а сила выродка уже принялась шарить за ней.
Одной стены мало. Решив так, она готовила следующий ход.
Поставить за первой стеной ещё одну, а если совсем не выйдет — окутать каждого из людей отдельным защитным барьером. Способов было немало.
Сивеллин уже разомкнула губы, чтобы остановить то «нечто», что готовил враг.
И тут глаза её на миг широко раскрылись.
Тр-р-рещь!
Из перекошенного входа в убежище летело копьё, увитое синими разрядами.
— Что…!
Эльдора в испуге обернулся. Удар пришёлся точно в цель, но урона по-прежнему не было.
Однако, как и прежде, на краткий миг у него отняло и зрение, и слух.
И в тут же вернувшемся к нему поле зрения —
— Кхах.
— мелькнул Доджун с кровью на губах.
— Ах ты сволочь…
Хрусь. Скрежет зубов, готовых раскрошиться, разнёсся изо рта Эльдоры.
— К-кто это?
— Похоже, пришёл его прикончить!
С появлением Доджуна люди загомонили. Тот, кто метнул молниевое копьё, выглядел ни дать ни взять матёрым охотником.
По лицу Сивеллин, увидевшей его, скользнуло облегчение.
Слава богу. Цел.
Похоже, сильно ранен, но раз жив — всё как-нибудь поправится. Ведь рядом она.
От облегчения её руки на миг ослабли. И в этот миг Соын обернулась.
— Папа-а!
И в ужасе закричала.
Соын увидела Доджуна. Окровавленного, измождённого, ловящего ртом воздух, с алой кровью, ещё стекающей с губ.
Девочка захныкала. Вырвалась из объятий Сивеллин и бросилась к отцу. Но её торопливо перехватила чья-то рука.
Сивеллин.
— Сестрёнка! Там же папа!
Сивеллин покачала головой и снова прижала Соын к себе. Девочка билась в её руках, но вырваться не могла.
— Отец Соын! Как же…!
А рядом Квон Суён в отчаянии переступала с ноги на ногу.
Этот псих у стены — тот самый, от которого в ужасе удирал B-ранг Пак Тэсан. Как же E-ранг Доджун ему противостоит?
Сами они, похоже, в безопасности благодаря этой странной стене, но Доджун-то снаружи!
— Б-бегите! E-рангу это не по силам! — крикнула Квон Суён в сторону Доджуна.
Услышав это, окружающие забеспокоились.
— Охотник E-ранга?
— Так он не спасать нас пришёл?
Люди ведь были уверены, что Доджун — искусный охотник. Но, услышав про E-ранг, разом помрачнели.
Бедствие ещё не миновало.
Однако как бы там ни роптали люди, двоим за стеной не было до них никакого дела.
Они сознавали только друг друга.
— Живуч, ничего не скажешь. Силапе перемолол тебе все потроха — а ты жив? Да ещё и сюда за мной притащился?
Эльдора усмехнулся, словно опешив. Но тут же в его глазах закружилось бешенство.
Сперва он был беспечен, но после нескольких обменов ударами отбросил всякую беспечность.
А в этот самый миг его настрой поднялся до уровня настороженности.
Хлоп!
Доджун прижал копьё к корпусу и ринулся вперёд. Снова, без устали, повторяя удар, что всё равно не пробивает.
Эльдора, цокнув языком, вскинул левую руку.
Силапе уже призван в это пространство. Дух, видимый лишь его глазам.
Теперь, как и в прошлый раз, достаточно лишь коснуться рукой.
Но дело пошло не так, как он ожидал. Он-то думал, противник взмахнёт копьём, — а тот вдруг тоже выбросил руку вперёд.
Хвать! Сжали!
Будто меряясь силой, их ладони сцепились.
Глаз Эльдоры дёрнулся. Чтобы наверняка, надо бы коснуться груди… Ну да ладно. Сперва оторвать ему руку — тоже неплохо.
«Силапе».
Свирепый дух ветра вывернул руку Доджуна наизнанку.
Тр-р! Тр-р-р!
Все капилляры полопались, и предплечье целиком налилось мертвенной синевой.
— Кх-х!
Доджун стиснул зубы так, что они едва не раскрошились. Здесь была его дочь. Не мог же он постыдно завопить на всю округу.
Отец должен держаться перед своим ребёнком стойко.
Хлоп!
В следующий миг Доджун разжал руку и резко отскочил назад. Его рука, налившаяся синевой до самого плеча, безжизненно болталась.
— Т-ты цел?
«Терпимо…»
— Дурень упрямый!
Доджун, обливаясь холодным потом, усмехнулся. Окрики Калиша с некоторых пор стали для него почти что родными.
«Зато получилось».
Само собой, руку он подставил не без умысла.
[Эльдора]
Совместимость
— 0%
[Дополнительная характеристика]
Стремительность −31 ур.
В тот миг, когда их руки сцепились, он вынул из инвентаря кольцо. И сумел впечатать врагу минусовое свойство, что было на этом кольце.
Эффект проявился тотчас же.
— Что ты со мной сделал?! Почему тело такое тяжёлое?!
Эльдора заволновался.
Ещё бы: когда у тебя ни с того ни с сего срезают столько руны стремительности, поневоле растеряешься. Каково это — пересесть с новейшего спорткара на взятый напрокат малолитражный жестяной ящик?
— Так тебя отделали, а у тебя ещё и козырь припрятан…
Враг процедил это сквозь зубы. Чувствовалось, что настороженность его сгустилась ещё сильнее.
На деле козырей больше не осталось. Способность к копированию — раз в сутки. Минусовое свойство, которое можно было впечатать врагу, на этом и кончилось.
«Он ушёл от удара в воздухе. Значит, его способность не действует, пока он в воздухе».
Тогда срезать защиту не нужно. И «Не подлежит регенерации» — тоже.
Будь у него регенерация хотя бы как у тролля, он не стал бы так изворачиваться в воздухе, уходя от удара.
«Хотя, может, он ушёл в воздухе как раз для того, чтобы меня обмануть…»
Если так — против этого он всё равно ничего поделать не сумеет.
В воздухе его несусветная защита не работает. Оставалось поставить всё на эту догадку.
Уцелевшей рукой Доджун стиснул копьё. Глядя на это, Эльдора скривил уголок рта.
— Хм. И что ты сделаешь этой никчёмной рукой? Проклятие какое-то всадить вроде удалось, но толку всё равно никакого.
— Это мы ещё посмотрим.
Доджун излучал странную уверенность.
Эльдора повёл бровью — и тут глаза его раскрылись так, что едва не разорвались.
Налившаяся синевой рука Доджуна стремительно заживала.
А приглядевшись, он понял, что и кровь, стекавшая изо рта, теперь унялась.
«Эта сила!»
Эльдора резко обернулся.
Из-за стены та самая женщина в упор смотрела на него. А в одном её глазу распустился белый цветок.
Он, чей народ любил всякое растение, от этого цветка испытывал на редкость гадливое чувство. Хотелось вырвать его с корнем.
— Чёрт… Так и есть, целительница.
Враг цокнул языком и взглянул на Доджуна. За это короткое время тот заметно приободрился.
Бум!
Эльдора оттолкнулся от земли. Его фигура скользнула к Доджуну. Скорость была немалая, но для нынешнего Доджуна.
«Медленно».
Слишком медленно. По сравнению с прежним — будто гусеница ползёт.
Доджун выбросил копьё. Прямо в переносицу надвигающемуся Эльдоре.
Тук.
Но копьё, явственно ткнувшееся в переносицу, кожи врага не пробило. Просто скользнуло вбок.
Приняв удар Доджуна голым телом, Эльдора потянулся к нему рукой.
Доджун уклонился от неё. Сколь бы ни лечила Сивеллин, опасности всё же стоило избегать.
— Кх!
Не берясь за меч, Эльдора бешено замолотил обеими руками. Но скорость его теперь была сильно сбита.
К тому же Доджун снова получил благословение Сивеллин.
Благодаря этому в скорости их разделяла изрядная пропасть.
Вжих! Вжих-вжих!
Руки Эльдоры раз за разом рассекали пустоту.
Доджун, увёртываясь то туда, то сюда, уходил от всех его рук. В промежутках он пробовал и колоть копьём, но ни одного дельного попадания не выходило.
В конце концов опять установилось то самое затишье, что и прежде, — когда ни один не наносит другому урона.
И вот тут.
— Сюда!
Эльдора, торжествующе ухмыльнувшись, протянул руку.
А перед ним был не Доджун.
— …!
А стена, за которой прятались Соын, люди и Сивеллин.
— Силапе! Убей эту женщину!
В бою с противником, при котором есть целитель, первым делом метят в целителя. Цель Эльдоры с самого начала была — Сивеллин.
Протянув руку к стене, Эльдора призвал духа.
Но.
— Попался.
Доджун прекрасно знал, что в первую очередь метят в целителя.
[Шипы Сиршейдера]
Чёрное острие, выросшее из тени врага, пронзило грудь Эльдоры насквозь.
Эльдора замер на месте — с протянутой рукой, спиной к Доджуну.
Бабах!
Доджун размашисто взмахнул копьём и подбросил врага в воздух.
— Кх! Ах ты гадёныш!
В воздух нельзя. Стоит оторваться от земли, не касаться её ногами — и он становится почти что беззащитен.
Но прославленный рыцарь не оставит свою слабость без прикрытия.
Управление телом в воздухе было тем, в чём он был увереннее всего. Извернуться, как давеча, и приземлиться — только и всего.
Однако.
— Кх!
На этот раз вышло чуть иначе.
В прошлый раз, подбросив врага, Доджун отпускал шипы. Считал, что раз тот в воздухе — уже пойман, а держать шипы — лишь напрасный расход маны.
Но теперь всё было иначе. Теперь он, напротив, влил ещё больше маны и держал шипы накрепко.
— Отлично! Вот сейчас!
Калиш звонко крикнул, будто говоря: вот он, твой миг.
Доджун присел и перехватил копьё. Из его тела хлынула ледяная, морозная мана и расщепилась на две нити, на три, и наконец — на все десять.
Тонкие, как нити, струйки маны колыхались вокруг него.
— Делай ровно как учил! Покончи всё с одного раза!
Калиш горячился, словно дело касалось его самого.
Покончить с одного удара — с этим Доджун был согласен. Другого случая, быть может, и не выпадет.
И потому Доджун.
«Этого может не хватить».
Сейчас его предел — десять нитей. Но.
Тр-рк.
Он расщепил волокно маны ещё на одну.
В глазах Доджуна проступили кровавые жилки.