Глава 16 — Глава 16. Хлопоты наставницы

**Глава 16. Хлопоты наставницы** — Десять дней совершенствования? Вот так сразу? — Гу Чунь едва не подпрыгнул от нахлынувшего восторга. — Система, да ты щедра, как никогда! Не теряя ни секунды, он призвал из пространственного хранилища свиток с техникой «Девять Мечей Алого Солнца» и, развернув его, впился взглядом в описание второй формы. **[Обнаружено заклинание. Желает ли Хозяин использовать функцию «Мгновенное Освоение»?]** — Да! — не раздумывая, выпалил Гу Чунь. **[Хозяин использовал «Мгновенное Освоение». Вторая форма техники «Девять Мечей Алого Солнца»: Тысяча Разломов Пылающей Степи — успешно изучена.]** В тот же миг сознание Гу Чуня затопило ослепительным светом. Поток информации — сложный, многогранный, древний — хлынул в его разум, словно бурная река, прорывающая плотину. Секреты управления энергией, тонкости движения кисти, опыт тысяч сражений — все это впечаталось в его память, будто он годами оттачивал этот единственный удар на краю вулкана. «Тысяча Разломов Пылающей Степи» — это была не просто техника, а воплощение разрушения. Дальнобойная атака, предназначенная для истребления полчищ врагов. Суть её заключалась в мгновенной трансформации духовной энергии в яростный огонь чистого Ян. Меч становился лишь проводником, кистью, которой заклинатель рисовал картину апокалипсиса. Стоит лишь взмахнуть клинком, и волна пламени, подобная цунами, поглотит все живое, обращая цветущие сады в выжженную пустошь. Если довести мастерство до пика, один удар способен превратить тысячу ли плодородных земель в дымящиеся руины. Пока Гу Чунь упивался новообретенной силой, интерфейс Системы перед глазами Большого Желтого обновился, предлагая новый список поручений. 1. Собрать десять видов редких горных деликатесов и преподнести их Гу Чуню. 2. Собрать десять пропитанных потом нижних рубашек учениц. (Важно: нестираных). 3. Раздобыть артефакт восьмого ранга. (Принудительное задание: будет разблокировано только после выполнения десяти обычных поручений Вторым Вассалом). Гу Чунь, имевший доступ к списку, пробежался глазами по строчкам и едва не поперхнулся воздухом. — Ну и вкусы у этой Системы... — пробормотал он, кривясь в усмешке. — Действительно, чертовски извращенная штука. Потные рубашки учениц? Серьезно? Это же чистой воды фетишизм! «Нет уж, дудки, — подумал Гу Чунь, скрестив руки на груди. — У моей Системы явно какие-то специфические наклонности. Я не позволю, чтобы мой верный пес превратился в озабоченное животное, ворующее белье по кустам». Выбор был очевиден. — Еда. Однозначно еда, — кивнул сам себе юноша. — Это полезно, вкусно и, главное, пристойно. Большой Желтый и раньше таскал ему разную дичь, так что это задание для пса — раз плюнуть. Гу Чунь мысленно нажал на первый пункт. В голове пса тут же прозвучал механический, лишенный эмоций голос: **[Задание: Собрать десять видов горных деликатесов и преподнести их Гу Чуню.]** **[Награда: Техника совершенствования для зверей «Поглощение Небес Алчным Волком».]** Большой Желтый склонил лобастую голову набок, прислушиваясь к эху в своем сознании. Спустя мгновение в его умных глазах вспыхнуло понимание. — Большой Желтый, слушай внимательно, — Гу Чунь присел на корточки и потрепал пса за ухом. — Я ухожу в глубокую медитацию на несколько дней. Это задание полностью на тебе. Но запомни главное: если почуешь опасность — беги. Не геройствуй. Понял? — Гав! — пес серьезно кивнул, и в его взгляде читалась непоколебимая уверенность: «Положись на меня, хозяин!». Проводив взглядом удаляющийся рыжий хвост, Гу Чунь вернулся в хижину, сел в позу лотоса и, успокоив дыхание, начал циркулировать энергию согласно «Писанию Изначального Чистого Ян». **[Обнаружено, что Хозяин начал культивацию. Желаете применить накопленные «Десять дней совершенствования»?]** — Да. Как только команда была отдана, тело Гу Чуня превратилось в черную дыру. Он стал живым вихрем, жадно втягивающим в себя ци Неба и Земли. Энергия, густая и плотная, бурлящим потоком устремилась в его меридианы, сметая преграды и расширяя каналы. Сфера Концентрации Ци: пятая ступень... шестая... седьмая... Прорыв следовал за прорывом, словно бамбук, лопающийся в костре. Сила росла лавинообразно, пока не уперлась в пик восьмой ступени, замерев лишь в шаге от девятой. Сердце Гу Чуня бешено колотилось от радости. «Какая невероятная эффективность! Если бы такие награды выпадали чаще, я мог бы вообще не тренироваться, а просто лежать и плевать в потолок, становясь бессмертным!» Впрочем, эйфория быстро уступила место прагматизму. Халява халявой, но и самому плошать нельзя. Ему нужно как можно скорее прорваться в Сферу Заложения Основы. Только так Лин Шуан сможет выполнить свое задание, а он, Гу Чунь, получит свою награду. Это будет уже шестое выполненное задание. Останется всего четыре — и откроется тот самый, обязательный квест на парное совершенствование. При мысли об этом губы Гу Чуня сами собой растянулись в предвкушающей, немного плутоватой улыбке. --- Пока ученик предавался грезам, его наставница действовала. Фигура Лин Шуан, подобная ледяному призраку, скользнула сквозь облака и опустилась на вершину Пика Пилюль — обитель лучших алхимиков секты. Белоснежные одежды развевались на ветру, а взгляд, холодный, как вечная мерзлота, буравил лысоватого толстяка, сжавшегося в комок перед ней. Толстяка звали Дань Сюйцзы. Он был главой Пика Пилюль и одним из десяти старейшин Секты Юйцин, фигурой уважаемой и влиятельной. Но сейчас, перед лицом Лин Шуан, он выглядел как нашкодивший школяр. — Фея Бесчувствия, то, что вы просите... — старик вытирал пот со лба рукавом, запинаясь на каждом слове. — Это... это просто невозможно, старик не в силах... — Хм? — Лин Шуан слегка приподняла бровь, и температура вокруг упала на несколько градусов. — Я прошу всего лишь тысячу Пилюль Сосредоточения Духа и сотню Пилюль Заложения Основы. К чему эти причитания, будто я требую твою душу? Внутри у Дань Сюйцзы все обмерло. «Всего лишь?! — мысленно взвыл он. — Моя ты госпожа, тысячу пилюль?! Сотню для основы?! Ты их вместо риса есть собралась? Мы здесь алхимией занимаемся, тонким искусством, а не оптовой торговлей репой на базаре!» Однако вслух высказать свое возмущение он не решился. Сглотнув, он осторожно спросил: — Фея Бесчувствия, позвольте узнать, зачем вам такое колоссальное количество? — Для моего ученика. — Ученика? — глаза старейшины округлились. — Но у вас их всего двое! Даже если они будут глотать пилюли горстями трижды в день, им столько не съесть за всю жизнь! — Моя старшая уже давно покинула гнездо, — отрезала Лин Шуан. — Это все для младшего. — Но количество... Прошу, поймите, мы физически не можем... — Хм! — Лин Шуан шагнула вперед, и её аура ударила по старику тяжелой волной. — Я прошу у вас немного лекарств, а вы ведете себя так, словно я вырезала ваших родителей! Если не дадите сами — я заберу силой. Дань Сюйцзы подпрыгнул на месте, как ужаленный, и замахал руками: — Нет-нет-нет! Моя госпожа, умоляю, не надо! Пик Пилюль не переживет вашего визита! Давайте... давайте сойдемся на компромиссе? Триста Пилюль Сосредоточения Духа и десять Пилюль Заложения Основы. Это предел! Я отдам все, что есть в резерве, больше просто неоткуда взять! — Давай сюда, — Лин Шуан требовательно протянула изящную ладонь. Дань Сюйцзы издал звук, похожий на сдувающийся мех, и с выражением вселенской скорби на лице подозвал ученика. Тот, дрожащими руками, вынес нефритовые флаконы. Лин Шуан небрежно смахнула драгоценные лекарства в пространственный браслет и, не прощаясь, обратилась в луч белого света, устремившись в небо. Глядя ей вслед, Дань Сюйцзы отер холодный пот и бессильно осел на каменную скамью. — Ушла... Наконец-то эта богиня резни ушла. Ох, мое сердце... --- Покинув Пик Пилюль, Лин Шуан не вернулась сразу на Пик Абсолюта. Её путь лежал к жилищам внешних учеников. Её духовное сознание, мощное и всепроникающее, накрыло поселение невидимой сетью. Мгновение — и цель была найдена. Внимание Лин Шуан остановилась на миловидной девушке с печальными глазами. Это была Цзян Янь — та самая ученица из Отдела Доу, что посмела заступиться за Гу Чуня. После кровавой резни, устроенной Лин Шуан в Отделе Доу, выжившую девушку перевели в Отдел Ши — один из двадцати восьми внешних отделов. Лин Шуан возникла перед ней из воздуха, словно призрак. — Ты. Идешь со мной, — бросила она, не тратя времени на приветствия. Цзян Янь, увидев перед собой кошмар своих снов, побледнела до синевы. Она своими глазами видела, как эта женщина уничтожила Отдел Доу. Триста человек... Лин Шуан даже не запыхалась, убивая их. Ноги девушки подогнулись, и она рухнула на колени, заливаясь слезами: — С-старшая... пощадите! Я... я ничего не сделала! Я невиновна! На шум выбежал управляющий Отделом Ши. Увидев гостью, он тут же плюхнулся на колени, ударившись лбом о землю: — Фея Бесчувствия! Прошу, смилуйтесь! Цзян Янь — тихая девочка, она и мухи не обидит! Умоляю, не убивайте её! — Кто сказал, что я собираюсь её убивать? — холодный взгляд Лин Шуан пронзил управляющего насквозь. — Но... тогда зачем... — Хозяйка Пика Абсолюта не обязана отчитываться перед тобой, — голос Лин Шуан зазвенел сталью. Управляющий затрясся, кланяясь так часто, что его голова превратилась в размытое пятно: — Не смею! Не смею спрашивать! Простите дерзость! — Хм. Жить хочешь — не суй нос не в свои дела. Или мне нужно проредить еще и твой отдел на пару сотен голов? Не дожидаясь ответа, Лин Шуан схватила оцепеневшую от ужаса Цзян Янь за плечо и взмыла в небо, унося её на Пик Абсолюта. --- На Пике Абсолюта царила тишина. Гу Чунь все еще был погружен в глубокую медитацию и не заметил возвращения наставницы. Лин Шуан опустила все еще дрожащую Цзян Янь на землю перед хижиной ученика. — Твоя задача проста, — сказала она, указывая на Гу Чуня. — Ты должна помочь ему обуздать избыток энергии чистого Ян в его теле. — А? — Цзян Янь моргнула, её заплаканные глаза расширились от непонимания. — Тебе придется заняться с ним... парным совершенствованием. Понимаешь, о чем я? — Лин Шуан говорила об этом так же обыденно, как о погоде. — Ч-что?! — лицо Цзян Янь вспыхнуло так ярко, что, казалось, от него можно было прикурить. Краска залила шею и даже уши. — Как... как такое возможно?! Это же... Лин Шуан не стала тратить время на уговоры. Она провела пальцем по браслету и извлекла небольшую книжицу. Обложка переливалась мягким, порочно-розовым светом. Это был трактат о парном совершенствовании — редкий и чрезвычайно откровенный.