Глава 4 — Глава 4

*Перевод:** Astarmina*** — Волновалась? Себастьян, словно услышав незнакомое слово, перекатил его во рту, пробуя на вкус, а затем вдруг усмехнулся. От этого ледяного тона Эрика до боли прикусила нежную кожу внутри рта. «Ах, что же делать?» Для неё это было вполне допустимо — ведь она стояла ниже Бонпижу по положению. Но вот такую дерзость проявлять по отношению к Себастьяну Аклиффу было уже чересчур. Однако, похоже, отсутствие того, кто мог бы её остановить, сыграло свою роль — Бонпижу всё-таки перешла черту. Словно желая возместить время ожидания, она дерзко открыла рот и заговорила. Из-за этого Эрика, не имевшая к этому никакого отношения, почувствовала, будто кто-то схватил её за горло и перекрыл дыхание. Ее лицо в одно мгновение побелело. Именно тогда губы Себастьяна искривились. — Волновалась, говоришь... От его низкого голоса Эрика вздрогнула всем телом. Непроизвольно по коже побежали мурашки. Себастьян, слегка опустив взгляд и почесав висок, снова поднял лицо. Холодные красные глаза спокойно, но с пронзительным взглядом уставились на Бонпижу. Растянутые в ухмылке губы. Между ними просочился ледяной смех. Себастьян несколько раз провёл пальцами по уголкам рта, пытаясь взять себя в руки, но, видимо, ему это не удавалось — настолько всё это казалось глупым и смешным. «Что же делать?» В обычное время он бы просто проигнорировал. Но сейчас Себастьян, словно решив немного поиграть, уставился на Бонпижу и переспросил: — И что? — Простите?.. Она, видимо, ожидала хоть какого-то извинения в ответ, но вместо этого сама оказалась в неловком положении и не смогла скрыть растерянность в голосе. Себастьян нарочно нахмурил одну бровь и спросил с высокомерной интонацией: — Если было так тяжело ждать или неприятно — разве нельзя было просто уйти? — Э-это... Его речь была медленной и настойчивой, словно он загонял добычу в угол. Бонпижу, видимо, подавленная его аурой, неосознанно отступила на пару шагов назад. — Но раз уж ты так упорно оставалась и ждала... Себастьян намеренно затянул паузу, растягивая слова. Хотя в его тоне не было ни высокомерия, ни снисхождения, в нём явно чувствовался холодный гнев. Затем, без предупреждения, он сделал широкий шаг в сторону Эрики и Бонпижу, сократив расстояние между ними. Эрика сглотнула. «Что же делать? Видимо, Его Высочество очень зол». Как бы там ни было, в глазах окружающих именно она была здесь самой высокопоставленной особой из дома маркиза Бланш. Мысль о том, что Себастьян явно собирается предъявить ей претензии и спросить за случившееся, заставила Эрику крепко зажмуриться и опустить голову. Сцепленные руки дрожали. — В-Ваше Высочество!.. Как раз в тот момент, когда девушка собиралась извиниться перед Себастьяном вместо Бонпижу, она почувствовала, как по её щеке скользнул холодный ветерок. Поспешно открыв глаза, она увидела, что он прошёл мимо, даже не взглянув на неё. — Э-э? Удивлённая Эрика с опозданием обернулась, словно пытаясь уловить его силуэт. И в тот же миг — хвать! — У-ух... Изо рта Бонпижу, стоявшей позади Эрики, вырвался стон боли. — Ах! Себастьян одной рукой схватил её за шею и сжал. Искривив уголок рта, он спросил: — Видимо, тебе было слишком жалко просто уйти? Судя по тому, как ты терпела унижения, лишь бы остаться и дождаться свадьбы. Растерянная Бонпижу заговорила дрожащим голосом: — Э-это... От-отпустите... Но Себастьян не ослабил хватку. Наоборот, он сжал сильнее, и слова Бонпижу стали неразборчивыми, пока, наконец, она не перестала издавать что-либо, кроме стонов. — Видимо, ты до сих пор не понимаешь ситуации. Раз уж первое, что ты сказала, было это, значит, ты не знаешь, как правильно себя вести. С его губ сорвалась насмешка, пропитанная убийственной холодностью. — Жалкое зрелище. Что именно было жалким? Бонпижу? Или, может, дом маркиза Бланш? «А возможно, и то, и другое». Эрика, с побелевшим лицом, закусила губу. Тем временем лицо Бонпижу становилось всё бледнее, словно гипсовая маска. «Нет, так нельзя». Сегодняшний брак был устроен лично императором. Но что, если кто-то из представителей семей погибнет или начнётся драка? Всё пойдёт наперекосяк. К тому же Бонпижу — человек маркиза Бланш. Эрика не знала, считал ли надменный маркиз Бланш свою горничную действительно своей опорой, но за время, проведённое вместе, она поняла, что та воспринимала себя чуть ли не доверенным лицом своего господина. «Конечно, для маркиза она куда важнее, чем такая никчёмная, как я — даже не настоящая дочь». Поэтому сейчас главное было спасти её любой ценой. Бонпижу, похоже, уже достигла предела — её глаза начали закатываться, а из приоткрытого рта текла слюна. Эрика поспешно подошла к ним и попыталась остановить Себастьяна. — В-ваше Высочество, успокойтесь, пожалуйста. Но Себастьян не ослабил хватку. Он лишь медленно перевёл на неё ледяной взгляд красных глаз, от которого по коже бежали мурашки. Девушка почувствовала, как у неё пересохло во рту от этого устрашающего давления, но сглотнула и, склонив голову, поклонилась. — Я... я приношу свои извинения вместо неё. Пожалуйста, простите главную горничную. Это моя вина, что я не смогла должным образом воспитать подчинённых. Ответа от Себастьяна не последовало. Лишь спустя долгое время в ушах прозвучал лёгкий щелчок языком, словно звон. Себастьян не сказал ни слова в ответ на её слова, а лишь бросил холодный взгляд на Бонпижу и процедил: — Знай, что ты осталась жива только благодаря своей госпоже. И лучше бы тебе до конца дней помнить об этом и держать свой язык за зубами. В тот же момент его рука разжалась, и Бонпижу бессильно рухнула на землю, закашлявшись. — Кх-кх! Кхе! Но, по крайней мере, цвет лица к ней начал возвращаться. Эрика украдкну выдохнула с облегчением. Тем временем Себастьян на мгновение задержал взгляд на её лице, а затем отвел глаза. После этого он цокнул языком, резко стряхнув руку, которой держал Бонпижу за подбородок. Но, словно всё ещё не удовлетворённый, он грубо снял перчатку и швырнул её куда-то. Старый священник, до этого молча наблюдавший за происходящим, приблизился к Себастьяну с добродушной улыбкой. — Давно не виделись, герцог Аклифф. Как поживаете? Как бы ни было велико влияние дома Аклифф, верховный священник был человеком, с которым Себастьяну приходилось быть осторожным. — Давно не встречались. Рад видеть, что вы по-прежнему в добром здравии. Ни следа не осталось от его недавней свирепости — словно он смыл её водой. Эрика, наблюдая за этой внезапной переменой, внутренне напряглась ещё сильнее. Священник слегка похлопал Себастьяна по плечу и тихо сказал: — Вы хорошо сдержались, герцог. Разве сегодня не прекрасный день? Думаю, главная горничная маркиза Бланш просто слишком предана своей госпоже, отсюда и перегибы. — Хм. — Девушка из дома Бланш долго ждала на холоде — неудивительно, что она немного вышла из себя. Губы Себастьяна на мгновение сжались, а затем расслабились. Он быстро остыл, и теперь чувствовал лишь опустошение. Его лицо на миг потеряло всякую строгость. Затем он устало произнёс: — Если им нужно оправдание — мы опоздали из-за кареты. После его слов все присутствующие перевели взгляд на герцогскую карету.