Глава 16 — Глава 16.

В подземном городе Атмане взошла звезда. Под сводами, что скрывали небо, куда не мог проникнуть ни единый луч, в Атмане, — именно поэтому явление звезды было столь ошеломительным. То был яркий свет, не заслонённый ни густым туманом, ни тусклым сиянием рудных фонарей. Платиновое звёздное сияние, которое ничто не смело затмить, — вот чего так страстно желал юноша. Он ошеломлённо моргал, глядя на звезду в своей руке. «Я вытащил его. Действительно вытащил». В его ладони покоился Звёздный Меч. Священный клинок, символ самого короля Артура — Экскалибур. Взирающий на сияющий меч, зрачки Наджина окрасились в платиновый цвет. Это была авантюра, рискованная игра, в которой он поставил на кон всё, будь что будет. Основанием для этой авантюры служили лишь голос, звучавший в его голове, да собственная интуиция. Но он и вправду вытащил меч. Происходящее казалось нереальным, однако тяжесть клинка в руке убеждала Наджина в том, что всё это — явь. «В таком случае…» Если это реальность. Если он не спит. — Хакан-Травник. Было дело, которое следовало завершить. Мечтавший юноша вернулся в суровую действительность. Ощущая пальцами прохладную рукоять, Наджин медленно поднял меч. Острие клинка было направлено на Хакан. Наджин улыбнулся, нацелив меч на негодяйку, что посмела вторгнуться во владения Ивана. — Последнее слово? Израненный юноша. С прошлой минуты изменилось лишь одно — меч в его руке. Но юноша был, пусть и в малой степени, мечником, а для мечника смена клинка означает, что изменилось всё. Ход битвы был предрешён. Чаша весов склонилась. Юноша стоял, а Хакан сидела на земле. Её по-прежнему окружала толпа наркоманов, но звезда в руках Наджина была не из тех, что можно скрыть подобной мелочью. Хакан разразилась смехом. — …Это вообще возможно? Кто бы мог вообразить? Что мальчишка из этого грязного подземного города, полного лишь отверженными, вытащит Экскалибур. Хакан готовилась к этому дню целых семнадцать лет. И теперь, видя перед собой юношу, преградившего ей путь, она не могла сдержать горького смеха. Наджин оттолкнулся от земли. С мечом, влекущим за собой платиновое звёздное сияние, он двинулся к Хакан. Наркоманы, даже без приказа хозяйки, бросились на него, но эти жалкие тени прошлого уже не могли преградить ему путь. Хрясь! Словно рассекая водную гладь, наркоманы были сметены. Хакан ошеломлённо смотрела на эту картину. В ней она видела мечту, оставленную ею в Верхнем Городе. То, чего она так страстно желала, но так и не смогла обрести. «Звезда». Сияющая звезда. Не все, кто пал в этот город, были такими, но по крайней мере сильнейшие, правители каждого района, — все они когда-то мечтали о звезде. И Сумеречный Хорсе. И Одноглазый Иван. И Хакан-Травник. Все они мечтали обрести свою собственную звезду. Жаждали зажечь её в высоком ночном небе. И потому, протянув руки к этому небу и рухнув в этот город, они не могли забыть звёздный свет. — А-а-ах… Хакан застонала перед приближающейся звездой. Наконец звезда остановилась прямо перед ней. Хакан подняла голову и посмотрела на юношу. Тело, израненное взрывом. Одежда, покрытая копотью и кровью наркоманов. Но его глаза ни на миг не утратили своего света. Напротив, они сияли ещё ярче, чем прежде. Хакан поняла — это конец. Осознав свою участь, она усмехнулась. Собственной судьбе. И жалкому будущему, что ожидало этого юношу. — …Щенок. Хакан улыбнулась ему. Это была улыбка проигравшей, что мечтала о том же, о чём и он, но рухнула в этот город. — Этот свет не должен был появиться здесь. Ты стал слишком заметен. Может, у тебя и было право вытащить меч. — Но тебе, ещё не окрепшему, не следовало владеть таким светом. Ты слишком поторопился. Не подготовившись, взял в руки нечто слишком сияющее. — Властители Верхнего Города не благословляют тех, кто владеет звёздным светом. Если неподготовленный обретёт его, они просто сотрут его в порошок. Она подняла правую руку. На ней виднелся выжженный раскалённым железом шрам. Такой же, как правый глаз, которого лишился Одноглазый Иван, и пальцы, которых лишился Хорсе. — И тебя тоже сотрут. Ведь ты завладел светом куда большим, чем мы. А значит, и потеряешь нечто куда более великое. — Ты потеряешь всё. Это было и проклятие, и пророчество, и совет. Слушая Хакан, Наджин вспомнил недавнее прошлое. Проклятия, которые бросал ему в лицо Трикси, предчувствуя свою смерть. «Наджин, ты сгниёшь в этом городе до конца своих дней!» Тогда он не смог возразить. Он всегда хотел возразить, но знал, что это правда, и потому лишь пропускал их слова мимо ушей. «Но…» Теперь всё иначе. Перейдя черту, Наджин начал свой бег. Он протянул руку к недостижимому и схватил его. Теперь пришло время бежать дальше, глядя ещё выше. И никто не сможет преградить ему этот путь. — Это ваша история, — сказал Наджин. — Тех, кто потерпел неудачу и пал в этот город… Успех и провал разделяет тонкая грань. Каким будет его будущее, можно узнать, лишь столкнувшись с ним. Чем, как и прежде, смиряться, сдаваться и чувствовать горечь, он лучше выберет путь столкновения и сокрушения. Оковы, что долгие годы сковывали его, были разбиты. Взгляд юноши был окрашен не мутным закатным светом, что навис над подземным городом, а платиной, исходящей от Звёздного Меча. — Я не собираюсь слушать россказни неудачников. — …Ха! Неудачники. Услышав это слово, Хакан рассмеялась. — Что ж, ты прав. Она усмехнулась, скривив губы. — Посмотрим… Наджин поднял меч. — Сможешь ли ты сказать то же самое, когда почувствуешь всё на своей шкуре… Насколько жесток мир наверху, которого ты не знаешь, и до какой степени он может быть безжалостным. Почувствуй это на себе, — кричала Хакан. И Наджин взмахнул поднятым мечом. Тело Хакан-Травника повалилось набок. Глядя на растекающуюся по земле кровь, Наджин тяжело выдохнул. Всё тело ломило. И не только из-за ран. Чувство опустошения, словно из тела что-то уходило. После взмаха Экскалибуром это чувство лишь усилилось. Наджин, тяжело дыша, опустил меч. Он победил Хакан и перебил всех наркоманов. Было бы хорошо, если бы на этом всё закончилось, но… — … Наджин молча опустил взгляд. Там стояли жители, сбежавшие во время суматохи, и те, кто, спрятавшись в зданиях, теперь смотрел на него. Они видели. Видели меч в его руке. Звезду, что взошла в подземном городе. Но не все смотрели на звезду. Были и те, кто смотрел на юношу, державшего её. Это были солдаты, присланные из Верхнего Города, стражники, охранявшие Экскалибур. В тот миг, когда их взгляды встретились, Наджин понял. Он должен догнать и убить их. Заставить их замолчать. Но у него не осталось сил, чтобы преследовать их, исчезающих в толпе. Наджин, хромая, побрёл в переулок. Это не сон, а реальность. И потому Наджин должен был принять решение. Хотя бы для того, чтобы не быть «стёртым в порошок», как сказала Хакан. Он побежал, скрываясь от людских глаз. Орден Звезды, что поклоняется звёздам. Орден Звёздной Крови, Орден Звёздного Тела, Орден Звёздного Сияния. В далёком прошлом единый, ныне разделённый на три. Среди них глава Ордена Звёздного Сияния, Верховный Жрец Орлан, нахмурился. — Что случилось в столь ранний час, Берло? Рыцарь Ордена Берло пришёл в кабинет с двумя солдатами. Поставив их на колени перед Орланом, он низко поклонился. — Есть вести, которые вы непременно должны услышать. — Это о том, что прошлой ночью был извлечён Священный Меч? Если так, то я уже сыт этим по горло. Со всех участков летят донесения, голова идёт кругом. Я сейчас очень занят. Орлан побарабанил пальцами по столу. — Это настолько важно, что ты решил доложить мне лично? — Да, важнее всего. Если уж молчаливый рыцарь Берло говорит такое, значит, информация и впрямь чрезвычайной важности. Орлан тяжело вздохнул и жестом указал Берло продолжать. Мол, говори. И то, что он услышал… Слов Берло было более чем достаточно, чтобы Орлан отложил перо и широко распахнул глаза. — Берло. — Да, приказывайте. — Если в твоих словах есть хоть капля лжи, ты лишишься голоса и будешь брошен в то самое место, которое только что назвал. — Клянусь богом, это правда. — Да как такое возможно…! Орлан ударил кулаком по столу. — Я же велел следить, чтобы никто не прикасался к мечу! Как вообще возможно, чтобы в этом городе грешников появился тот, кто смог его вытащить?! Его глаза забегали. Прижав пальцы к налившемуся кровью лбу, Орлан медленно выдохнул. Только что рыцарь Берло сказал, что прошлой ночью некий юноша из подземного города вытащил Экскалибур. Это были показания солдат, охранявших меч. И свидетельства грешников того города. «Я думал, это кто-то из троих: Святой Меча из Ордена Меча, Убийца из Ордена Звёздной Крови или Мастер Клинка из Империи…» Извлечение Священного Меча всколыхнуло весь континент. Мир предполагал, что это мог сделать лишь один из троих. Только они были ближе всех к Артуру и, как считалось, обладали правом вытащить меч. Кто-то из них вытащил меч и скрывает этот факт. Так считали все. И Верховный Жрец Ордена Звёздного Сияния, Орлан, думал так же. «Но…» Меч вытащил не один из них. Его вытащил юноша, живущий в городе грешников, куда не проникают ни людские взоры, ни даже звёздный свет. Орлан никак не мог в это поверить. Не мог поверить, но… Раз уж это случилось, нужно было принимать решение. Положение Верховного Жреца, ведущего за собой целый орден, всегда требовало быстрых решений. И старый жрец Орлан предпочёл не разбираться в ситуации, а вынести вердикт. — …Свидетели? Сколько людей об этом знает? — спросил он. Берло ответил: — В Городе Грешников — бесчисленное множество. Однако из тех, кто может ступить в этот город, — только эти двое. Он указал на двух солдат, стоявших на коленях перед Орланом. Орлан прищурился. — Только эти двое? — Да. Двое солдат, что несли караул прошлой ночью. Они пренебрегли своим долгом и не смогли помешать грешнику приблизиться к Священному Мечу. — Убрать их. Орлан щёлкнул пальцами. Не успели солдаты взмолиться о пощаде, как меч Берло пришёл в движение. Свистнувший клинок прошёлся по их шеям. Хрясь. Даже не взглянув на солдат, что падали, разбрызгивая кровь, Орлан обратился к Берло: — Хорошо, что меч не достался Убийце из Ордена Звёздной Крови, но это создаёт ещё большую проблему. Орлан указал на место, где стоял Берло. — Здесь находится главный храм Ордена Звёздного Сияния и его судилище. То, что грешник, осуждённый в таком святом месте, оказался достоин Священного Меча… разве это не абсурд? Орден Звёздного Сияния, Орден Звёздного Тела, Орден Звёздной Крови. У каждого ордена было своё судилище и свои методы суда. Орден Звёздной Крови судит кровью. Он карает еретиков, заставляя их истекать кровью там, где на них взирает больше всего звёзд. Орден Звёздного Тела судит телом. Он карает еретиков, разрывая их тела на куски и разбрасывая их. А Орден Звёздного Сияния… Орден, что судит светом, лишает грешников возможности видеть звёзды, заключая их под землёй. Они наказывают их, обрекая на вечное гниение без звёздной благодати. — То, что грешник, осуждённый под светом звёзд, вытащил меч… Орлан вынес свой вердикт. — Это подрывает основы судилища Ордена Звёздного Сияния и оскверняет саму его суть. Это значит, что произошло то, чего не должно было произойти. Он прищурился. — Надеюсь, вы поняли меня, сэр Берло. «Убери его», — вот что говорил Орлан. Никто из могущественных воинов континента, ни один из великих героев, ни даже звёзды на ночном небе ещё не знают, кто вытащил меч. Так что сейчас — единственный шанс. Сделай так, будто этого не было. Тихо и чисто. Конечно, у Орлана были и другие варианты. Он мог сделать исключение из правил ордена, простить грех юноши и взять его под свою опеку. Или признать, что орден вынес неверный приговор. Но Орлан так не поступил. Он был Верховным Жрецом, и его вера в свой орден была непоколебима. Он знал, что на пути, пройденном орденом, не должно быть ни единого изъяна. Поэтому он выбрал путь сокрытия возникшего дефекта. И в этом решении не было места компромиссам. Потому что Орлан всегда так жил. Всегда так решал проблемы. Глава главного храма Ордена Звёздного Сияния, что возвышался над подземным городом, вынес свой приговор юноше. — Я могу вам доверять? — Я оправдаю ваши ожидания. Берло, склонив голову, покинул кабинет. Пока вошедшие следом утаскивали тела солдат, он шёл по коридору храма и думал. Город Грешников, Атман. В его обязанности входило управление солдатами ордена, посланными туда, и потому Берло прекрасно знал, кто правит этим городом. «Рыцарь Атанги, Иван». Рыцарь, что когда-то смотрел с ним в одном направлении, стоял на одном поле боя, но в итоге пал, — именно он был правителем того города. На губах Берло появилась улыбка. — Давненько я не видел своего младшего товарища. Бывший Рыцарь Атанги, Берло. Пёс ордена, что собственными руками отбросил честь и гордость и потому больше не мог произносить имя Атанги, улыбнулся.