Звучание его голоса было мягким, словно он смаковал нежный бисквит. С выбором песни для поздравительного выступления проблем не возникло. Ён Гук любил петь трот, но эта сцена была неподходящим местом для подобного жанра. Поэтому он остановился на одной из любимых песен из прошлой жизни — лирической балладе Пак У Гёна.
— Ничего себе… Ён Гук всегда так пел? — Режиссёр Шин Сон Хён распахнул глаза, не отрывая взгляда от сцены. Ещё во время съёмок он заметил, что у парня хорошо поставлен голос и он обладает хорошим слухом, потому был уверен — поёт он неплохо. Но услышанное сейчас превышало все ожидания.
На широкой сцене находился только Ён Гук, и всё же она казалась тесной — настолько сильно он её заполнял. А его вокал… Голос звучал сладко, будто на связки нанесли мёд, и идеально переплетался с проникновенными словами песни.
«Вау…»
Со Мин Хе, сидевшая за столиком ведущих, не могла закрыть рот от изумления. Она находилась ближе всех к сцене и видела его лучше других. Быть актёром не означало не знать страха перед сценой. Лёгкое волнение, дрожь — обычное дело. Но в облике Ён Гука не было и следа тревоги. Напротив, он спокойно и уверенно двигался, делая шаги навстречу зрителям в такт музыке.
«Неужели он всегда мечтал стать певцом?»
Именно такое впечатление складывалось. Даже смокинг, надетый ради церемонии, удивительно гармонировал с лирикой песни, будто был создан специально для этого момента. Его высокий рост, широкие плечи и этот сладкий тембр… Казалось, будто на сцене стоит принц из девичьих грёз.
— Вот это да! — За кулисами руководитель Пэ Джин Сон сжал кулаки от радости. Когда он впервые предложил Ён Гуку заменить певца для поздравительного номера, сам мужчина не был уверен в успехе. Но выбора не было — подходящей замены попросту не существовало. Он лишь молился, чтобы номер прошёл без срыва.
И вдруг… это решение было не просто удачным, а грандиозным. Начальник Пэ был уверен: зрители по ту сторону экрана не могли оторвать взгляд от Ён Гука, как и он сам.
«Эх, знал ведь, что парень талантливый…»
В жюри сидел актёр Ан Джун Хён, и уголки его губ слегка дёргались в довольной усмешке. Он давно знал, что Ён Гук отлично поёт. Правда, привык слышать от него только трот и решил, что и в этот раз будет то же самое. Но парень снова превзошёл ожидания мужчины.
Теперь глаза продюсеров и режиссёров из Чунмуро в зале блестели, словно они видели перед собой не актёра, а птицу, несущую золотые яйца. И в подтверждение этому…
— Спасибо… и я люблю вас.
Зазвучали последние слова песни. Камеры на длинных кранах попеременно снимали Ён Гука на сцене и актрис в зале. Его голос был мягким и спокойным, словно он просто разговаривал, но в нём была такая сладость и искренность, что описать словами было невозможно. Его полный эмоций взгляд заставлял сердца зрительниц дрожать.
На экранах крупным планом появлялись лица актрис, и все они выглядели одинаково: под толстым слоем макияжа проступал румянец, а в глазах сияло неподдельное восхищение, направленное на Ён Гука.
***
Председатель торговой ассоциации, с красным от выпивки носом, пританцовывал плечами в такт песне Ён Гука, звучавшей из телевизора. Остальные торговцы тоже не могли усидеть на месте. Никто не ожидал такого поздравительного выступления, и праздник моментально превратился в настоящий бал — все подхватывали ритм, увлекаемые мягким и чарующим голосом парня.
— Эх, вот это голос! Просто блеск!
— А я что говорил? Он и в детстве пел здорово, но теперь… да он почти певец, настоящий артист! По уровню-то почти как На Хун!
— Постой, постой… ну и куда ты На Хуна приплетаешь? Скажу прямо: до На Хуна он чуть не дотягивает, но Нам Джина точно перепоёт.
Спор зашёл так далеко, что они начали сравнивать Ён Гука с легендами корейской сцены. Однако все сошлись в одном: он уже обошёл Нам Джина. Видимо, сказывался местный гонор.
К счастью, как только номер закончился, атмосфера шумного бала постепенно стихла. И вдруг…
— Мам, я решила! — вскочила Мён Джа, единственная дочь тётушки Ян, сжимая кулачки. Та удивлённо посмотрела на неё.
— Что это за важное решение ты приняла, что так серьёзно смотришь?
— Когда вырасту, выйду замуж за Ён Гука-оппу!
— Вот сначала похудей, а потом такие речи говори, дурында!
От окрика матери Мён Джа чуть не расплакалась, но палочки с куском свинины из рук не выпустила. Тогда председатель ассоциации, поглаживая щетинистый подбородок, сказал:
— Ну а что, зачем же ты так дочку дразнишь? Кто знает, вдруг и вправду Мён Джа когда-нибудь станет женой Ён Гука.
— Правда, дядя? — тут же засияли глаза девочки.
— Конечно! У меня ведь в Кочхэ есть друг, а у него сын — зовут Ким Ён Гук. Парень золотой! Вот как только школу закончишь, я вас познакомлю. Так что готовь маму потихоньку, ладно?
— Ох, дядя! — Смех гулко разнёсся по зданию ассоциации. В этой тёплой, весёлой атмосфере все продолжали смотреть телевизор, не отрываясь. Тем временем на сцене церемонии «Голубого дракона» заканчилось выступление Ён Гука, и началась основная часть награждения.
С каждой минутой фильм «Исповедь священника» собирал всё новые награды — музыкальную, за лучший сценарий, операторскую, режиссёрскую. Воздух в помещении Ассоциации будто звенел от радости присутстующих, а люди даже забывали наливать себе соджу, полностью поглощённые происходящим на экране.
И вдруг кто-то из торговцев громко произнёс:
— Эй, а что если… Ён Гук, наверное, и лучшего актёра возьмёт, а?
***
Когда-то в Корее говорили, что национальные кинофестивали — это настоящая Мекка для актёров. В отличие от телевизионных наградных церемоний, где многое зависело от рейтингов, здесь приз вручался исключительно за актёрское мастерство. Для любого актёра «Лучший актёр» был мечтой.
— «Исповедь священника». Роль Иакова — актёр Ким Хён Соп!
Когда объявили победителя в номинации «Лучшая мужская роль второго плана», команда фильма «Исповедь священника» вскочила с мест, аплодируя Ким Хён Сопу. Даже обычно сдержанное лицо актёра выражало полное изумление — он явно не ожидал, что назовут его имя. Поднимаясь с места, он бросил виноватый взгляд на Ён Гука.
— Ён Гук…
— Ну что вы, получили заслуженную награду — радуйтесь. Давайте скорее на сцену, вон, оператор уже машет вам, чтобы поднимались. И, надеюсь, речь заранее подготовили?
— Подготовил, но всё равно…
Ким Хён Соп чувствовал вину по одной простой причине: издавна на фестивале существовало неписаное правило — в один год два главных мужских приза не вручали актёрам из одного и того же фильма. Раз Хён Соп получил награду второго плана, значит, главный приз скорее всего достанется актёру из другого фильма.
Когда он вышел на сцену, режиссёр Шин Сон Хён тихо спросил:
— Ён Гук, не обидно? Честно говоря, я был уверен, что именно тебя объявят лучшим актёром… Я не хочу умалять заслуги старшего Кима, но… Чёрт, даже не знаю, как это сказать.
— Зачем вы так, режиссёр. Главное, что хоть кто-то из нашей команды получил приз. Да и сегодня «Исповедь священника» уже столько наград взяла, что и не сосчитать. А вы ведь и за лучшую режиссуру приз получили. Так что сегодня можно рассчитывать на роскошный ужин, верно?
— Конечно! Сегодня я угощаю, заказывай всё, что хочешь!
Шин Сон Хён говорил с улыбкой, но в его глазах таилась та же досада, что и в сердцах всей команды.
«Как не было у меня наградного везения, так и нет…»
В прошлой жизни Ён Гук посвятил себя актёрской игре, но награды его обходили стороной. Даже в категории второго плана он не получал призов, а ведь коллеги называли его одним из самых недооценённых актёров Кореи.
«Зря я готовил речь…»
Он неловко провёл пальцем по переносице. На этот раз казалось, что шансы есть, и он даже ночами репетировал благодарственную речь, представляя, как произнесёт её, зная, что мама смотрит на него в Намхане.
«Всё равно рад за него…»
Он улыбнулся, глядя на спину актёра Кима, поднимающегося на сцену. Когда-то Ён Гук уже потерял высшую награду на телевизионной церемонии SBC. Но ведь «Исповедь священника» стал настоящей сенсацией — фильм привлёк рекордное количество зрителей. Конечно, не выиграть сейчас было обидно, но радость за коллегу перевешивала.
— Старший Ким плачет… — шепнул кто-то в зале.
На сцене актёр говорил речь и не мог сдержать слёз. Хотя он был признанным мастером второстепенных ролей, это была его первая крупная награда — неудивительно, что голос дрожал, а слова путались. Ён Гук понимал его чувства. Сколько раз он сам мечтал оказаться на этом месте, получить признание всей индустрии, благодарить коллег и зрителей… Это непередаваемые эмоции.
«Старший, только не плачьте!»
Он первым поднялся и зааплодировал. Остальные последовали его примеру, и гром аплодисментов заполнил зал. Ким Хён Соп утер слёзы и попытался говорить увереннее:
— Честно, не знаю, заслуживаю ли я стоять на этой сцене. Но если назвать человека, которому я благодарен больше всего… Простите, режиссёр Шин, но я скажу — это актёр Чан Ён Гук. Без него этой награды у меня бы не было. Ён Гук, прости и спасибо!
Камера выхватила Ён Гука среди зрителей. Он ответил широкой, сияющей улыбкой, и прожекторы, скользя между ним и актёром Кимом, словно соединяли их невидимой нитью.
«Ну что ж… в следующий раз возьму…»
Да, было немного жаль, но Ён Гук знал — Хён Соп получил награду заслуженно. Если бы не его мощная игра в роли Иакова, «Исповедь священника» не стал бы таким фильмом.
Когда актёр вернулся на место с наградой в руках, всё ещё смущённый и виноватый, Ён Гук поддел его шутливо:
— Старший, теперь пора менять прозвище. На съёмках вы всегда были таким важным, солидным актёром, а сейчас… даже неловко.
Команда фильма посмеялась и поздравляла Хён Сопа, скрывая сложные чувства. Затем ведущий объявил:
— А теперь — номинация на звание лучшего актёра.
На экране показали фильмы, актёры которых претендовали на главный приз. Среди них был и фильм «Исповедь священника». Ён Гук помахал рукой в камеру и улыбнулся, благодарно приветствуя поклонников. Но особых надежд не питал — слишком уж старо было правило о невозможности двойной победы одного фильма.
Прошлогодний лауреат вышел на сцену и, раскрыв конверт, громко объявил неожиданное имя:
— Награду «Лучший актёр» получает… Чан Ён Гук за роль в фильме «Исповедь священника»!
Обновлено: 02.02.2026