— Почётный посол округа Йондо?
Йондо — город, пропитанный печалью и страданиями. Когда-то его называли «городом, который никогда не спит». Но не из-за ослепительных ночных огней, присущих Лас-Вегасу. Нет, это был город, где не смолкали стоны и рыдания людей, отчаянно ищущих своих родных среди беженцев.
Извилистые дороги, вьющиеся по склонам холмов, напоминали нескончаемую усталость, впитавшуюся в самое сердце этого места. В прошлой жизни я просто ненавидел его. Как невыносимый запах рыбы, который всегда ассоциировался с нищетой. Как резкий морской ветер и грубый говор моряков, который резал слух. Я сбежал отсюда в столицу, не оглядываясь. С тех пор, пока мама не слегла, я не приезжал сюда ни разу. Теперь это место приветствует меня как давно потерянного члена семьи.
— Кажется, ты не в восторге от этой идеи?
— Не то чтобы… Просто это слишком неожиданно.
— Что тебя так удивляет? Стоит только подойти к Намхану, и сразу становится ясно, как сильно люди Йондо тебя любят. К тому же, в школу уже отправили официальное уведомление из районной администрации, так что можешь не переживать и спокойно отправляться. Если бы мог, я бы выделил тебе личного менеджера, но всё получилось слишком внезапно, так что извини.
— Всё в порядке. Я ведь не ребёнок, чтобы не найти дорогу до администрации.
— Тебе послушать — и кажется, что ты старик лет шестидесяти!
Теперь Ким Сонхван говорил со мной куда свободнее. Пусть он был по ту сторону телефонной линии, но я легко мог представить его добродушную улыбку.
— Ах да, когда доберёшься до администрации, тебя там будут ждать люди, которым ты точно обрадуешься. Так что жди с нетерпением!
На этом связь прервалась. Почему-то мне казалось, что Ким Сонхван сейчас лукаво улыбается. Как раз в этот момент я встретился взглядом с матерью, которая спешила на работу. Судя по выражению лица, она была весьма заинтригована разговором.
— Это звонил директор. Говорит, меня избрали почётным послом Йондо.
— Что-о? Да неужто правда!
Её лицо озарилось радостью. Даже когда я показал ей табель с третьим местом по школе, она так не светилась. От этого на душе стало немного горько. Интересно, когда я получал награду на церемонии в конце года, смотрела ли она на меня по телевизору с таким же выражением?
И тут…
— Эй, мама Ёнгука! Ты чего там застряла, выходить не собираешься?!
Это была тётя Ян. Она не только жила по соседству, но и часто ходила на работу вместе с мамой. Сегодняшнее утро не стало исключением. Когда она услышала новость, глаза женщины округлились, став похожими на блюдца, а потом она разразилась таким громогласным возгласом, будто проглотила паровоз.
— Чт-что-о?! Ёнгук станет почётным послом Йондо?!
Уже представляю, как эта новость разноситься по всему рынку Намхан, прочно оседая в разговорах местных торговцев.
***
— Ёнгук-си!
Как только я добрался до районной администрации, один из чиновников буквально выскочил мне навстречу. Похоже, он не ожидал, что я приду так рано. Привычка, выработанная годами. Где бы это ни было — съёмочная площадка, телестудия — прийти заранее для меня всегда было чем-то естественным. В прошлой жизни я, ещё молодой Чан Ёнгук, стремился мелькать перед глазами сотрудников телекомпаний хоть на минуту дольше, надеясь, что меня заметят. Эта настойчивость со временем превратилась в привычку. Может, именно она в конечном итоге и сделала меня актёром.
— Я только пришёл на работу, а мне уже сообщили, что вы здесь! До церемонии назначения ещё целых два часа.
— Я просто решил осмотреться. Так что не беспокойтесь, всё в порядке.
— Вот это да, вы, как и говорят, кажетесь очень взрослым! Честно признаюсь, я ваш большой поклонник. При просмотре «Парня августа» я так полюбил юного Ким Хаджина… ну, то есть вас! Поэтому… можно ли будет после церемонии попросить у вас автограф и фото?
— Да без проблем. Времени до вручения назначения ещё полно, давайте сделаем это прямо сейчас. Кстати, а кто ещё, кроме меня, сегодня получит звание почётного посла Йондо?
— Ёнгук-си, вы не знали? Мы ведь передали всю информацию в ваше агентство. — Директор мне ничего не говорил… Может, именно на это он намекал в конце разговора?
Раздался ритмичный перестук каблуков. Я повернул голову и увидел женщину в солнцезащитных очках. Жара уже начала спадать, но её образ словно сам по себе создавал эффект прохлады. Её манера держаться прямо кричала: «Смотрите, я — актриса!» Словно рекламный ролик вживую.
— Давно не виделись, мелкий.
С этими словами Пак Суён сдвинула очки на макушку и приветливо мне улыбнулась. Кто бы мог подумать, что одной из почётных послов окажется именно она? Затем Пак Суён наклонилась ко мне и тихо произнесла так, чтобы услышал только я:
— Знаешь, я вообще-то соглашаюсь только на должности посла крупных городов, но поскольку директор так упрашивал… Вот и пришлось поучаствовать. Так что меня буквально выпихнули сюда. А ещё я сегодня как-то рано проснулась, да и других дел на день нет. В общем, решила выехать пораньше. Но не вздумай считать, что это из-за тебя! Просто скажи мне, почему ты вообще не спишь по утрам?
Ну да, кто бы сомневался. Если честно, меня сам факт её появления удивил. Я и представить не мог, что Пак Суён лично приедет в Йондо ради церемонии. Учитывая её характер, она бы скорее отправила кого-нибудь за удостоверением вместо себя. И тут я заметил, как за её спиной к нам подбегает ещё одна фигурка.
— Оппа! Как ты? Всё в порядке?
По одному только голосу я сразу понял, кто это.
— Ёнсу?
Она бежала ко мне в лёгком платье, а позади за ней следовала её мать. Улыбнувшись, та дружелюбно помахала мне рукой. Так что, выходит, все присутствующие послы?
— Ты тоже назначена?
Глаза Ёнсу округлились, и она радостно кивнула. А чиновник, который нас сопровождал, казалось, был ошеломлён тем, что все послы вдруг собрались одновременно.
Как только Ёнсу меня увидела, тут же взяла под руку, словно так и должно быть. Никакой неловкости, всё естественно. Пак Суён, заметив это, сняла очки с головы и с лёгкой усмешкой покачала головой.
***
Йондо можно описывать по-разному. Но если говорить о конкретных местах, то его главные символы — Тхэджондэ, мост Йондо и рынок Намхан. В прошлой жизни к ним добавились деревня Хыннёуль и прибрежные тропы, но это случилось позже, после того, как их преобразили в туристические зоны. Пока что они ещё не прошли стадию реконструкции.
— Лето же давно закончилось, почему всё ещё так жарко?!
После церемонии назначения нас сразу повезли фотографироваться в знаковых местах Йондо. Чиновник, отвечающий за фотосъёмку, был слишком усердным — казалось, он сделал не одну сотню снимков только в одной локации.
Как только мы закончили фотографироваться в Тхэджондэ и сели в машину, Пак Суён раздражённо воскликнула:
— Какого чёрта нас заставили позировать полчаса в такую жару?!
Правда, если уж на то пошло, именно она больше всех выкладывалась перед камерой. Будто это была не обычная фотосессия, а полноценная съёмка для глянцевого журнала. Суён заботилась о каждом кадре, вынуждая фотографа выкладывался на полную.
В микроавтобусе, кроме нас троих, был только менеджер Суён, который исполнял роль водителя. Ёнсу, сидя рядом со мной, то и дело украдкой пила воду, явно нервничая из-за присутствия Суён, но при этом и не думая отодвигаться. Сделав несколько больших глотков холодной воды, Суён посмотрела на меня.
— Мелкий, слышала, ты в независимом кино сниматься собрался?
Как быстро распространяются новости. Хотя чему удивляться — в конце концов, мы оба работаем в Songwon Entertainment. А учитывая, насколько директор Ким Сонхван любит поговорить, неудивительно, что слухи дошли до неё так скоро.
— Ты понимаешь, что к выбору проектов нужно подходить с умом? — продолжила Суён. — Независимое кино звучит красиво, но на деле всё куда сложнее. Условия на площадке могут быть ужасными. Но хорошо бы только это! Такие съёмки срываются чаще, чем завершаются.
— В этом-то и интерес, — пожал я плечами. — Было бы слишком скучно, если бы всё давалось легко.
— Ох, да что я вообще тебе объясняю! Всё равно не поймёшь! — воскликнула Суён и раздражённо водрузила очки обратно на нос. — И что я тут под палящим солнцем пытаюсь донести до этого мелкого?
В прошлой жизни я много снимался в независимом кино. Всё-таки это не театр — там хотя бы есть возможность работать с камерой напрямую. Но Суён была права — нередко съёмки срывались. А бывало и хуже: фильм был готов, но у продюсеров не хватало денег на монтаж, и в итоге его так и не выпускали.
В этот момент Суён чуть приподняла очки и бросила на меня выразительный взгляд.
— Только не вздумай подхватить звёздную болезнь, как некоторые. Она неизлечима.
Интересно, о ком она?
***
Фотосъёмка на рынке Намхан напоминала настоящую фан-встречу. Не только торговцы, но и посетители, как заворожённые, не сводили глаз с Пак Суён. Артист остаётся артистом в любой ситуации. И Пак Суён прекрасно это иллюстрировала — её манеры в обращении с поклонниками были безупречны.
— Ёнгук! Ты выглядишь просто потрясающе!
— Наш Ёнгук! Вы только посмотрите! Настоящий красавец! Чан Ёнгук, ты лучший! Лучший!
— А девушка рядом с Ёнгуком тоже очень красивая!
— О, благодарю. Я актриса Пак Суён.
— Да я не о вас, госпожа Суён! Я про молодую барышню, стоящую рядом с Ёнгуком! Стоят вместе — будто картинка!
Похоже, сделанный мамой выбор был удачным. Обычно я ношу футболку и шорты, но сегодня, ради такого случая, облачился в вельветовые брюки на подтяжках. Совсем не в моём стиле, но, учитывая возраст, выглядело довольно неплохо.
— Ну-ка, давайте запечатлим этот момент!
Фотограф провел нас в узкий переулок, образованный рядами рыбных прилавков. Госпожа Ян энергично махала рукой, а глаза стоящей рядом мамы светились от радости. Я помахала им в ответ. Вокруг собралось столько людей, что сделать хотя бы шаг было непросто.
— Как насчёт того, чтобы сфотографироваться с рыбой в руках? Всё-таки это рынок Намхан.
Фотограф осторожно предложил идею. Видимо, за время утомительной съёмки у него неожиданно прорезался профессиональный подход. Конечно, нашлись те, кто сразу согласился, но были и те, кому идея не особо понравилась.
— Может, я просто возьму рыбу и встану в центре?
— О! Так будет даже лучше!
— Тётушка, можно я ненадолго одолжу этого судака?
— Конечно! Если наш Ёнгук просит — без разговоров! Хоть целый таз забирай!
— Огромное спасибо!
Я вытащил из красного таза свежего судака. Рыба яростно билась, изо всех сил стараясь вырваться, но всё было тщетно. Сколько бы она ни трепыхалась, ей было не сбежать — Чан Ёнгук не из тех, кто упускает добычу.
— Тогда снимаем на фоне рыбных прилавков!
Пак Суён и Ёнсу встали по обе стороны от меня. Я почувствовал себя рыболовом, который только что вытащил солидный улов. Держа судака обеими руками, я заметил, как фотограф довольно улыбнулся. Пак Суён, напротив, выглядела так, будто только и мечтала, чтобы всё это поскорее закончилось.
Фотограф поднял пальцы и начал отсчёт.
— Три!
В этот момент судак собрал последние силы.
— Два!
Рыба дёрнулась так резко, что я не удержал её в руках. Вырвавшись из моей хватки, она полетела прямо в Ёнсу. Та, вскрикнув от неожиданности, инстинктивно отмахнулась, и рыба, описав дугу, устремилась обратно ко мне. Испуганная, Ёнсу вцепилась в меня.
— Один!
Шлёп! Шлёп!
Судак взмыл в воздух, а затем, падая, изо всех сил хлестнул хвостом по щеке Пак Суён.
Щёлк!
В тот же миг он плюхнулся обратно в красный таз.
Обновлено: 02.02.2026