Глава 9 — Шаг 1.8

Шаг 1.8 Неожиданные сюрпризы в моей жизни начинали утомлять. Я обошла дом и вышла к фасаду, проверяя улицу и окрестные здания на предмет чего-нибудь подозрительного. Электрошокер оставался за спиной; одной рукой я сжимала рукоять, а другой прикрывала его. Каждая незнакомая машина, каждое чужое лицо и каждый тихий звук отзывались во мне резкими толчками тревоги. «Кто это? Кто пришел за мной?» Самые худшие опасения вышли на передний план. Кто-то узнал, что я технарь. Кто-то плохой. Кто-то, кто может навредить папе, чтобы добраться до меня. «Дина — кейп». Должно быть так. Она никак не могла выследить меня обычными способами. Веда удалила все записи. Дина никогда не слышала моего имени, не говоря уже о том, где я живу. «Империя?» Образ той плачущей маленькой девочки из торгового центра никак не вязался в моей голове с Империей. Либо Дина была величайшей актрисой, либо она вовсе не притворялась. «Я получила свои силы в шкафчике. Она получила свои в торговом центре?» — Веда. Вокруг моего дома есть какие-нибудь сети, которых раньше не было? — Нет. Я ничего не сбрасывала со счетов. Элит тоже прятал свою сеть от Веды, пока я не подключила беспроводной приемник напрямую. «Прошло всего несколько дней. Неужели ее родители уже были членами банды? Разве ее мать не сестра мэра? Хер. Или Империя схватила Дину первой и заставила ее найти меня... а папа оказался в самом центре этого дерьма». — Мне оповестить власти? — Я... я не... — Блять. Вызывать копов или не вызывать. Если кто-то действительно пришел за мной, хотел навредить мне или папе, какой у меня был выбор? Против любого, кто всерьез за меня возьмется, я с тем же успехом могла бы выставить пейнтбольное ружье. Они просто пришлют больше людей, чем у меня зарядов. А кейпы... из оружия у меня только лучевая сабля, и мне не нравились мои шансы против любого, у кого есть пистолет. Вызов полиции был бы единственным вариантом. Но тогда все всё узнают. — Я не знаю... — «Они могут навредить папе, если я вызову полицию». — Я войду внутрь, Веда. Если что-то услышишь, тогда да. Звони в полицию. Скажи им, что это Ма... Девочка-сабля, и мне нужна помощь, но только если что-то случится. — Поняла. Перешагнув через сломанную ступеньку, я медленно приоткрыла дверь. На заднем плане орал телевизор, и папа поприветствовал меня из кухни. — Дина в гостиной, — сказал он. Сначала мой взгляд скользнул мимо нее, выискивая отца. Мне нужно было увидеть его своими глазами и убедиться, что у его горла не держат нож. Он стоял на кухне у плиты. Я не слышала, что он сказал, закрывая за собой дверь. Как только я увидела, что он невредим, все мое внимание переключилось на Дину. Я подошла к ней с кривой улыбкой. Жалкая попытка казаться нелетальной. На девочке был знакомый желтый сарафан, и она выглядела совершенно довольной, сидя на диване и потягивая какао. Вид у нее был неважный: бледная кожа и мешки под глазами. Я встала между Диной и папой. Электрошокер переместился вперед, но Дина продолжала пить какао. Я не хотела в нее стрелять. Папа стоял прямо там, на кухне, и я не знала, позволяет ли ее сила подчинять людей. Может, ее вообще не было в комнате, или где-то неподалеку притаились громилы, которых я не видела. — Дина. Она склонила голову набок, ее лицо стало вопросительным и неподвижным. Позади меня шел выпуск новостей. Я не смотрела, но прислушивалась достаточно долго, чтобы уловить суть. — ...что они не позволят Организации Объединенных Наций диктовать им условия во внутренних делах. КИТ неоднократно игнорировал экономические санкции, принятые для сдерживания его ядерной политики, и... В данный момент это никак не касалось происходящего в моем доме. Не то чтобы ядерная программа Китая меня не пугала, но, если только они не собирались запустить ракеты в ближайшие несколько минут, меня занимали более насущные проблемы. Дина заговорила тихим голосом, который папа не мог расслышать из-за новостей: — Ты другая. — Другая? — Та ты, которую я видела, была другой. «Ну, совсем не загадочно». Мои губы задрожали. Страх смешивался со злостью. — Я... В комнату вошел папа, и я тут же замолчала. Мой шокер разделился на две части, каждая из которых отправилась в отдельный карман. — Ты извинилась, Тейлор? — Д-да. — Все в порядке, мистер Эберт, — Дина посмотрела на тарелки с рыбой, которые папа поставил на кофейный столик. — Мы просто перепутали место встречи. Мой отец кивнул. — Договоренности — это важно, Тейлор, особенно если ты хочешь заниматься чем-то вроде репетиторства. «Репетиторство?» — Гм. Да. Я знаю, — я заговорила быстро, выпаливая первую пришедшую в голову мысль. — Я не хотела ничего путать. Просто все так быстро завертелось. Я была не совсем к этому готова. Папа секунду переводил взгляд с одной на другую. Неужели он поверил? Вообще-то, вполне мог. «Репетиторство. Хорошая ложь». — Не знал, что тебя это интересует. Дополнительные баллы? Я кивнула. — Да... мне это нужно, чтобы компенсировать несколько пропущенных проектов. — Те девочки, которые... — он мельком взглянул на Дину и осекся. — Что ж, твоя мама была бы рада. — Он посмотрел на Дину и добавил: — Она была педагогом. — Я знаю. — Тебе скоро нужно домой, Дина? — Мои мама и папа знают, где я. Папа заедет за мной в девять. — Что ж, раз ты здесь, приглашаю тебя поужинать с нами. — Спасибо, мистер Эберт. Папа с минуту стоял в нерешительности, потирая затылок и оглядываясь по сторонам. Кухня, передняя дверь, задняя дверь, лестница. Он несколько раз повернулся в разные стороны, прежде чем наконец выбрал направление. — Оставлю вас, девочек, одних. Как только папа добрался до верха лестницы, электрошокер снова оказался в моих руках. Дина поставила какао и принялась за рыбу. Она никак не отреагировала на направленное на нее оружие. Я села, решив, что моя попытка выглядеть грозно и пугающе не сработала. Каждые несколько секунд я оглядывалась через плечо, проверяя, не вернулся ли папа. Дина не разговаривала, пока ела, а мне есть совсем не хотелось. По телевизору продолжали крутить новости. Я пропустила конец репортажа о КИТ. Вместо этого на экране показали группу людей, обсуждавших Релину Пикрафт. — Она просто колледж-хипстер в дорогом костюме. В левом верхнем углу экрана появилось ее фото. Красивая девушка с мягкими чертами лица, ледяными голубыми глазами и длинными русыми волосами. Костюм на ней и правда был роскошным. Один из тех, в старом аристократическом стиле, с аккуратными шнурами и крупными пуговицами. Бело-голубой, накрахмаленный, с золотой отделкой. С другой стороны, комментаторша была женщиной с неприятным лицом. Не уродливой. Просто неприятной. Казалось, на ее лице навечно застыла презрительная ухмылка. — Я не понимаю, почему мы потакаем ее маленьким прогулкам по миру. Королевство Санк даже не является настоящей страной. Один из других комментаторов попытался вставить слово, но она огрызнулась на него и продолжила свою тираду: — Это какой-то клочок Швеции, оставшийся после того, как с ними покончила Симург. Все это место должно быть закрыто на карантин! — Она злая, — сказала Дина. — Ее уволят в следующем месяце за издевательства над стажером. Наверное. Я вскинула бровь. — Наверное? — Некоторые вещи, которые я вижу, не случаются. Как наша встреча в школе. Этого не произошло. Ты больше не ходишь в школу. — Она закончила есть и отпила еще какао. — Я тоже больше не могу ходить в школу. У меня начинает болеть голова. Очень трудно не задавать вопросы. На мгновение мы снова погрузились в молчание. Репортаж продолжался, какой-то другой человек с противным видом теперь распекал ту женщину за ее несправедливость. Я перестала вслушиваться. — Как ты меня нашла? — Я спросила. — Спросила кого? Она пожала плечами. — Я спросила и увидела. Я нахмурилась. — Чего ты хочешь? Она снова пожала плечами. — Я спросила, что со мной будет, и увидела тебя. — Она подняла голову, и я заметила, что чашка в ее руках дрожит. — Ты там часто бываешь. Иногда на улице. Или в комнате с человеком-змеей. Один раз на тебе была страшная маска со множеством насекомых. В другой раз маски не было... но ты там есть. Я смотрю на себя и вижу тебя. В основном. — Ты пришла к моему дому, потому что видишь меня? — Она кивнула. — Ты ничего не хочешь? Она несколько секунд смотрела в пол, прежде чем произнести: — Помощи. — Помощи? — Моей помощи? Она кивнула. Фасад, который она удерживала до моего прихода, рухнул в одно мгновение. Спокойствие на ее лице сменилось растерянностью и страхом. — Я не знаю, что делать... Я вижу вещи, и... и это слишком. Я не... Напряжение, которого я даже не замечала, ушло из моих плеч. Дыхание стало более ровным, и все вокруг будто немного остыло. Мне было так жарко. Спрятав шокер под стол, я села на пол напротив Дины. «Глупая паранойя». — Ты могла бы найти другой способ спросить, — в моем голосе все еще оставалась легкая резкость. — Я думала... не знаю. Я думала, ты хочешь навредить папе или мне. Или что кто-то заставляет тебя это делать. Дина, судя по всему, об этом даже не задумывалась. Она сглотнула и сделала то, что делают провинившиеся дети: повесила голову и начала с большим интересом изучать пол. — Я не хотела... «Глубокий вдох». — Я просто немного запаниковала. Дай мне секунду. «Ее сила позволяет ей спрашивать и видеть вещи?» — Так, давай проясним. Ты можешь задать вопрос, и твоя сила показывает тебе... что? Ответ? — Нет. Не ответ. — Она немного приподняла голову. — Картинки. Я могу смотреть, как они двигаются, если захочу, но мне это не нравится. — И так ты нашла мой дом? — Когда тебя не было в школе, я спросила, где ты. На одной картинке ты разговаривала с какими-то подростками. На другой — со своим компьютером, или разговаривала с Мисс Ополчение в здании СКП... — Что? Почему я разговаривала с Мисс Ополчение? — Я не знаю. Я вижу только картинки. Там нет звука. Ты вступаешь в Стражи? Все на ПХО говорят, что ты ненавидишь Оружейника. — Я не ненавижу Оружейника. Он просто типа придурок, и... Нет, подожди. — «Она видела, как я разговариваю с компьютером. Она видела, как я говорю с Ведой». — Так почему ты пришла именно сюда? — Я не знала, в каком из двух других мест ты находишься. Решила подождать здесь. Она могла задать вопрос и получить видение, но, судя по всему, она также видела вещи, которые не были реальными. Я знала, что у многих мыслителей есть странные ограничения или причуды в силе. Оценщик из Протектората выдавал предсказания в виде цветовых кодов. Но видеть то, чего нет, казалось довольно экстремальным ограничением. Почти как требование «уникальности» у Элита. — Я не знаю, чего ты от меня хочешь, Дина. Помощи с силой? Она покачала головой. — Мне не нравятся те «я», которых я вижу, когда тебя нет рядом. — Ты сказала, что я всегда там. — Я много чего говорила. — Лицо Дины побледнело. — Когда тебя нет... Ты вступаешь в Стражи? Было ясно, что она ждет одного конкретного ответа на этот вопрос. Мне было немного неприятно говорить: — Нет. Не вступаю. — Почему? — На то есть причины. Дина склонила голову набок. Я не понимала, что это за странный взгляд. Ее глаза начали дергаться, бегая влево, вправо, вверх и вниз. «Припадок?» — Дина? — Я потянулась через стол, почти готовая приказать Веде вызвать скорую. — Что ты... Приступ прекратился, и она выпрямилась. — Ой. Извини. Она злая. — Кто злая? — Теневой Сталкер. Это та темнокожая девочка, верно? — Ты это видела? Она кивнула. — Вы двое не любите друг друга. Обычно. — Она слегка вытаращилась. — Кроме тех картинок, где вы целуетесь. «Целу...» Будь я помладше, я бы запросила у своей силы формулу отбеливателя для мозгов. Сцены поцелуев с Софией — это не тот образ, который я хотела бы помнить. Моя сила все равно что-то мне подкинула, но создание машины для промывки мозгов казалось прямым билетом в Клетку. «Ни за что я бы не стала... делать ничего подобного с Софией». — Тебе не нравятся герои? — Я... я просто разочарована. Это не для меня. Дина кивнула. — Ну ладно. «Я начинаю уставать от неловких пауз». — Я не знаю, чего ты хочешь от меня, Дина. Она замялась, молча глядя в стену перед собой. Затем: — Я не хочу плохих картинок. Папа оставался наверху, но я не знала, как долго это продлится. Я встала и принесла учебники. Сколько времени прошло с тех пор, как я в последний раз училась? Довольно много, как мне казалось. Сказала себе, что сдам тест GED как можно скорее, а потом вся эта кутерьма с технарством и геройством затянула меня с головой. Я не открывала книг уже несколько недель. Со своей стороны, Дина, казалось, была рада возможности на чем-то сосредоточиться. Я задалась вопросом, будет ли каждый день моей оставшейся жизни таким хаотичным. За полчаса я прошла путь от панического планирования спасения отца от похитителей до обучения двенадцатилетней девочки алгебре. — На самом деле мне не нужно репетиторство, — сказала она. — Да, но мы сказали моему папе, что ты здесь именно за этим. Теперь нужно соответствовать легенде. — Я не хотела тебя пугать. — Все в порядке. — Если ты не идешь в Стражи, что ты собираешься делать? — Я все равно буду героем. Сама по себе. Легко забыть, как что-то делается, если не занимаешься этим неделями. Я застряла на одной из практических задач; мой карандаш постукивал по странице, пока я пыталась вспомнить, как вычислять многочлены. — Ты никогда не бываешь сама по себе, — сказала она. Мой карандаш замер. — Что? — Ты никогда не бываешь одна. Есть и другие. Люди в масках. Мальчики и девочки. Разные. Их много. — Ты видела... — Я выпрямилась. — Кого? — Я не знаю. Некоторые из них, вероятно, не случатся. Многое из того, что я вижу, не происходит. Как со Стражами. Я видела тебя с ними. «Почему я должна быть со Стражами?» — Ты много разговариваешь с Оружейником и Кидом Вином, — сказала она. — Разговарива... Подожди. Ты видишь их лица, Дина? — Нет. «Да». — Ты можешь. Она опустила голову и пожала плечами. Взяв карандаш, она продолжила решать задачу. «Совсем как Веда». — Не говори об этом никому, Дина. Если злодеи узнают, что ты можешь легко видеть их лица, они придут за тобой. Понимаешь? — Но они не всегда одни и те же. — Что? — Иногда они разные. — Как ты это узнала? — Я спросила: «кто такой человек-змея». Обычно это мужчина. Очень тощий, с темными волосами. Но один раз это была девушка. Высокая, со светлыми волосами и зелеными глазами. «Как?» — Я бы все равно советовала держать это при себе. На всякий случай. — Я буду. Рори однажды рассказывал мне о неписаных правилах. — Рори? Она на мгновение смутилась, словно сболтнула лишнее. — Мой кузен. Ему нравятся кейпы. — Никогда не слышала о неписаных правилах. — Не трогать тайные личности. Не убивать. Не насиловать. Все в таком духе. Неписаные правила. В этом был смысл, причем осознание пришло поразительно быстро. Как часто кейпы действительно погибали в бою? Если только в этом не были замешаны «Девятка» или Крюковок, я почти не слышала о таком. Может, Лунг? Примеры не шли на ум. Я никогда не задумывалась об этом раньше, но да. Это имело полный смысл. Почему злодеи или герои не разоблачали друг друга? У меня-то была Веда, конечно, но любой, кто приложил бы достаточно усилий, мог бы вычислить своего заклятого врага. — Так человек-змея — это либо тощий парень, либо высокая девушка? — Девушка приятнее. Все еще злая, но она улыбается и смеется. Парень жуткий... он иногда делает мне больно. Я бы нахмурилась, но мой мозг снова заработал над проблемой силы Дины. То, что она видела противоречивые вещи, не имело смысла. Зачем это делать? Может, ей достался короткий жребий, как Элиту, но я никогда не слышала о кейпах с подобными ограничениями. Либо Дине настолько не повезло, либо... «Если бы я действительно попала в Стражи, возможно, я бы много общалась с Оружейником и Кидом Вином, но я бы никогда...» Только это не было так уж неправдоподобно. Каковы были шансы, что София окажется там и я ее узнаю? Будь она в костюме, я бы никогда не догадалась. Наверное. Пять минут раньше. Пять минут позже. Если бы я никогда не увидела ее там и не поняла тем вечером, кто она такая, я могла бы остаться. Продолжила бы обсуждать Стражей и рассказала папе, чтобы вступить. Этого не случилось, но если бы случилось, я могла бы построить ту броню. «Возможно, но этого не произош... Возможно?» Я встала и пошла на кухню. Наша банка для мелочи почти всегда пустовала, но обычно там валялась пара четвертаков. Я выудила три монеты и вернулась. — Я хочу кое-что проверить. Дина отложила карандаш и уставилась на монеты. Я подняла книгу и подбросила их по одной. Каждая со звоном ударилась о стол, прокатилась по странице и замерла. Два орла и решка. — Спроси, сколько выпало орлов, а сколько решек. Дина склонила голову, ее глаза на секунду быстро забегали, после чего она нахмурилась. — Все? — Что значит — все? — В смысле... Я вижу их все. Орлов. Решки. Все варианты. «Мне нужно больше конкретики». — Через пять минут я поднимусь к себе в комнату. Что я буду делать? Она спросила. — Я не знаю. Иногда ты не поднимаешься наверх. Остаешься здесь. В других случаях идешь разговаривать со своим компьютером или с папой. «Не может все быть так просто». Я не могла придумать, как это доказать. По крайней мере, не сразу. Время и тесты могли бы дать ответ так или иначе, но в тот момент это не помогало ни Дине, ни мне. «Это случайно или...» — А что, если бы я отправилась на Риг и сказала Оружейнику, что извиняюсь за то, что так внезапно ушла? — Он на тебя орет. — И это все? Она, казалось, была удивлена не меньше моего. — Это единственная картинка, которую я вижу... Такого раньше никогда не было. — А если я пойду наверх и скажу папе, что я кейп? — Гм. — Она применила силу, и я ждала, пока она смотрела. — Несколько вариантов. Обычно с криками. На одном он выглядит очень напуганным и ничего не говорит. «Только один результат для похода к Оружейнику, но несколько для признания папе». Я подумала об этом и кивнула. Я и правда не видела себя идущей к Оружейнику с подобными разговорами. Возможно, но слишком уж неправдоподобно. Папа же, с другой стороны... Я постоянно раздумывала над тем, чтобы сказать ему правду, мириадами разных способов. — Дина. Как ты думаешь, что делает твоя сила? — Показывает мне всякое? — Нет, я имею в виду, почему она это показывает. — Я не знаю. Потому что это отстойная сила? — Нет... Я не думаю, что она отстойная, Дина. То, что ты видишь... Что будет, если я закончу свою броню и выйду на патруль через четыре недели? Опиши мне столько образов, сколько сможешь увидеть. — Броню? — Да, броню. Как у Оружейника. Со щитом и моей лучевой саблей. Она спросила и описала пятнадцать разных картинок. Она видела больше, но уловила лишь часть. Слишком много, чтобы запомнить все, сказала она. В некоторых ничего не происходило. Я патрулировала и ничего не находила. В одном я сражалась с Барыгой. В другом — с Крюковком. Три разных случая. В двух я погибла, а в первом осталась жива. — Что будет, если я закончу свою броню и выйду на патруль через четыре недели с GN-лезвием? — Я нарисовала ей схему оружия. Девять картинок, и она увидела их гораздо быстрее, чем в первый раз. — Картинки, которые я уже видела, легче смотреть снова, — сказала она. — Некоторые из них почти не изменились. Из тех девяти только две были с Крюковком, и в обеих мне удалось выжить. В одной я даже захватила Крюковку в плен, отрубив ему конечности лезвием и нанеся сильный удар в грудь. Закончив говорить, Дина поморщилась, ее руки взлетели к голове, растирая виски. — Дина. — Голова болит. — Это часто случается? — Когда я задаю слишком много вопросов. Или когда пытаюсь смотреть, как картинка движется. Я кивнула. Обдумывая услышанное и увиденное, я понимала, что в этом есть смысл. Сколько картинок она видела? Десятки? Сотни? Тысячи? Дина видела всё. Все возможности. Всё, что могло случиться. Человеческий мозг, даже с суперсилами, не мог легко все это обработать. Вот почему все называли чтение мыслей невозможным. Слишком много информации. — Твоя сила могущественна, Дина. — Она подняла голову, встречаясь со мной взглядом. — Трудная, но могущественная. На первый взгляд она могла показаться бесполезной из-за всех этих ложных срабатываний. Невозможно узнать, какие картинки более или менее вероятны, или даже какие из них просто невозможны в той реальности, где у Дины есть ее сила. Но тот, у кого есть время, мог бы их отсортировать. Выявить общие черты. Веда могла бы это сделать. «Если бы Дина помогла мне, я могла бы строить планы, которые действительно работают. Я бы знала всё, что может случиться». Мне стало неприятно от таких мыслей. Дина пришла сюда, потому что была в замешательстве, и потому что по какой-то причине я часто появлялась в ее жизни. Что это значило? Судьба или предназначение? Я никогда раньше не думала о таких вещах. Но сейчас начала. Она заметила меня достаточно часто, чтобы выделить из всех картинок, что видела для себя. «Я не могу так ее использовать». Сделав глубокий вдох, я тщательно подбирала слова. — Я думаю, тебе стоит вступить в Стражи, Дина. Они смогут помочь тебе лучше, чем я. Было бы несправедливо отговаривать ее только из-за моих личных проблем. Какими бы ни были мои обиды, они были моими, а не ее. — Нет. — Нет? Она покачала головой. — Если я вступлю в Стражи... случаются плохие вещи. Обычно. Человек-змея добирается до меня. Или просто всё темнеет. Можно мне быть с тобой? Твоя команда лучше... в тех вариантах я улыбаюсь чаще, чем в других. — Дина. Я не... Дверной звонок спас меня от всех тех слов, которыми я не знала, как ответить. Папа спустился вниз и поприветствовал высокого мужчину с широкими плечами. На нем был хороший темно-синий костюм. Мой папа в обычной оксфордской рубашке и джинсах выглядел его полной противоположностью. Они обменялись рукопожатиями, и папа представился: — Дэнни Эберт. Тейлор — моя дочь. — Джим Олкотт. — Он улыбнулся и шагнул внутрь. — Я немного разволновался, когда Дина сказала, что ее репетитор живет в Доках, но этот район оказался вовсе не таким плохим, как я ожидал. Ой, без обид. Извините, я... — Все нормально. — Папа улыбнулся и пожал плечами. — Я понимаю. Доки уже не те, что прежде. — Это уж точно. — Он улыбнулся и обнял Дину, когда та подошла к нему. — Узнала что-нибудь новое, Росток? — Да. — Дине удалось улыбнуться, но я видела, что это была лишь напускная маска. «Она несчастна». Конечно, она была несчастна. До этого момента мне даже в голову не приходило, что «она видела, как я у... Она видит, как умирает сама. Она видит себя несчастной». Мои руки сжались в кулаки, ногти впились в ладони. — А ты, должно быть, Тейлор. Я медленно поднялась, знакомясь с ее отцом. Он оглядел меня тем самым взглядом, которым отец смотрит на старшую девочку, общающуюся с младшей. — И чему же ты научила мою дочь сегодня? — спросил он оценивающим, но теплым тоном. — Мы просто занимались алгеброй, — сказала я. Мистер Олкотт кивнул. — Математика всегда давалась Дине с трудом. Требует большой сосредоточенности. — Гм. Да. — А ты сильна в математике? — Была. — Я вздрогнула. Наверное, это не тот ответ, который он хотел услышать. — Я... случились некоторые вещи, которые мешали мне выполнять работу. Личные вещи. Я пытаюсь подтянуть свои оценки. «И вот теперь я лгу отцу Дины. Чудесно». — Нам стоит обменяться номерами. — Я взглянула на Дину. — Так проще общаться. Обычно. Когда они ушли, я в оцепенении стояла в дверях своего дома. Дина видела, как я умираю. Она видела, как с ней случаются плохие вещи. Ее сила показывала ей образы бог весть чего, а я просто использовала ее, не задумываясь. Моя технарская фуга пугала меня, но это было лучше, чем смотреть бесконечные потоки видений, включающих мои собственные страдания. — Ты в порядке, малышка? — Д-да. Я вошла внутрь и закрыла дверь. — Прости за это, пап. — Она сказала, вы двое познакомились в торговом центре. Я замерла, глядя ему в глаза и боясь, что Дина рассказала ему правду. Я не видела причин, по которым она могла бы это сделать, но страх оставался. — Она сказала, ты помогла ей найти маму. — Гм. Да. Помогла. — Ты так и поранилась? — Н-нет, пап. — Ничего страшного, если так. — Не так! «Почему он меня допрашивает?» — Мы можем об этом поговорить. — Со мной все в порядке, пап. Я не хочу об этом говорить. Почему ты на этом настаиваешь? Я последовала за ним в гостиную. Он убрал грязные тарелки с кофейного столика, мельком глянув на книги. Как только он отошел, я собрала их, гадая, почему он молчит. — Пап? — Прости, Тейлор... Мы просто не так много разговариваем. Я надеялся изменить это после всего случившегося, но я все еще... На сердце немного отлегло. Как много я с ним разговаривала? Не особо. Все свое время я тратила на продвижение планов. Разговаривала с Ведой. Работала над тем и этим. Дело не в том, что я хотела его игнорировать, но я потеряла нить того, какое место он занимает в моей жизни. Все остальное всегда казалось таким насущным. И, честно говоря, он и сам не прилагал особых усилий. Даже после того, как он взял себя в руки спустя недели после случая со шкафчиком, мы все еще будто плыли по течению нашей жизни. «И, судя по всему, я все еще обижена. Этот день был слишком длинным». Я не хотела оставлять все вот так. «Скажи что-нибудь. Что угодно». — Я видела сегодня мамину могилу. В смысле... я не заходила, но проезжала мимо кладбища. Случайно вышло. Улыбка папы выглядела скорее грустной, чем радостной. — Я тоже по ней скучаю, малышка. Он протянул мне тарелку, и я ее взяла. Мы вместе в тишине мыли и вытирали посуду. Я больше не знала, как с ним разговаривать... «Я больше его не понимаю». Вся эта ложь и прикрытие делали все таким фальшивым. Что еще я могла сделать? Если я скажу ему, он будет настаивать на Стражах, а я скорее умру, чем окажусь в команде, которая называет Софию героем. Особенно сейчас. Они могут забрать Веду или уничтожить ее. А Дина? Она была вполне уверена, что с ней случится беда, если она вступит в Стражи. Как вообще начать со всем этим разбираться... Было больно. — Я пойду готовиться ко сну. Тяжелый был день. — Хорошо, малышка... Наверху я выдохнула и рухнула на кровать. — Все в порядке, Тейлор? — Все нормально, Веда... Просто навалилось все разом. Мне удалось прочувствовать триумф всего какой-то час, прежде чем куча проблем закрутилась в один вихрь. Технарская фуга, Дина, папа. — Кто-нибудь добрался до базы Убера и Элита? — Да. СКП прибыла вместе с героем Протектората Оружейником, чтобы зачистить здание. — А идиоты? — Сообщений об арестах нет. «Что ж, как есть». — Утром я перевезу все в автомастерскую. Разгружу. Приберусь там. Потом займусь делами в банке. Сев, я достала стопку блокнотов из-под кровати. В последние несколько дней, когда выдавалось время, я дорабатывала конструкцию. Я построю это сейчас. На некоторые компоненты может уйти несколько недель, но я это построю. — Что насчет Дины Олкотт? Ох. — Не знаю. Все, чего она, казалось, хотела... Я до сих пор не уверена. Думаю, я более-менее разобралась в ее силе, но чего именно она ожидала — не представляю. — Ты позволишь ей вступить в твою команду? — У меня нет команды, Веда. В смысле, есть ты, но мы не совсем команда. — Разве ее сила не полезна? — Очень полезна, — признала я. Навык чтения по губам помог бы обойти одну слабость, а опыт, вероятно, научил бы ее распознавать, какие исходы для нее невозможны, или, может быть, уточнять вопросы, чтобы отсеять лишние картинки. Я отложила блокноты и начала готовиться ко сну. Мне так хотелось спать, что я готова была просто вырубиться, но папа мог бы забеспокоиться. Когда я наконец легла, я чувствовала себя готовой провалиться в забытье и проснуться только к полудню. Не то чтобы я могла себе это позволить, но сама мысль... — Тейлор. Кто-то взламывает мои сервера. Я мгновенно подскочила и бросилась к компьютеру. — Кто?! — Неизвестно. Выведя на экран данные из программы Веды, я начала наблюдение. Никого не должно быть в Уинслоу в такой поздний час. Пользователь вошел в сеть школы, взломав дрянную систему защиты, и тут же был перенаправлен в виртуальные песочницы, которые Веда использовала, чтобы скрыть свое присутствие. Кто-то мог заметить странность в этом первоначальном переключении. Мог списать на причуды сети. — Что они делают? — Получают доступ к файлам. Причем к случайным файлам. Записи учителей. Оценки. Административная переписка. Неужели они вовсе не искали Веду? Я не верила в такие совпадения. — Ты можешь отследить... — Я осеклась. — Нет. Если мы попытаемся их отследить и они заметят, то поймут, что что-то не так. — Похоже, они не подозревают о моем присутствии. «Надеюсь, так и останется». Я ждала и наблюдала. В конце концов они начали делать копии. Некоторые дисциплинарные записи, затем файлы медсестры. Это казалось случайным набором, пока хакер не скопировал личное дело первого ученика. Затем другого и следующего, двигаясь по журналу в алфавитном порядке. — Личные дела учеников... Зачем кому-то красть личные дела учеников? — Неизвес... Риторический вопрос? Я невольно улыбнулась. — Да. Они дошли до файла Эммы, прежде чем я поняла, что мое дело неизбежно будет скопировано. Были ли остальные файлы лишь прикрытием, чтобы добраться до моего, или у меня снова разыгралась паранойя? «Береженого бог бережет». — Веда, ты можешь убрать указатель на мой файл? — Да. — Делай. Хакер скопировал данные Эндрю Хиддена, перешел сразу к Ленси Хекрот, а затем к Софии Хесс. Никакой Эберт. Я тихо выдохнула. Указателя нет, и для системы файла не существовало. Веда сможет восстановить его позже. — Это примитивный взлом... с использованием скрипта. Хорошего скрипта, но все же скрипта. Все выполнялось слишком гладко и методично для человека. Я взвесила риск и кивнула сама себе. — Веда, отследи соединение. — Отслеживаю. Соединение идет через VPN-сервер в Портленде, штат Орегон. — Можешь обойти VPN? — Необходим взлом VPN-сервера. «Зачем кому-то личные дела учеников? Из-за меня?» И если им нужна была я, разве они не остановились бы, не найдя моего файла? Последние несколько раз, когда я предполагала, что за мной кто-то идет, я всякий раз ошибалась. Я не видела ни единого способа, которым кто-то мог бы связать мою деятельность кейпа с Тейлор Эберт. Веда удалила записи в торговом центре. Капитанский Холм находился далеко от мест, где я часто бывала, и они явно не искали Веду. Без Веды весь этот взлом мог пройти незамеченным. «Разорвать соединение?» Я отвергла эту мысль. Это выдало бы Веду, и кто бы это ни был, он просто попробовал бы снова через другой VPN и подготовился бы лучше. «Продолжай отслеживать. Выясни, чего они хотят». — Делай. — Получаю доступ. — Только хакера, Веда. Мы не собираемся шпионить за чужими делами, какими бы они ни были. — «Нужно проводить границы». — Доступ получен. Отслеживаю. Загадочный хакер забрал личное дело последнего ученика, а затем скопировал несколько записей с компьютера Блэкуэлл, прежде чем окончательно покинуть сеть Уинслоу. — У тебя получилось, Веда? — IP-адрес ведет в Бостон. — Еще один VPN? — Да. — Веда выдала мне адрес. Я не стала посылать Веду штурмовать тот сервер. Хороший скрипт мог использовать десятки VPN. Мы взломали первый, и это значило, что мы хотя бы можем отслеживать действия скрипта. — Тот же адрес сейчас получает доступ к записям на углу Принс и Четырнадцатой улицы. — Принс и Четырнадцатая? Это Кларендон. — Я застучала по клавишам, приказывая Веде следовать за ними в компьютеры Кларендона. Я быстро написала маскирующий скрипт, способный скрыть присутствие Веды от другого незваного гостя. — То же самое, что и в Уинслоу? — Да. Они копируют административные записи, дисциплинарные дела и личные дела учеников. «Что это вообще такое?» — Есть ли кто-то важный в Уинслоу или Кларендоне? Кто-то знаменитый? Нет. Все знаменитые дети Броктон-Бей учились либо в Аркадии, либо в Иммакулате. Кларендон и Уинслоу были учебными заведениями самого низшего пошиба, причем последняя — даже хуже первой. Закончив в Кларендоне, хакер взялся и за Иммакулату. Мы с Ведой наблюдали, как они покинули ту систему и переключились на некоторые средние школы района. — Почему не Аркадия? Они ее пропустили. И старшую школу, и среднюю. «Стражи». — Они так сильно не хотят забирать файлы, относящиеся к Стражам, что полностью избегали Аркадии. Или там выше уровень защиты. — София Хесс учится в Уинслоу, — заметила Веда. — Да, но люди не знают, что она Теневой Сталкер. Большинство просто предполагает, что все Стражи ходят в Аркадию. Как и дети из Новой Волны. Так что они либо избегают их, либо избегают систем безопасности вокруг них. В любом случае, они не хотят быть замеченными, так что кто-то что-то замышляет. После средних школ хакер перешел к начальным, а закончив с ними — разорвал соединение. Я сидела и смотрела на экран. Тяжелый вздох сорвался с моих губ. — Похоже, такова теперь моя жизнь. Сила Дины: «Новая сила Дины не сильно отличается от старой. Она задает вопросы и получает ответ, только теперь ответ приходит в виде образов и может включать события прошлого. Если она концентрируется на картинке, она может изучить ее глубоко, но это вызывает у нее мучительные головные боли. Более поверхностное „наблюдение“ вполне применимо, но она больше не может определять, какие варианты будущего более или менее вероятны. Некоторые вообще не имеют к ней никакого отношения. Например, когда она спросила: „поможет ли мне Тейлор“, среди ее образов была каноничная Скиттер.Новой силой Дины трудно управлять, так как теперь у нее нет средств для определения точности и приходится иметь дело с кучей ложных срабатываний. Если бы только у кого-то была суперумная компьютерная штуковина, способная быстро просеивать огромные объемы информации и делать силу Дины более полезной...