Глава 76 — Глава 76. Показать своё мастерство?

Глава 76. Показать своё мастерство? — Если устала, может, пойдём потихоньку обратно? Они прошли только половину фестивальной улицы, но ночь уже полностью вступила в свои права. Вокруг было так много интересного, что приходилось останавливаться через каждые три шага, а потом ещё и через четыре. Розелин давно не проводила столько времени на ногах, но состояние её лодыжки оказалось гораздо лучше, чем она ожидала. Раньше, если она ходила хотя бы час, нога начинала ныть, требуя обезболивающего, но сегодня боли почти не было. — Я ещё в порядке. Она сказала это равнодушно, стараясь не выдать эмоций, но Тамону, который читал её лицо лучше всех в мире, было ясно видно её сожаление. — Ну-у-у? — протянул он с сомнением. Несмотря на позднее время, людей не становилось меньше. Наоборот, толпа только росла. В уличных кафе посетители пили чай и вино, а по мостовым со смехом носились дети. — Можем выйти завтра снова. Не нужно так расстраиваться. …Завтра? Сможем ли мы выйти завтра снова? — Да, и те дети тоже могут пойти с нами. Арсен, кажется? При упоминании имени мальчика глаза Розелин засияли. Она и так беспокоилась о детях, и было удивительно приятно, что Тамон заговорил о них первым. — Как ты и сказал, будет лучше вернуться сейчас ради завтрашнего дня. От её мгновенной перемены настроения Тамон рассмеялся. Его рука, уже поднявшаяся, чтобы приобнять её за талию, с наигранным сожалением опустилась. — Значит, всё-таки немного жалела. — Не придирайся к каждому слову, — ответила Розелин, отвернувшись, чтобы скрыть вспыхнувший румянец. — А почему бы тебе не подумать, что я просто внимательно ловлю каждое твоё слово? …Всё-таки он умеет заговаривать зубы. От абсурдности ситуации она усмехнулась. До места, где их ждала карета, оставалось ещё немного пройти. Она хотела использовать эти десять минут, чтобы развеять остатки сожаления о прерванной прогулке. Когда они преодолели половину пути, центр площади ярко осветился, разгоняя ночную тьму. Десятки фонарей и факелов образовали кольцо, в центре которого возвышались семь помостов с мишенями. Но ещё больше внимания привлекали богато одетые слуги, державшие в руках предметы, покоящиеся в роскошных шкатулках. — Приветствую всех! Мужчина, одетый так же щегольски, как и его помощники, запрыгнул на помост с рупором в руке. Его движения были широкими и артистичными — он явно привык работать с публикой. Гул толпы быстро стих, все взгляды устремились на него. — Скрытое событие, в котором на кону стрелы из Лаксикона, дарованного Её Величеством Королевой, и сокровища, созданные из серебра и золота королевским оружейным мастером Турцем! — его зычный голос разнёсся над площадью. — Мы объявляем о начале состязания по стрельбе из лука, организованного Королевским двором! Повсюду раздались возгласы восхищения. Публичные соревнования всегда вызывали азарт, а уж с такими призами — тем более. Люди стали стекаться к импровизированной арене. — …Состязание по стрельбе из лука, — тихо пробормотал Тамон и посмотрел на Розелин. При слове «лук» она невольно вскинула голову. Заметив это, Тамон с озорной улыбкой произнёс: — Кстати говоря… Кажется, Императрица Танатоса славилась своим мастерством в стрельбе. Розелин сделала вид, что не слышала его слов, и посмотрела на сцену. Похоже, участников для мужского и женского зачётов набирали прямо из толпы. «Для импровизированного мероприятия призы слишком роскошные…» Лаксикон был редкой рудой, смертельно опасной для чудовищ, не уступающей в этом рогу сребророгого оленя. Его запасы были больше, чем у других магических материалов, но из-за сложности обработки он стоил баснословно дорого. Минерал был хрупким, и закалить его было почти невозможно, поэтому руду измельчали в порошок и наносили на оружие или смешивали с другими сплавами. «Лук мне как раз нужен». Розелин задумалась. Тамон был прав: стрельба была её сильной стороной. До травмы ноги она регулярно занималась фехтованием, но теперь это стало невозможным. Врач запретил нагрузки, связанные с контактным боем, поэтому о мече пришлось забыть. Взамен она обратила внимание на лук. Учитывая её статус и обстоятельства, было необходимо владеть хоть каким-то оружием для самозащиты. В последнее время она почти не практиковалась и немного беспокоилась, что пальцы потеряли чувствительность, но… Она обернулась к Тамону, который всё ещё с интересом наблюдал за ней. — Показать своё мастерство? Он удивлённо раскрыл глаза. Видеть изумлённое лицо Тамона Красиса всегда было странно приятно. Слегка улыбнувшись, Розелин направилась к ведущему, который регистрировал участников. *** Состязание проводилось раздельно для мужчин и женщин. Это был турнир на выбывание, поэтому всё шло быстро. Участнику давалось всего три выстрела; тот, кто набирал больше очков, проходил дальше. Розелин, волновавшаяся из-за отсутствия практики, к счастью, без проблем вышла в полуфинал. В обоих зачётах осталось по четыре человека. Изначально мужской полуфинал должен был состояться первым, но двое участников внезапно снялись с соревнований, и этот этап был отменён. — Вон тот парень — граф Бахкания. Человек, у которого денег больше, чем совести, а тщеславия больше, чем мозгов, — тихо шепнул Тамон, кивнув на победителя мужского зачёта. Нетрудно было догадаться о закулисных интригах. Розелин оглядела женщин, поднявшихся на помост. Три соперницы оценивающе смотрели друг на друга. Две явно принадлежали к знати, третья была иностранкой. «Аристократы соревнуются с простолюдинами…» Это было удивительное зрелище. Такое возможно только в Аморе, где сословные границы были не столь жесткими. Особенно сейчас, когда в город стекались туристы всех мастей. Даже высокородные аристократы, обычно берегущие репутацию, в дни фестиваля часто выходили в народ, скрыв лица или одевшись попроще. Те, кто сейчас стоял на помосте, вероятно, тоже были из непростых семей. Стрельба из лука — элитное искусство, доступное немногим, так что участницы явно были либо из богатой буржуазии, либо из знати. Этим объяснялась и дороговизна призов. — Ого! В полуфинал вышли самые разные люди! Я, барон Густаф, поражён тем, что ваши навыки превзошли все мои ожидания! Ведущий комично изобразил удивление, разряжая обстановку. Он явно не был настоящим бароном — скорее всего, купил титул или получил временный статус ради шоу. — Итак! Для наших прекрасных мастеров мы приготовили особые мишени в полуфинале! Он с хитрой улыбкой выложил на стойки три фрукта: яблоко, клубнику и одну виноградину. — Эй, это уже слишком! Кто попадёт в такое?! — возмутился кто-то из толпы. — Ха-ха! Но в яблоко-то попасть можно, не так ли? Посмотрите, оно очень пухлое! — отшутился ведущий, подбрасывая запасной фрукт. — Итак! Яблоко — десять очков, клубника — двадцать, а эта очаровательная виноградина — целых тридцать! На самом деле, яблоко не было невыполнимой целью: дистанция была небольшой, а фрукт крупным. Понимая это, первая участница, немного поворчав для вида, подняла лук. Её стойка была безупречной — видно, что она брала уроки у хорошего мастера. Вопреки показному возмущению, она смотрела на цель уверенно. ВЖУХ! С бодрым свистом стрела вонзилась точно в центр яблока. — Ого! — Потрясающе! Толпа взорвалась аплодисментами. Окрыленная успехом, женщина прицелилась в клубнику, но промахнулась. Третью стрелу она для надежности пустила снова в яблоко. Разочарованно сжав кулак, она всё же улыбнулась, услышав знакомый голос из толпы: — Браво, дорогая! — Рональд! Она послала воздушный поцелуй мужчине, который, по-видимому, был её возлюбленным. Следующая участница тоже начала с яблока и попала. Но затем, то ли не справившись с волнением, то ли потеряв концентрацию, пустила вторую стрелу далеко в «молоко». Женщина постояла с растерянным лицом, а затем опустила лук, даже не использовав третью попытку. — Я сдаюсь. Всё равно проиграю, не хочу позориться. Она с улыбкой покинула помост, не выказывая особого сожаления. — О, Рональд! Может быть, я стану первой! — громко воскликнула первая участница, обнимая своего спутника. Она говорила это специально, чтобы сбить настрой следующей соперницы. Но, вопреки её ожиданиям, третья участница была не из тех, кого можно так легко поколебать.