Глава 73 — Глава 73. 15. Роджерс и Роза (1)

**15. Роджерс и Роза (1) – Глава 73** — Это был Роза. Рука сжала дневник так, что, казалось, вот-вот его раздавит. Даже не осознавая, что обложка затрещала, Ришель повторила ещё раз: — Это был Роза... Ответ оказался гораздо проще, чем она думала. Роза. Особняк Розы. Она вспомнила фразу «Добро пожаловать в особняк Розы», записанную в правилах Бертранда. Это было не просто прозвище, которое Нил Отис придумал по пьяни. Бертранд в буквальном смысле был особняком Розы. Сердце колотилось так, словно вот-вот взорвётся. Чувство эйфории было сильнее, чем то, что она испытывала, когда, наконец, решила математическую задачу, над которой билась три дня и три ночи. Ришель снова открыла дневник и начала быстро его перечитывать. Такова была её давняя привычка: она не могла успокоиться, не проверив всё по два, а то и по три раза. Благодаря навыку скорочтения она быстро перелистывала страницы, но ближе к концу замедлилась, а на последней странице её рука замерла. Лишь запечатлев в памяти каждую, даже самую мельчайшую букву, Ришель закрыла дневник. — Пора возвращаться. Пришло время положить всему конец. Золотой медальон, что лежал вместе с дневником, она повесила на шею и спрятала под блузкой. Дневник засунула за пояс и прикрыла верхней одеждой. Он был маленьким и тонким, поэтому не доставлял особого неудобства. На мгновение она засомневалась, стоит ли забирать эти вещи, но потом решила, что людей, способных прийти сюда, всё равно больше не будет, и поставила пустую шкатулку обратно на место. — Я непременно спасу Отисов, — сказала она, обращаясь к Шарлотте и ко всем остальным Отисам, что прошли через эту комнату главы рода. А может, это была клятва, которую она дала самой себе. Молча поклонившись шкатулке, она развернулась, и тут же её взгляд упал на кровать с красным балдахином. Лежавший на ней Рик Отис устало прикрыл глаза. Ришель прикусила губу. По словам Шарлотты, глава рода Отис умирает по мере взросления его наследника. Точного дня рождения Алана она не знала, но он уже стоял на пороге совершеннолетия, а значит, Рику Отису оставалось не так уж много времени. Даже если изгнать Розу, его истлевшее тело вряд ли вернётся в норму. В конце концов, не было ничего, что она могла бы сделать для Рика Отиса. С тяжёлым сердцем Ришель поклонилась ему. Даже когда она довольно шумно поправляла полог над его кроватью, он не открывал глаз. Ришель с трудом развернулась, чувствуя, как ноги налились свинцом. Прежде чем выйти за дверь, она в последний раз окинула взглядом комнату главы семьи. Всё тот же всепоглощающий алый цвет. Однако пугающая, причудливая атмосфера, охватившая её при входе, больше не ощущалась. Лишь горечь и печаль, которые несли на себе предыдущие главы семьи, смутно давили на Ришель. Не стряхнув с себя эту тяжесть, она тихо закрыла дверь и вышла в коридор. Красный коридор, казавшийся бесконечно длинным, теперь снова стал обычным. В меру длинный, в меру широкий. Повешенные через равные промежутки настенные подсвечники мягко освещали его. Ришель пошла по коридору тихими, размеренными, но в то же время легкими и полными достоинства шагами. Спина была прямой, а подбородок слегка приподнят, что создавало элегантный силуэт. Взгляд уверенный и непоколебимый. С каждым шагом она понемногу приводила себя в порядок. К тому времени, как Ришель полностью вернула себе ту собранность, с которой впервые прибыла в этот особняк, она достигла конца коридора и открыла дверь. Снаружи её ждал мужчина с прекрасными красными глазами, словно сотканными из звёздного света. — Здравствуй, Ришель. Мне кажется, мы очень давно не разговаривали вот так. Ты не находишь? Ветер, которому неоткуда было взяться, нежно перебирал его иссиня-чёрные волосы. Тягучий, густой аромат роз нахлынул тяжёлой волной. Алые губы, будто всю жизнь вкушавшие лишь сладкое, плавно изогнулись в улыбке. Сделав шаг вперёд, он мягко прошептал: — Я очень скучал. А ты? Ришель спокойно посмотрела на мужчину. Она не удивилась, так как знала, что он будет ждать. Закрыв за собой дверь, она встала с ним лицом к лицу. Его кроваво-красные глаза, больше не скрываемые, с готовностью встретились с её взглядом. — Похоже, у тебя много чего на душе, Ришель. — Где дети? — Ах, эти маленькие розы, которыми ты так дорожила. Мужчина картинно хлопнул в ладоши и взмахнул рукой. В его ладони появились два нераспустившихся бутона роз. Он вложил их в руку Ришель. — Держи. Я даю это тебе, — сказал он с самым невинным лицом, словно фокусник, протягивающий ребёнку конфету, созданную из пламени. — Улыбнись так же красиво, как раньше, Ришель. Разве ты не рада? Ты ведь получила то, чего хотела. Пройдя по жертвам детей... которые так преданно следовали за тобой. Так он пытался разорвать её сердце в клочья. Ришель взглянула на цветы. Жалкие розы, у которых даже шипов толком не было. На мгновение у неё перехватило дыхание. Хотелось плакать, хотелось кричать, но Ришель сдержала все порывы. Она должна была сдержаться. Её сверкающие светло-зелёные глаза устремились на мужчину. — А вы? Вы рады? — Ты меня спрашиваешь? Он лучезарно улыбнулся. Ришель крепче сжала розу в руке. — Вы же ждали момента, когда я войду на четвёртый этаж. Поэтому до сих пор и не трогали нас с Аланом. Разве не так? Она выдержала его взгляд, которым смотрят на забавно виляющего хвостом щенка. *«Как я могла принять этот взгляд за доброту к женщине, к которой он испытывал симпатию? Как, скажите на милость?»* — Вы хотели, чтобы я узнала об Эдгаре? Роза… Едва слово «Роза» сорвалось с её губ, как окружающая температура в одно мгновение резко упала. Воздух, свет, тьма, даже пылинки - всё затаило дыхание. Роза посмотрел на Ришель сверху вниз безжизненным, пустым взглядом, в котором не читалось никаких эмоций. Только столкнувшись с этой бездной, Ришель, наконец, осознала, что он – существо, находящееся далеко за пределами человеческого понимания, что от одного лишь взгляда на него можно задохнуться в волне всепоглощающего ужаса. Её дыхание участилось. Лицо постепенно бледнело. В следующее мгновение красные глаза Розы мягко изогнулись, подобно молодому месяцу. В них зажёгся восторг, а на безупречно белом лице чёрная родинка выделялась, словно Полярная звезда на ночном небе. — Роза, — он склонился к Ришель. Их волосы почти соприкоснулись, но от него не исходило ни дыхания, ни тепла. — Не так уж и плохо слышать это имя от тебя. Любопытно… Снова широко улыбнувшись, Роза без сожаления отстранился. Ужасающее давление, от которого у неё едва не подкосились ноги, в мгновение ока полностью скрылось за элегантностью джентльмена. — Не хочешь ли чашечку чая, Ришель? По форме это было предложение, но тон не допускал отказа. Однако она не могла так просто согласиться. Ришель крепко сжала покрытые холодным потом кулаки и спросила: — Где Алан? — Ах, вы уже успели так сблизиться? — Роза удивлённо округлил глаза, выглядя до смешного простодушно и оттого ещё более фальшиво, а затем улыбнулся. — Не беспокойся. Он буйствовал, как взбесившийся жеребёнок, так что я запер его в комнате. Оказалось, миссис Отис умерла раньше, чем я предполагал. Тон его был таким спокойным, будто он оценивал полевые цветы, распустившиеся у дороги. Роза протянул руку и нежно погладил напряжённый подбородок Ришель, словно прикасаясь к драгоценному камню. — Я приглашаю тебя на небольшое чаепитие, Ришель. Присоединяйся. Разве у тебя не накопились вопросы? Да и дела нужно привести в порядок. Он убрал руку от её подбородка и вежливым жестом предложил сопроводить её. Ришель свирепо посмотрела на его руку в белой перчатке. Он не собирался уходить сразу, хотя она назвала его имя, а ей и правда нужно было многое услышать. В конце концов, Ришель положила свою ладонь поверх руки Роджерса. * * * Хотя Роза и назвал чаепитие небольшим, изысканный чайный столик был уставлен огромным количеством всевозможных яств, которых для двоих было слишком много. Тем более, что никто из присутствующих и не думал притрагиваться к еде. От чайной чашки исходил яркий аромат роз. Этот запах уже до смерти ей надоел. Ришель так и не прикоснулась к чаю. Она осмотрела стол, и её взгляд внезапно остановился на маленьком сэндвиче с ветчиной. — Ах, не обращай внимания, — беззаботно произнёс Роза, словно только что об этом вспомнив. — С тех пор, как ты оказалась в этом особняке, Ришель, ты ела только обычное мясо. — Обычное мясо? В памяти невольно всплыла сцена на кухне. Её начало тошнить, а Роза невозмутимо отхлебнул чаю. — То мясо тебе подавали лишь раз на ужине в первый день. И Алан не позволил тебе его съесть. Какой молодец. То, что висело на кухне - ингредиенты для особого случая. Хотя в основном они идут на перекус шеф-повару. Так что ешь спокойно. После того, как ты разобралась с поваром, ты ведь толком и не ела. Или я не прав? Ришель отвела взгляд от сэндвича. Раз уж собеседник сам заговорил о кухне, первый вопрос напрашивался сам собой: — Бекки Дастин. — М? — Вы убили её в тот день намеренно? Чтобы мы с Аланом ясно видели, как она умирает самой ужасной смертью. Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов. Его статус: идёт перевод