**Нью-Йорк**
**10 августа, 19:20 ** — Боже, мы опоздали, — в голосе Ричарда сквозил неподдельный ужас. Он резко затормозил у стойки валей-паркинга перед рестораном. — Мать нас убьет. — Нас?! Это ты решил потащиться через пол-Манхэттена в самый час пик! — возмутился Питер, выбираясь из машины. — И вообще, я именинник. На меня она злиться не имеет права. — Спасибо, друг, — Ричард вручил ключи парковщику, сунул ему щедрые чаевые и, быстро подойдя к сыну, зашептал: — Так, давай начистоту. Мне нужно, чтобы ты бросился на амбразуру ради меня. — Потому что у меня день рождения. — Именно! Твой козырь — неприкосновенность именинника. Просто скажем, что мы заскочили в магазин, потому что ты захотел кое-что глянуть, и потеряли счет времени. Ну? Питер на секунду задумался. — Ладно. Я прикрою. — Вот это мой пацан! — Ричард с облегчением встряхнул сына за плечи. — Легенда такая: мы тормознули у антикварной лавки в квартале от работы. Ты увидел винтажную камеру и залип. Идет? — Идет. — С меня причитается, — выдохнул он, одергивая свой пиджак и поправляя воротник Питеру. — Ну, пошли. С богом. «Шонесси» был из тех пафосных заведений, где интерьер словно сошел с экрана классического гангстерского кино. Приглушенный свет, мерцание свечей, живой джаз и полупустой танцпол, на котором кружились редкие пары. Первый этаж отводился для скромных компаний до четырех человек, второй представлял собой балкон-галерею с видом на сцену и отдельными кабинетами для больших банкетов. Именно туда хостес и повела мужчин семьи Паркер. — Приятного вечера, — прощебетала девушка, оставив их у массивных дверей частного зала. — Помни план, — одними губами произнес Ричард. Питер не успел даже кивнуть, как дверь распахнулась. На пороге стояла Мэри с легкой, едва заметной полуулыбкой. Постороннему человеку она показалась бы верхом вежливости, но Паркеры знали: это не добрый знак. Это тишина перед бурей. — Поправьте меня, если я ошибаюсь, но мне казалось, ужин был назначен на семь, — произнесла она мягким, но оттого еще более пугающим тоном. — Т-ты права, свет очей моих, и нам дико жаль! — начал Ричард, изо всех сил стараясь не поплыть. — Но Питер увидел в витрине винтажную камеру, мы зашли просто глянуть и... совершенно потеряли счет времени. — Вот как? — она медленно перевела взгляд на сына. Её глаза, казалось, сканировали его на молекулярном уровне, выискивая малейшие признаки лжи. — Прости, мам. Камера была реально классная, — не моргнув глазом выдал Питер, с трудом подавив желание нервно сглотнуть. Секунды тянулись как часы. — Пф-ф. Могли бы и предупредить, — наконец выдохнула она, отступая от двери и пропуская их внутрь. — Прости, дорогая, — с плеч Ричарда словно свалился небоскреб. Они вошли внутрь. Приватный кабинет выглядел так же, как и все предыдущие годы: стены украшали черно-белые снимки старого Нью-Йорка, а массивное окно с видом на зал можно было открыть, чтобы впустить звуки живой музыки. В центре стоял большой стол, накрытый белоснежной скатертью и сервированный на двенадцать персон — с запасом. Окинув взглядом комнату, Питер посмотрел на гостей. — А вот и наш именинник! — воскликнул дядя Бен. Он и тетя Мэй тут же поднялись из-за стола, чтобы по очереди заключить племянника в объятия. — С днем рождения, Питер! — просияла Мэй. — Спасибо, дядя Бен, тетя Мэй, — улыбнулся Питер. Бен и Мэй Паркеры, как и его родители, выглядели точь-в-точь как в фильмах дилогии *The Amazing Spider-Man* (с Мартином Шином и Салли Филд). Разве что чуть моложе и свежее — здесь им не пришлось пережить трагическую гибель родственников и взваливать на себя воспитание сироты. Питер мысленно возблагодарил вселенную за то, что тетя Мэй не выглядела как её версия из Киновселенной Marvel. Иначе это вызвало бы... крайне неловкие чувства у парня, который в прошлой жизни был вполне себе гормонально активным подростком. — Давай ему... — начал Бен. — После ужина, — оборвала Мэй. — Да вот же он, здесь стоит! — Ах ты старый упрямец... — проворчала Мэй, но все же вернулась к своему месту, взяла маленькую коробочку с бантом и вручила её Питеру. — С днем рождения, дорогой. — Ну зачем вы? Того, что вы здесь, мне уже достаточно, — попытался отнекиваться Питер. — Не будь таким же упрямым, как твой дядя, и бери подарок! — безапелляционно заявила Мэй, практически насильно впихивая коробку ему в руки. — Открывай! Открывай давай! — подначивал Бен, сияя от нетерпения, пока Мэй лишь качала головой, глядя на мужа. Питер развязал бант и открыл крышку. Внутри лежали старинные наручные часы. Ремешок из черной крокодиловой кожи, корпус и детали из потускневшего золота. Вещь с историей. — Это часы отца... — голос Ричарда за спиной Питера дрогнул. — Вы отдаете мне часы дедушки? — Питер не поверил своим глазам. Он никогда не встречал своих бабушек и дедушек — все они ушли еще до его рождения. Но он видел фотографии и слышал истории. Почти на каждом снимке его дед по отцовской линии носил эти часы. Это была его главная гордость, реликвия, перешедшая к Бену как к старшему из братьев. — Отдаю. Я всегда хотел передать их своему ребенку, но... нам не суждено было стать родителями, — тихо сказал Бен, прижимая Мэй к себе. — Я не молодею, Питер. И если, не дай бог, меня не станет, я не хочу, чтобы они пылились в коробке или, того хуже, ушли с молотка. Ты будешь их носить, они будут жить. — Я... я даже не знаю, что сказать, — прошептал Питер и крепко обнял дядю. — Спасибо. — Ай, да брось. Это просто часы, — Бен прочистил горло и украдкой вытер увлажнившиеся глаза. — Мне кажется, я тут лишняя... — раздался тихий шепот. Обернувшись, Питер увидел черноволосую голубоглазую Затанну, которая что-то шептала на ухо Терезе. — Затанна! — окликнул её Питер. Девушка резко вскинула голову. — Питер, п-привет. С днем рождения, — она улыбнулась и часто захлопала ресницами. Тереза закатила глаза, наблюдая за подругой, а Питер на секунду подумал, что у Затанны, возможно, что-то попало в глаз. — Спасибо. Я рад, что ты пришла, — сказал он. Затанна хихикнула, потом случайно хрюкнула от смеха и тут же залилась пунцовой краской. — С-спасибо, что разрешил прийти. — Без проблем. Как там отец? — Хорошо. Занят. Магия и всё такое, — она нервно заправила прядь волос за ухо. — А ты не хочешь подарить ему подарок? — с ехидной ухмылкой подсказала Тереза. — Тери! — громким шепотом возмутилась Затанна, но все же достала подарочный пакет и протянула его Питеру. Заглянув внутрь, он увидел черно-серебристую винтажную камеру и пару катушек пленки. Это была старая модель от *Wayne Tech*, выпущенная еще в 60-х — одна из их первых попыток выхода на рынок фототехники. И именно эту модель он давно хотел заполучить в свою коллекцию, о чем как-то обмолвился сестре.
**10 августа, 19:20 ** — Боже, мы опоздали, — в голосе Ричарда сквозил неподдельный ужас. Он резко затормозил у стойки валей-паркинга перед рестораном. — Мать нас убьет. — Нас?! Это ты решил потащиться через пол-Манхэттена в самый час пик! — возмутился Питер, выбираясь из машины. — И вообще, я именинник. На меня она злиться не имеет права. — Спасибо, друг, — Ричард вручил ключи парковщику, сунул ему щедрые чаевые и, быстро подойдя к сыну, зашептал: — Так, давай начистоту. Мне нужно, чтобы ты бросился на амбразуру ради меня. — Потому что у меня день рождения. — Именно! Твой козырь — неприкосновенность именинника. Просто скажем, что мы заскочили в магазин, потому что ты захотел кое-что глянуть, и потеряли счет времени. Ну? Питер на секунду задумался. — Ладно. Я прикрою. — Вот это мой пацан! — Ричард с облегчением встряхнул сына за плечи. — Легенда такая: мы тормознули у антикварной лавки в квартале от работы. Ты увидел винтажную камеру и залип. Идет? — Идет. — С меня причитается, — выдохнул он, одергивая свой пиджак и поправляя воротник Питеру. — Ну, пошли. С богом. «Шонесси» был из тех пафосных заведений, где интерьер словно сошел с экрана классического гангстерского кино. Приглушенный свет, мерцание свечей, живой джаз и полупустой танцпол, на котором кружились редкие пары. Первый этаж отводился для скромных компаний до четырех человек, второй представлял собой балкон-галерею с видом на сцену и отдельными кабинетами для больших банкетов. Именно туда хостес и повела мужчин семьи Паркер. — Приятного вечера, — прощебетала девушка, оставив их у массивных дверей частного зала. — Помни план, — одними губами произнес Ричард. Питер не успел даже кивнуть, как дверь распахнулась. На пороге стояла Мэри с легкой, едва заметной полуулыбкой. Постороннему человеку она показалась бы верхом вежливости, но Паркеры знали: это не добрый знак. Это тишина перед бурей. — Поправьте меня, если я ошибаюсь, но мне казалось, ужин был назначен на семь, — произнесла она мягким, но оттого еще более пугающим тоном. — Т-ты права, свет очей моих, и нам дико жаль! — начал Ричард, изо всех сил стараясь не поплыть. — Но Питер увидел в витрине винтажную камеру, мы зашли просто глянуть и... совершенно потеряли счет времени. — Вот как? — она медленно перевела взгляд на сына. Её глаза, казалось, сканировали его на молекулярном уровне, выискивая малейшие признаки лжи. — Прости, мам. Камера была реально классная, — не моргнув глазом выдал Питер, с трудом подавив желание нервно сглотнуть. Секунды тянулись как часы. — Пф-ф. Могли бы и предупредить, — наконец выдохнула она, отступая от двери и пропуская их внутрь. — Прости, дорогая, — с плеч Ричарда словно свалился небоскреб. Они вошли внутрь. Приватный кабинет выглядел так же, как и все предыдущие годы: стены украшали черно-белые снимки старого Нью-Йорка, а массивное окно с видом на зал можно было открыть, чтобы впустить звуки живой музыки. В центре стоял большой стол, накрытый белоснежной скатертью и сервированный на двенадцать персон — с запасом. Окинув взглядом комнату, Питер посмотрел на гостей. — А вот и наш именинник! — воскликнул дядя Бен. Он и тетя Мэй тут же поднялись из-за стола, чтобы по очереди заключить племянника в объятия. — С днем рождения, Питер! — просияла Мэй. — Спасибо, дядя Бен, тетя Мэй, — улыбнулся Питер. Бен и Мэй Паркеры, как и его родители, выглядели точь-в-точь как в фильмах дилогии *The Amazing Spider-Man* (с Мартином Шином и Салли Филд). Разве что чуть моложе и свежее — здесь им не пришлось пережить трагическую гибель родственников и взваливать на себя воспитание сироты. Питер мысленно возблагодарил вселенную за то, что тетя Мэй не выглядела как её версия из Киновселенной Marvel. Иначе это вызвало бы... крайне неловкие чувства у парня, который в прошлой жизни был вполне себе гормонально активным подростком. — Давай ему... — начал Бен. — После ужина, — оборвала Мэй. — Да вот же он, здесь стоит! — Ах ты старый упрямец... — проворчала Мэй, но все же вернулась к своему месту, взяла маленькую коробочку с бантом и вручила её Питеру. — С днем рождения, дорогой. — Ну зачем вы? Того, что вы здесь, мне уже достаточно, — попытался отнекиваться Питер. — Не будь таким же упрямым, как твой дядя, и бери подарок! — безапелляционно заявила Мэй, практически насильно впихивая коробку ему в руки. — Открывай! Открывай давай! — подначивал Бен, сияя от нетерпения, пока Мэй лишь качала головой, глядя на мужа. Питер развязал бант и открыл крышку. Внутри лежали старинные наручные часы. Ремешок из черной крокодиловой кожи, корпус и детали из потускневшего золота. Вещь с историей. — Это часы отца... — голос Ричарда за спиной Питера дрогнул. — Вы отдаете мне часы дедушки? — Питер не поверил своим глазам. Он никогда не встречал своих бабушек и дедушек — все они ушли еще до его рождения. Но он видел фотографии и слышал истории. Почти на каждом снимке его дед по отцовской линии носил эти часы. Это была его главная гордость, реликвия, перешедшая к Бену как к старшему из братьев. — Отдаю. Я всегда хотел передать их своему ребенку, но... нам не суждено было стать родителями, — тихо сказал Бен, прижимая Мэй к себе. — Я не молодею, Питер. И если, не дай бог, меня не станет, я не хочу, чтобы они пылились в коробке или, того хуже, ушли с молотка. Ты будешь их носить, они будут жить. — Я... я даже не знаю, что сказать, — прошептал Питер и крепко обнял дядю. — Спасибо. — Ай, да брось. Это просто часы, — Бен прочистил горло и украдкой вытер увлажнившиеся глаза. — Мне кажется, я тут лишняя... — раздался тихий шепот. Обернувшись, Питер увидел черноволосую голубоглазую Затанну, которая что-то шептала на ухо Терезе. — Затанна! — окликнул её Питер. Девушка резко вскинула голову. — Питер, п-привет. С днем рождения, — она улыбнулась и часто захлопала ресницами. Тереза закатила глаза, наблюдая за подругой, а Питер на секунду подумал, что у Затанны, возможно, что-то попало в глаз. — Спасибо. Я рад, что ты пришла, — сказал он. Затанна хихикнула, потом случайно хрюкнула от смеха и тут же залилась пунцовой краской. — С-спасибо, что разрешил прийти. — Без проблем. Как там отец? — Хорошо. Занят. Магия и всё такое, — она нервно заправила прядь волос за ухо. — А ты не хочешь подарить ему подарок? — с ехидной ухмылкой подсказала Тереза. — Тери! — громким шепотом возмутилась Затанна, но все же достала подарочный пакет и протянула его Питеру. Заглянув внутрь, он увидел черно-серебристую винтажную камеру и пару катушек пленки. Это была старая модель от *Wayne Tech*, выпущенная еще в 60-х — одна из их первых попыток выхода на рынок фототехники. И именно эту модель он давно хотел заполучить в свою коллекцию, о чем как-то обмолвился сестре.
Обновлено: 19.01.2026