: ]
БТР «Химера» на полном ходу рвался вперед, ломая деревья на своем пути. Корпус машины трещал и грохотал, сметая стволы, и лес наполнился звуками треска и лопающейся древесины.
В этот момент затаившиеся повсюду мятежники перешли в наступление. Они выскочили из укрытий и со всех сторон бросились к бронетранспортеру.
Оператор ауспекса внутри машины мгновенно заметил угрозу – россыпь красных точек на экране стремительно приближалась к центру. Он заорал:
— Враг атакует! Они прут со всех сторон!
Лейтенант Винчестер в панике взвизгнул:
— Огонь! Открыть огонь изо всех стволов! Не подпускайте их! Эти чертовы ублюдки смерти не боятся – наверняка хотят подорвать нас поясами смертников, чтобы забрать с собой на тот свет!
Он приказал своим телохранителям в десантном отсеке открыть бойницы, высунуть стволы лазганов и палить во всё, что движется. Затем схватил микрофон громкой связи и рявкнул на бойцов СПО снаружи:
— А вы, пьянчуги, живо собрались! Основные силы врага уже здесь! Хотите жить – разуйте глаза!
Бойцы СПО, которым умирать совсем не хотелось, зашевелились быстрее. Они образовали защитное кольцо вокруг «Химеры», попадали на землю и начали наводить оружие в сторону леса.
Два тяжелых стаббера требовалось соединить и превратить в стационарные пулеметные точки. Их огромные стволы должны были быть направлены в чащу.
Хоть этих олухов и предупредили заранее, но трясущиеся руки и ватные ноги делали своё дело – двигались они медленно, как сонные мухи.
Обычно расчету стаббера хватало пятнадцати секунд на сборку, но сейчас прошла уже почти минута, а оружие всё еще не было закреплено.
Подносчик боеприпасов и вовсе выронил короб – лента с патронами рассыпалась по земле. Парень в панике начал собирать их, но чем больше суетился, тем сильнее путал.
И вот, посреди этого бардака, мятежники пошли в атаку. Первыми рванули отряды ближнего боя – вооруженные холодным оружием повстанцы с дикими воплями неслись вперед.
Их было много. Из густого сумрака на СПОшников накатывала волна силуэтов – зрелище было поистине жутким.
Солдаты СПО и так были в плачевном состоянии – головы раскалывались, в глазах мутило, – а увидев такую ораву, они окончательно перепугались и начали стрелять без приказа.
Как стреляет пьяный человек? Эти СПОшники посылали пули либо в небо, либо в землю. Нажав на спуск, они давили его до упора: оружие либо молчало – идиот забыл снять с предохранителя – либо грохотало без умолку, выпуская весь магазин одной длинной очередью.
Тра-та-та-та-та!!
Тра-та-та-та-та-та-та!!
Лес огласился грохотом выстрелов, сквозь который пробивался ритмичный стук автопушки «Химеры». Воздух быстро пропитался пороховым дымом.
Когда стрелки успели опустошить уже по третьему магазину, расчеты тяжелых стабберов наконец-то совладали с оружием.
Стрелок рванул рукоятку затвора – раздался металлический лязг, и 20-миллиметровый патрон занял своё место. Не целясь, боец вцепился в гашетку и открыл огонь.
Дун-дун-дун-дун-дун!!
Грохот стоял адский. Из ствола вырывалось пламя длиной в несколько метров. Тяжелые пули – по сути снаряды – с чудовищной энергией рвали лес перед собой.
Стрелок был так пьян, что еле различал цели. Он просто давил на педаль спуска и водил стволом из стороны в сторону, пока не выжег весь боекомплект.
Короб на 75 патронов опустел, и впереди образовалась просека – деревья были скошены под корень!
Это оружие не зря называли «дровосеком»: его мощность позволяла рубить стволы, словно соломинки. Одной очереди хватало, чтобы очистить целый участок леса.
Наступавшие с этого направления мятежники исчезли. Металлический шторм разорвал их в клочья. Попадание такого калибра мгновенно расчленяло тело.
— Пустой! Перезаряжай, живо, перезаряжай!!
Стрелок орал во всё горло. Второй номер, напрягая все силы, подтащил новый короб с патронами – лента на 75 выстрелов, весом почти сорок килограммов.
Механизация человеческих армий в Warhammer 40k была на высоте, и оружие тяготело к гигантизму. Тяжелый стаббер – по сути малокалиберная пушка – считался рядовым вооружением пехоты Имперской Гвардии.
Обычно боеприпасы возили на броне «Химеры», но лейтенант Винчестер превратил транспорт в личную карету, и теперь солдаты таскали ящики на себе.
Когда стаббер вновь ожил, грохот возобновился. Ещё один участок леса был скошен – новая волна мятежников превратилась в фарш. К моменту, когда зарядили третью ленту, стрелять уже было не в кого.
В лесу не осталось ни одной живой души. Ударная группа численностью почти триста человек была уничтожена, их изуродованные тела усеяли землю.
Огневая мощь СПО, даже в руках пьяниц, оставалась устрашающей. Повстанцев перемололи в пыль.
— Ха-ха! Так этим грязным ублюдкам и надо! Сдохли быстро и четко! Продолжаем движение!
Лейтенант Винчестер наблюдал через перископ за полем трупов и хохотал довольным смехом. Он не догадывался, что отряд с холодным оружием был приманкой, созданной, чтобы усыпить бдительность.
Водитель «Химеры» вдавил педаль. Корпус тряхнуло, двигатель заскрежетал, и БТР медленно пополз вперед.
Оператор башни, следя за ауспексом, доложил:
— Четыреста метров до вражеского лагеря! Фиксирую более шестисот сигнатур противника!
— Ха-ха! Вперед, давите их! Убейте всех!
Винчестер визжал от восторга – пятьсот голов впереди плюс уже убитые здесь, этого достаточно для повышения!
СПОшники, шатаясь, побрели вслед за броней.
Когда «Химера», ломая последние деревья, выкатилась к базе старика Сэнь, перед глазами открылся ров с укреплениями – сеть траншей, заполненных стрелками, более трехсот пятидесяти душ.
Часть окопов Сэнь выкопал заранее, остальные вырыли прошлой ночью – знали, что утром придут каратели. Основные силы повстанцев, с оружием наготове, ждали здесь.
Увидев «Химеру», они вскинули оружие и открыли шквальный огонь по технике и пехоте.
СПОшники в панике кто падал, кто пятился обратно – начался хаос. В первые секунды погибло семеро, может восемь.
Внутри броневика Винчестер, глядя в перископ, брызгал слюной:
— Крысы умеют только рыть норы?! Разнесите их из пушки!
Но у главного орудия не хватало угла склонения – фугасы лишь долбили дальние постройки. А с окопами должен был разбираться корпусной стаббер.
Тот имел приличную мощь и хорошую подвижность. Стрелок опустил ствол и полил свинцом мятежников, осмелившихся высунуться. Крупнокалиберные пули вгрызались в бруствер, разрывая землю и мясо вперемешку.
Стрелок провёл трассу вдоль двадцатиметрового участка – все, кто был там, превратились в фарш.
Но «Химера» была одна, а траншей слишком много. Повстанцы сидели через каждые несколько метров, периодически высовываясь. Полностью подавить их одной машиной было невозможно. А пьяные СПОшники тряслись в укрытиях.
У мятежников было прикрытие, у СПО – только похмелье и двоение в глазах. Меткость нулевая.
Винчестер взревел в микрофон:
— Вы, свиньи! Встать и стрелять! Где стабберы?! Расчеты стабберов, живо вперед! Подавить огнем эти траншеи!!
Он уже устал орать – эти дегенераты двигались только после пинка.
СПОшники неохотно начали подниматься, без особого рвения. Некоторые просто лежали, паля вслепую, подняв оружие над головой – главное, бахнуть для отчета. Но двум расчетам деваться было некуда – лейтенант назвал их поименно.
Стиснув зубы, расчеты поползли к «Химере», установили пулеметы и открыли огонь по траншеям.
Но не успели сделать и пару очередей – голова одного из стрелков разлетелась, как спелый арбуз. Красное и белое брызнуло во все стороны. Тело рухнуло на пулемет, и тот замолчал.
Второй номер, оцепенев, отпихнул труп и перехватил рукоятку – в тот же миг пуля пробила ему грудь. Удар чудовищной силы опрокинул его на спину. Он хотел посмотреть, куда попали, но тело уже не слушалось. Через мгновение – всё.
Соседи, видя, как падают товарищи, вмиг протрезвели.
Офицер СПО заорал:
— Кто-нибудь! Заставьте этот стаббер стрелять!
Один солдат рванул к пулемету – и тут же упал, с простреленной головой. Трое убитых на одной позиции. Тогда все поняли.
Это, мать его, снайпер!
— Снайпер! Осторожно! Всем в укрытие!!
Крик только пронесся по позициям – и второй стаббер замолк. Стрелку разорвало горло пулей, кровь фонтаном хлынула на пулемет.
На дальнем склоне Ли Циньу передернул затвор. Дымящаяся гильза выпала в сторону. Новая – скользнула в патронник.
Он поводил прицелом между пулеметами, выискивая следующего, кто рискнет прикоснуться к оружию. Три выстрела – три трупа. СПОшники поняли, что по ним работает снайпер, выбивающий расчеты, и больше никто к стабберам не подходил.
Ли Циньу перевел прицел на пулеметчика с ручным стволом. Тот, укрывшись за деревом, поливал огнем повстанцев.
Перекрестье замерло на его груди. Хлопок – и цель исчезла. Когда картинка вернулась, там уже лежал труп.
Винтовка использовала боеприпасы пятого уровня, а броня СПОшников – лишь третьего. С шестисот метров Ли Циньу прошивал их насквозь.
Следом он нашел ещё одного пулеметчика и снес ему голову. Глухие хлопки снайперской винтовки терялись в общем грохоте боя. Никто не мог понять, откуда бьет Ли Циньу, но результат был очевиден – огневая поддержка СПО таяла на глазах.
Давление ослабло, повстанцы начали поднимать головы и открывать ответный огонь. Триста стволов мятежников перехватывали инициативу.
Один из офицеров СПО, обезумев от ярости, подбежал к «Химере» и забарабанил прикладом по броне:
— Твою мать! Вы, тупые свиньи внутри! У повстанцев снайпер! Найдите его и убейте! Он уже положил семерых моих парней, твою мать!
Обычно экипаж внутри брони ничего бы не услышал, но сейчас бойницы были открыты – телохранители Винчестера поливали врагов лазганами.
Крик долетел до ушей охраны.
— Хозяин, офицер снаружи говорит, что по ним работает снайпер. Потери большие.
Услышав это, оператор башни не стал ждать приказа – этот мажор всё равно ничего не смыслит в войне. Он выкрутил мощность ауспекса на максимум и засек Ли Циньу.
Основной бой шёл на дистанции двести-триста метров, там творилась каша. А на склоне в шестистах метрах светилась одна-единственная точка. Кто еще, если не снайпер?
Оператор задрал ствол орудия.
Дун-дун-дун-дун!!
Обновлено: 18.02.2026