: ]
Место было готово, пора переходить к установке оборудования.
В самогоноварении Ли Цинъу разбирался. У него был кузен в деревне, который гнал самогон, так что процесс был знаком: ничего сложного, любой мужик с руками справится.
Для промышленных масштабов требовалась дробилка, чтобы молоть зерно для лучшего брожения, и огромный котёл, чтобы это зерно варить.
Затем каскад бродильных чанов, где брага должна дойти до кондиции, и, наконец, перегонный куб с нагревом.
Начали с очага. Из пластали (спасибо читателям за уточнение – в 40k строят из пластали) соорудили круглый глубокий бассейн и обшили его изнутри железом.
Ножик привёл сварщиков из банды «Удобрений» с собственным оборудованием – по пятьдесят монет в день.
Остальных «крыс» он разослал по Подулью искать нержавейку – железо, устойчивое к окислению. Нашли, притащили, где-то отодрали.
Сварщики приварили эти листы внутри пласталевого чана и зашлифовали швы. Получился гигантский котёл, способный за раз переварить несколько тонн зерна и воды.
Нагрев – электрический.
У Ли Цинъу была полностью заряженная прометиевая батарея, стащенная с гидропоста. К ней подключили штуковину, похожую на гигантский кипятильник. Бросаешь в чан – и получаешь дикий жар.
Выглядело это убого, как студенческий кипятильник из двух лезвий, только размером с бревно. Зато технологии 40k поражали эффективностью: сотни литров воды закипали меньше чем за десять минут.
По тому же принципу собрали цельнометаллический дистиллятор. Ножик с ребятами натаскали чистых досок, сколотили бродильные чаны, прицепили вентиляторы со свалки – и вот, винокурня в стиле «Безумного Макса» готова.
Санитария, конечно, хромала, но у жителей 41-го тысячелетия лужёные желудки – не помрут.
— Ножик, нашёл дрезину, про которую я говорил? — спросил Ли Цинъу, осматривая свои владения. Всё готово к запуску, осталось наладить логистику.
Ножик кивнул.
— Нашёл, босс. Парни выкопали на свалке. Один локомотив и десять вагонеток. Вагонетки целые, а вот тягач был убитый. Я сходил к боссу Непалу – он помог починить. Даже ящик прометиевого топлива подогнал.
Ли Цинъу хмыкнул.
— Запомню этот жест. Где состав? Веди.
Они вышли за ворота цеха. Там уже стоял поезд.
Похоже на вагонетки для вывоза руды из шахт. Маленькие, в одной тележке едва помещаются два человека стоя.
Тягач тоже компактный – меньше микролитражки из третьего тысячелетия.
Ли Цинъу обошёл технику кругом, цокая языком.
— На чём работает? Электричество, топливо? Какая скорость?
— Босс Непал сказал, движок всеядный, — пояснил Ножик. — Растительное масло, животный жир, прометий, спирт – сожрёт всё, что горит. Только КПД разный. И фильтровать нужно обязательно, иначе движок клинанёт. Если загрузить все десять вагонеток, на прометии пойдёт восемьдесят километров в час, на спирту – минимум сорок.
Ли Цинъу остался доволен. До поверхности по прямой не больше сорока километров. Час туда, час обратно – отличная логистика.
Он вернулся в убежище, достал два трофейных автогана. Один кинул Ножику, второй закинул себе за спину.
После отсчитал толстую пачку купюр и расплатился с рабочими. Народ возликовал, завидев деньги.
— А теперь слушайте, — сказал Ли Цинъу. — Собираюсь проехать на этой штуке вперёд, разведать путь. Нужны добровольцы – безбашенные, с оружием. Кто вернётся живым, получит по сто талонов. Кто со мной?
Ему нужно было проверить маршрут до вентиляции. Сорок километров по неизведанным тоннелям Подулья – не прогулка в парке. Там могло быть всё, что угодно.
Мутанты, ксеносы, культисты, генокрады, демоны – ничему Ли Цинъу не удивился бы.
Тридцать с лишним работяг переглянулись, схватили ломы и лопаты и попрыгали в вагонетки.
Ли Цинъу усмехнулся и запрыгнул в локомотив вместе с Ножиком.
Ножик дёрнул рычаги, и состав медленно тронулся.
Они проехали через цех – оборудование стояло по бокам, не мешая проезду. Когда последний вагон покинул территорию, Ли Цинъу запер ворота и махнул рукой: вперёд.
Ехали медленно, километров десять в час. Нужно было следить за рельсами: если завал или поломка – чистить и чинить.
Прожектор локомотива разрезал тьму тоннеля.
Ли Цинъу не сводил глаз с путей. Иногда командовал остановку – люди выпрыгивали расчищать мусор, в основном куски обвалившегося бетона.
Проехали уже больше часа. Иногда попадались подъёмы под углом сорок пять градусов. Каждый такой подъем радовал Ли Цинъу – значит, они ближе к поверхности.
К счастью, пока никого не встретили.
Что логично: они на самой периферии Подулья. В этих бетонных джунглях без ресурсов не выжить. Жизнь кипит у больших лифтов, где есть еда и вода. Сюда нормальные люди не суются.
Но законы подлости никто не отменял. И ненормальных – тоже.
— Стоп! — рявкнул Ли Цинъу.
Ножик ударил по тормозам.
Ли Цинъу указал на разбитый участок рельсов в десятке метров впереди.
— Рельса лопнула. Чините.
Бойцы из задних вагонов побежали с инструментами. Ремонт был простой: подсыпать пласталевого порошка, выровнять, закрепить. Если уж совсем плохо – у них были запасные рельсы, снятые в других местах.
Пока парни возились, Ли Цинъу сидел на локомотиве и собрался закурить. Достал зажигалку… и застыл. Его прокачанная Энергия – двадцать единиц – взвыла сиреной: впереди кто-то есть!
Щёлк! Он передёрнул затвор винтовки.
— Назад! — заорал он. — Гости!
Рабочие опешили, но рванули к составу.
Остальные повыскакивали из вагонеток, сжимая импровизированное оружие. Ножик вскинул автоган, целясь в темноту рядом с боссом.
Воздух натянулся, как струна. Никто ничего не видел и не слышал, но если босс сказал – значит, дело дрянь. Все вцепились взглядами в темноту за пределами светового круга.
Прожектор бил метров на триста, дальше – сплошной мрак.
Но Ли Цинъу видел. Его чувства были острее.
Там, где свет растворялся в темноте, к ним ковыляла толпа. Больше сотни фигур.
Издалека они выглядели людьми, но Ли Цинъу замечал «лишние пиксели»: наросты, конечности, бугры, которых у человека быть не должно.
Толпа приближалась. Вскоре и Ножик с остальными разглядели силуэты. Руки у всех на рукоятках ломов взмокли.
Ли Цинъу прищурился. Мутанты. Причём дикие, глубоко искажённые выродки.
Рога, лишние руки, щупальца вместо шеи, гроздья опухолей… Вид жуткий, бьющий по рассудку. Будто их пережевала и выплюнула сама бездна.
В Империуме классификация людей проста:
Чистые люди – это мы с вами.
Модифицированные – космодесант, Механикус (те, кто заменил плоть на сталь).
Абхуманы – стабильные мутации. Если планета веками погружена во тьму и люди отрастили ночное зрение – норма. Если высокая гравитация породила тупых, но сильных огринов – тоже норма. Главное – устойчивость генов. Империум их терпит.
А вот мутанты – им только огонь и меч.
Это не эволюция, а ошибка. Сбой генов из-за химии, радиации, варпа или экспериментов ксеносов. Они нестабильны, безумны и часто несут скверну.
Если мутация от радиации – полбеды. А если от варпа или ксеносов – жди вторжения демонов или звёздной войны.
Сотня уродцев остановилась метрах в пятидесяти. На них ржавые латы из металлолома, оружие – какой попало хлам.
Они зажимали глаза руками – свет прожектора слепил привыкших к вечной тьме тварей.
Один из них, особенно жуткий, с двумя лицами, заорал:
— Проклятое мясо! Вырубите грёбаный свет, или я отрежу вам башки и затолкаю в задницы!!
— Хе-хе-хе! Отрежу… башки… хе-хе-хе… в задницы… глубоко… — вторило ему второе, маленькое личико на щеке, хихикая тонким голосом. Казалось, у опухоли свой разум.
Ли Цинъу поднял оружие и рявкнул в ответ:
— Слышь, уроды, вы себя в зеркало видели?! Ваш вид оскорбляет мои права человека! Ваша мамаша, похоже, обдолбалась и каталась на американских горках, пока вы в утробе болтались, как омлет в миксере! А когда рожала – вас дверью прищемило! Чего вы не сидите в самой глубокой дыре, а прётесь на дорогу?! Хотите доказать, что дно можно пробить ещё раз?! Валите с глаз долой во имя любви, морали и психического здоровья детей, ублюдки!
Обновлено: 22.01.2026