В Муриме существует расхожая фраза, которую произносят, когда происходит нечто, выходящее за рамки здравого смысла: «Таков Закон Цзянху».
В интернете это выражение давно стало своего рода мемом, и смысл его предельно ясен: в этом мире выживает лишь сильнейший.
Мне эта фраза даже нравилась. Всякий раз, когда герой уся-романа, плевавший на законы и порядок современного общества, упоминал «законы Цзянху» и проламывал врагам черепа, я испытывала странное удовлетворение.
Наверняка я не одна такая. Все мы похожи. Каждому хоть раз приходилось молча глотать обиду, будучи не в силах восстать против несправедливости прямо перед носом.
Взрослая жизнь — она такая. Стиснув зубы, делать то, что ненавидишь. Скомкать свою гордость, засунуть её куда подальше и натянуть на лицо фальшивую улыбку.
Поэтому, когда начальник сунул мне уся-роман со словами: «Почитай-ка по дороге на работу», я даже не смогла изобразить недовольство и послушно взяла книгу.
— Эх, молодежь, шуток совсем не понимаете. Прочти, говорю. Чтобы нам было о чем поговорить.
Разговора не клеится, так мне теперь читать то, что читает он? Что за старческое самодурство?
Слова о том, что разговор не клеится именно из-за него, начальника, и что если он продолжит навязывать свои интересы, плюя на чужие вкусы, то останется в полном одиночестве, — эти слова уже подступили к самому горлу. Но я с трудом сдержалась.
Ведь моя аттестация и премия зависели от этого старого хрыча. Жить в обществе чертовски сложно.
Так прошло полгода с тех пор, как я начала читать уся ради «налаживания коммуникации» с начальством. Я научилась смеяться даже над его шуточками о том, что он сейчас «пятками разожжёт истинный огонь Самадхи».
— Вот видишь. Теперь ты улыбаешься. Говорю же, книги — это пища для ума.
Смешно только вам, господин начальник. А если романы о боевых искусствах станут пищей для ума, жди беды. В офисе сразу захочется применить на практике те самые «законы Цзянху».
Впрочем, романы, которые я начала читать как часть служебных обязанностей, пришлись мне по вкусу. Вопреки предрассудкам, что это чтиво только для стариков, было довольно увлекательно.
Даже у тех, кто, казалось, не знал ничего, кроме боевых искусств, была своя жизнь, любовь и романтика.
Люди, сжигающие себя без остатка ради защиты чести или прикрытия спины товарища. Разве их глуповатая, но искренняя прямота не трогает сердце?
Жизнь мастеров боевых искусств была настолько притягательной, что я ловила себя на мысли: «Хоть раз бы пожить так же».
Но это вовсе не означало, что я хотела стать массовкой в таком романе.
— Посмотрите на неё. Опять в облаках витает. Ты стирать не идешь?
— Да, уже иду.
— Говорят, сегодня на обед дадут лечебный отвар. Припаси что-нибудь, чтобы перебить вкус.
— Опять?
И уж тем более я не собиралась становиться служанкой в клане, где слуг пичкают ядами.
Первый в Поднебесной Клан Ядов — Сычуань Тан.
Семья, известная своими ядами и скрытым оружием, также именуемая Танмэн.
И я стала служанкой именно в этом безумном семействе.
***
Если в западном фэнтези есть аристократические семьи, то в уся существуют Великие Кланы Мурима. Конечно, понятия не идентичные, но схожесть в том, что это могущественные и всем известные дома.
Это закрытые организации, основанные на кровном родстве, где все члены клана — одна большая семья.
Клан Намгун объединяет носящих фамилию Намгун, Клан Хэбэй Пэн — фамилию Пэн, а Клан Сычуань Тан — фамилию Тан.
Так что же такое Клан Сычуань Тан?
Обычно это те самые ребята, которые с высокомерным видом нападают на главного героя, а потом позорно проигрывают и отлетают в сторону.
...По крайней мере, так было в тех романах, что я читала. Из-за использования ядов и скрытого оружия их очень удобно делать злодеями.
Если они на стороне союзников, то это люди со странностями, но верные долгу. Если же враги — то подлые и жестокие, использующие грязные трюки.
Они словно балансируют на грани между Светлым и Темным путем.
В каком-то смысле они похожи на мафию из кино. Когда они главные герои — круче не придумаешь, но когда злодеи — хочется немедленно упечь их за решетку.
Честно говоря, основания для этого есть. Во-первых, яды. Когда противник бежит на тебя с мечом, а ты кидаешь в него отравленный дротик — это выглядит как-то подло.
Поэтому я не особо жаловала Клан Тан. Как читатель, я всегда кричала: «Если ты воин, сражайся честно, мечом!»
Может, из-за этой моей предвзятости, когда я открыла глаза, то обнаружила себя стирающей бельё в Клане Тан?
Спросите, почему вдруг стирка?
Именно это я и почувствовала в день своего попадания. Почему вдруг стирка?
Я тупо уставилась на валек для стирки в своей руке. Даже не сон, где я запускаю стиральную машину, а сон, где я стираю вручную у колодца.
— Странный сон, — пробормотала я и решила, что надо будет поискать в соннике значение стирки. Я была уверена, что сплю.
Однако даже после того, как я отбила вальком ворох одежды и прополоскала её в ледяной колодезней воде, я не проснулась.
Наоборот, чувства обострились. Руки, опущенные в холодную воду, замерзли и онемели. Я подышала на закоченевшие ладони. Горячее дыхание коснулось тыльной стороны кисти.
...Почему я это чувствую?
Внезапно меня пронзила мысль, что это может быть не сон. Я вскочила и сунула голову в колодец.
В подрагивающей воде отразилось незнакомое лицо. Я медленно моргнула.
Отражение в колодце повторило моё движение. Незнакомая девочка смотрела на меня с ошарашенным видом.
Что-то пошло не так. Я вытерла мокрые руки о пояс и ощупала свое лицо. Девочка в колодце сделала то же самое.
Несмотря на лохмотья, тонкие черты лица было не скрыть. Вырастет — станет красавицей. С такой внешностью можно играть детей главных героев в фильмах-миллионниках и стать «младшей сестренкой всей нации».
Но не это сейчас важно. Я тряхнула головой и осмотрелась.
Моему взору предстало старинное поместье, словно сошедшее с кадров гонконгского боевика по мотивам уся.
Огромное поместье простиралось так далеко, что конца и края не было видно, повсюду возвышались величественные павильоны.
Судя по моему виду, я была служанкой, работающей в этом поместье.
В голове всплыла гипотеза, которую в такой нереальной ситуации признавать совсем не хотелось.
Попадание. Или перерождение.
Я хлопнула себя по щекам и глубоко вздохнула. Ударила со всей силы, так что даже слезы выступили. Не сон.
Эй, да ладно, не может быть. Быть того не может. Успокойся. Истерика ситуацию не исправит.
Надо спокойно выяснить, где я, и составить план действий... Да к черту!
Обида подступила к горлу.
Разве негласное правило попаданцев не гласит, что всё должно начинаться с фразы: «Я открыл глаза и увидел незнакомый потолок»? Почему у меня: «Я открыла глаза и стирала бельё»?
Жить как раб на галерах в офисе было и так тоскливо, а теперь мне предлагают реально стать чьей-то рабой?
Какого чёрта. Верните меня домой.
***
На принятие реальности ушло целых три дня.
Мне, привыкшей к миру, где стирка и сушка происходят по нажатию одной кнопки, было трудно поверить в свою участь — участь человека, колотящего белье палкой.
Ела, что давали, делала, что велели, падала без сил и спала — так в бесконечном цикле пролетели три дня.
— Ха...
Глядя на корзину с бельем в руках, я издала такой глубокий вздох, что, казалось, земля вот-вот разверзнется. В корзине, размером больше меня самой, горой лежала замоченная в щелоке одежда.
Разве после трех дней работы не полагается выходной? Мир без сострадания и справедливости.
— Мораль Цзянху пала ниже плинтуса...
Стоило мне это пробормотать, как кто-то, хихикнув, положил руку мне на плечо.
— Эй, подруга. Какую такую мораль Цзянху ты ищешь, занимаясь стиркой?
Я поспешно обернулась. На меня, улыбаясь, смотрела девушка с лицом, усыпанным веснушками.
Поморгав, глядя на знакомое лицо, я поняла, что это служанка, с которой я жила в одной комнате. Мы спали рядом несколько дней, но я всё еще путала имена. Кажется, Сонджи.
— Сестрица Сонджи.
Раз она не поправила, значит, угадала. Я с кротким видом посмотрела на Сонджи. Та сказала:
— Не отлынивай, иди быстрее. Нужно вернуться до обеда. Главный управляющий велел всем собраться в саду Гуангавон в час Лошади*. Ты же знаешь, какие господа из клана Тан нервные?
— Поняла.
Подгоняемая Сонджи, я надула губы и поплелась к месту для стирки.
Понять, что я нахожусь в Клане Сычуань Тан, было нетрудно. Все вокруг только и твердили: «Клан Тан то, Клан Тан сё, Танмэн...» Было бы странно не догадаться.
Зеленые мантии, которые носили члены семьи Тан, тоже сыграли свою роль. Их особенностью были длинные рукава, скрывающие кисти рук, — чтобы прятать яды и скрытое оружие.
Эти проклятые тановцы, помешанные на внешнем лоске, обожали моду в стиле «с виду пустые руки, а на деле в рукавах можно вынести всю квартиру».
Длинные рукава волочились по полу, внутренние карманы пачкались, а страдали от этого только те, кто стирал.
То есть я. Да-да. Я.
Я с тоской посмотрела в небо. Будущее казалось мрачным. Где я вообще? Неужели мне суждено всю жизнь отстирывать въевшуюся грязь с чужих рукавов?
Один лишь факт принадлежности к Клану Тан не давал ответа, в какой именно роман я попала. В каком уся-романе нет Клана Тан?
Если кратко резюмировать моё нынешнее положение, то выходило следующее:
1. Я попала в роман о боевых искусствах - уся.
2. Я служанка в Клане Сычуань Тан, и мое тело не знает боевых искусств. (Хотя, судя по тому, что я выдерживаю ежедневную ручную стирку, силы мне не занимать.)
3. Я не знаю, что это за роман. Информации ноль.
4. Денег тоже нет.
В сухом остатке всё выглядит еще безнадежнее. Ни денег, ни силы, ни связей. Я не обладала ни одним фактором, необходимым для выживания в Цзянху.
...Смогу ли я вообще выжить?
***
П.П: Час Лошади - это временной промежуток с 11:00 до 13:00.
Обновлено: 22.01.2026