Глава 26 — Глава 26

«Почему это отец так сильно хмурится?» — промелькнуло в голове у Ма Минъэр. Разве он не рад, что теперь есть где жить? К тому же она придумала такой хитрый план, что семье Ма будет не так-то просто придраться. Ма Цифэн сердито зыркнул на дочь. И тут в мыслях Ма Минъэр что-то прояснилось: «Жить двум семьям под одной крышей — это как-то...» Го Ли-ши проследила за взглядом девочки, направленным на мужчину, и вдруг осознала, к чему та клонит. Она моргнула: «Это...» Решили одну проблему, как тут же появилась другая. В одной семье нет хозяйки, в другой — хозяина. Жить вместе и впрямь... не совсем прилично. Она виновато посмотрела на Ма Цифэна. Ма Цифэн об этом даже не задумывался. «Ну и дитя...» — он не решился её ругать и перевел взгляд в сторону ямэня. Неизвестно, когда еще староста Ли распределит жилье и землю. В пути им волей-неволей приходилось ночевать под открытым небом, но теперь они добрались до места. Выдержат ли дети новые ночевки на земле? Видя, что Ма Цифэн молчит, Го Ли-ши почувствовала неловкость. Ей хотелось что-то сказать, но слова не шли на ум. Ма Юээр, хлопая глазками, прижалась к отцу, послушно прислонившись головой к его ноге. Ма Далан и Ма Саньлан стояли, понурив головы. Они были еще малы и ждали, что решат взрослые. «Боже, ну как же так! Когда дома не было — мечтали о нем, а теперь вот какая ситуация», — Ма Минъэр едва не хлопнула себя по лбу. Она так стремилась сблизиться с тетушкой Го, что совсем забыла о приличиях между мужчиной и женщиной. Матушки... Господи, даже в современном мире двум таким семьям жить вместе было бы не очень удобно, а уж здесь... Какая морока. В повисшей тишине раздался голос Го Ли-ши, которая начала причитать: — Эрнян, а может, пусть этот дом будет вашим... а мы другой поищем... — Нет, тетушка Го. С тех пор как мы покинули Аньсин, вы всю дорогу втайне делились с нами едой и водой. У отца на сердце и так неспокойно от этого долга, так что эти деньги — пустяк! — Да что ты такое говоришь! Если бы не твоя смекалка, откуда бы у меня взялись деньги на чуйбин? Глядишь, мы с детьми давно бы уже в рабство подались, — с чувством произнесла Го Ли-ши. Для неё самое страшное было позади. — Значит, такова наша судьба! — не знала, что ответить Ма Минъэр. Вдруг Го Ли-ши словно что-то осенило, и она хлопнула себя по ноге: — Брат, а что если мы разделим дом высокой стеной? Тогда ведь всё будет в порядке! — Хотите сказать, поставить ограду? — Вот именно! Поставим высокую перегородку из стеблей конопли, получится два отдельных хозяйства, и никто не посмеет судачить. — Папа... — дети с надеждой посмотрели на отца. Это был лучший выход из положения. Ма Цифэн наконец сдался: — Сначала осмотрим дом. Если он достаточно велик, то предложение сестрицы Го вполне можно принять. Видя, что отец согласился, Ма Минъэр мысленно выдохнула: «Ох, не зря я всё это затеяла». — Хорошо, хорошо, так и сделаем, — обрадовалась Го Ли-ши. Казалось, большая проблема решена, и все почувствовали облегчение. Тут им навстречу попался Ма Цигуан с ведром воды. Он мельком взглянул на Ма Цифэна, затем на костистую, хоть и крупную Го Ли-ши, и насмешливо фыркнул: — Ма-шестой, ну и вкус у тебя! Если уж ищешь женщину, то подобрал бы красавицу, а не эту старуху. Совсем с голоду обезумел, что хватаешь что попало? Ма Цифэн тяжело задышал от гнева: — Что за чепуху ты несешь!.. — Сказав это, он схватил младшую дочь за руку и быстро зашагал прочь. — Ма-шестой, ты целыми днями где-то шляешься, уж не возомнил ли ты, что завел собственное хозяйство? Ма Цифэн обернулся и гневно сверкнул глазами: — Если я не буду ходить по делам, кто прокормит моих детей? — Хи-хи... Здоровенный мужик, а ведет себя как баба. Тьфу... жалко смотреть... — издевался Ма Цигуан, направляясь к переулку с колодцем. «Эх», — мысленно вздохнула Ма Минъэр. К счастью, она попала в семью «этого папы». Окажись она у Ма Цигуана, наверняка давно бы уже от голода на небеса отправилась. До сих пор семья Ма Цифэна держалась особняком от остального клана Ма. С одной стороны, родственники намеренно их притесняли и не желали делиться водой и едой, добытыми за взятки. С другой стороны, отец и сам понимал, что на них полагаться нельзя. Он в одиночку тащил четверых детей от Столицы до Юньшуя. И хоть все они исхудали до неузнаваемости, всё же добрались живыми. Раз уж они смогли преодолеть такой долгий путь, Ма Минъэр не верила, что в городке Юньшуй они умрут с голоду. Когда они подошли к купленной хижине, то застыли в изумлении. Хотя чиновник и предупреждал, что в доме нет крыши и гуляют сквозняки, они не ожидали увидеть такие руины. Все переглянулись: «Разве здесь можно жить?» Ма Минъэр и сама не верила своим глазам. Это была настоящая соломенная развалюха, сквозь которую дул ветер, а с потолка были видны звезды. Дом был небольшим, но между пятью комнатами был небольшой промежуток, словно это были два фундамента, стоящих вплотную. Видимо, раньше здесь жили два брата. Это было просто замечательно — словно дом специально строили для двух их семей. — Всё лучше, чем спать под открытым небом, — Го Ли-ши заметила удивление семьи Ма и обреченно покачала головой. Она подумала: «Сразу видно — столичные». В её деревне таких домов было полно, так что она ничуть не удивилась. — И то верно! — первой пришла в себя Ма Минъэр. Ночевки под росой грозили болезнями. Хотя в пути они и так натерпелись... впрочем, лучше об этом не думать. Главное — живы. — Тогда... начнем прибираться? — вежливо спросила Го Ли-ши. Ма Цифэн кивнул: — Сестрица Го, говорите, что нужно делать. — Вообще-то стены нужно обмазывать мокрой глиной вперемешку с соломой, но сейчас даже дно реки высохло. Глины нет, так что придется связывать сухие ветки и траву, чтобы хоть как-то залатать дыры. — Тогда покажите нам пример, а мы с Даланом будем учиться. — По рукам! За время пути семьи Ма и Го крепко сдружились, пройдя через многие испытания. Теперь они вместе латали стены. Из-за отсутствия глины работать было трудно, приходилось полагаться лишь на хворост и солому. Любопытные соседи начали собираться вокруг. Сельские жители оказались простыми и добродушными: они заводили разговоры и тут же принимались помогать. Семья Ма Цифэна даже почувствовала себя неловко, оставшись не у дел. Ма Минъэр подумала, что неплохо было бы угостить помощников водой, но где её взять... Она помедлила, а затем подозвала Го Дапина. — Эр... Эрнян! — парень почему-то всегда краснел и смущался, стоило девушке взглянуть на него или заговорить. Он поспешно подошел. Ма Минъэр понизила голос: — Сходи, купи бамбуковую трубку воды и пару лепешек. — Но... — Люди пришли помогать, нужно хоть как-то их отблагодарить. Вода стоила два медяка за трубку, и Го Дапин не решался принять решение сам. Он посмотрел на мать и только сделал шаг, как Ма Минъэр незаметно сунула ему в руку четыре медяка. От случайного прикосновения парень едва не выронил монеты. — Брат Дапин, только чтобы никто не заметил. Быстрее купи воду и лепешки! — Хорошо! — он вздрогнул от её серьезного шепота и, помедлив мгновение, бросился в сторону городка. Время шло к вечеру. Ма Цигуан, так и не сумев пробиться сквозь очередь местных жителей, вернулся злой и подавленный. Он думал про себя: «Будь мы в Столице, я бы мигом пригнал людей и захватил этот колодец, не оставив ни капли этим простолюдинам». Ямэнь городка Юньшуй был крошечным — всего пять комнат. В трех передних велись дела, а две задние служили архивом и местом для обеда и отдыха чиновников. Сейчас их заняла семья Ма, пока мелкие служащие разошлись по домам. Комнату отдыха разделили на три части, распределив их строго по старшинству и происхождению. Сразу видно — важные господа из Столицы. Даже в таком упадке они не забывали о правилах и чинах. В маленьком заднем дворе ямэня семья Ма вела «размеренную» жизнь. Когда стемнело, старая госпожа Ма вздохнула, вышла на порог и позвала, глядя под навес: — Хуа-ши... — Госпожа... — услышав зов, Ма Хуа-ши поспешно вскочила с каменной скамьи и подбежала к хозяйке дома. — Давно Пятый ушел? — В полдень ушел. — Почему до сих пор не вернулся? — Я сейчас же схожу посмотрю. — Ступай. Ма Хуа-ши думала, что старая госпожа отправит слуг, но пришлось идти самой. Будучи наложницей, она чувствовала себя изможденной и голодной, и ей совсем не хотелось никуда идти, но перечить она не смела. Собравшись с силами, она вышла за ворота ямэня на поиски сына. «Есть же слуги, почему мой сын должен таскать воду?» — ворчала она на ходу, полная негодования.