— Я – лейтенант Судзуки Ю из службы безопасности, отдел контрразведки.
— Синдзи-кун, не нервничай. Это обычный плановый опрос.
В комнате, украшенной огромной эмблемой NERV, суровый мужчина средних лет предъявил удостоверение. Синдзи, сидевший напротив, с интересом изучал обстановку.
Приглашение «на чай» было предсказуемым. Слепых здесь не было: разница между прежним Синдзи и нынешним была слишком велика – словно в тело вселился дух мщения.
Самым разумным было бы затаиться, но Астартес не умеют притворяться. Его разум был переполнен воспоминаниями о вечной войне – глупо было ожидать от него поведения обычного школьника вроде Тодзи.
Но он не волновался. Пилоты – ценнейший ресурс, их не спишут в утиль. К тому же, если те, кто дергает за ниточки из тени, не проявят себя, он никогда не сможет их выкорчевать.
— Где Мисато-сан? Она мой непосредственный командир. С чего бы контрразведке проводить допрос?
Агенты переглянулись. Пацан явно был не промах. Обычный ребенок при таком раскладе уже бы наложил в штаны, но для Астартес допросы Инквизиции были делом привычным и куда более суровым.
— Она возглавляет оперативный отдел и отвечает только за боевое применение Ев, — Судзуки Ю покачал головой и выдавил подобие улыбки. — Мы зададим пару простых вопросов. Отвечай честно, это ради твоей же безопасности.
— Приступайте.
— Хорошо. Вопрос первый: в двух последних столкновениях техсектор не смог собрать данные о синхронизации и прочие параметры. Это связано с твоими действиями?
— Никак нет, — бесстрастно ответил Синдзи.
— Говори правду. Видишь устройства на потолке? Это аппаратура отдела психологии совместимости, она считывает твои энцефалограммы.
Синдзи давно заметил эти примитивные приборы. Смехотворно думать, что технологии смертных могут просканировать разум псайкера.
— Никак нет, — повторил он. Судзуки Ю покосился на монитор – сигнал был идеально ровным.
— Ладно. — В контрразведке и сами не верили, что это дело рук Синдзи. По проекту пилот физически не мог отключить мониторинг.
— Вопрос второй: какую подготовку проводил с тобой твой отец, Командующий Икари? Почему ты управлял Первой моделью так профессионально с первой же секунды?
Синдзи прищурился. Вопрос был с подвохом – похоже, копали под Гэндо.
«Значит, они не его люди?»
Он внезапно осознал, что Гэндо Икари не обладает абсолютной властью в NERV. Логично: подчиненные не стали бы искать компромат на босса по своей воле.
— Разве это имеет значение? Чем я сильнее, тем выше шансы уничтожить ксеносов. Моя предыстория не важна, важна лишь победа над врагом, — Синдзи намеренно ответил вопросом на вопрос, и в его словах была железная логика.
Астартес не умели играть роли, как ассасины Официо Ассасинорум. Ему не нужно было ничего скрывать. Пока он сокрушает Ангелов, никого не должно волновать, кто выковал этот клинок и насколько странный у него характер. Мисато Кацураги, например, было плевать.
— Просто отвечай на вопрос.
— Он к этому не причастен. Это моя собственная сила.
Агенты снова уставились в монитор. Идеально спокойные волны мозга заставили их переглянуться в недоумении.
«Невозможно. Пацан ведет себя как ветеран сотен сражений. Такое не дается муштрой, такое закаляется в крови и плоти».
Гэндо сам не мог объяснить, что произошло, а наверху считали, что разведка куплена и подает лживые рапорты. SEELE была убеждена: Икари-младший прошел через бесчеловечные тренировки.
Клинок был чертовски остр, но SEELE волновало лишь одно: что на уме у того, кто его точил. Сценарий был написан, и никто не имел права менять в нём ни буквы.
— Говори правду.
— Это и есть правда. Я впервые взошел на борт Священного Дредноута в тот день. До этого я не видел Гэндо Икари несколько лет.
— Но такая сноровка не берется из ниоткуда. Даже гению нужен опыт. — Один из агентов грохнул кулаком по столу, переходя в атаку:
— Синдзи-кун, наша организация должна быть чистой! Мы не хотим получить нож в спину во время битвы с Ангелом!
Синдзи посмотрел на него. Его ледяной взгляд заставил агента невольно отшатнуться. — Это факт. Гэндо Икари не обладает ни статью, ни мудростью, чтобы выковать столь совершенное оружие, как я.
— Тогда кто тебя обучил? Этот твой «Император»?
— Безусловно. Всё сущее – лишь наставление Его, — серьезно ответил Синдзи.
Агенты едва сдержали смех. Разведка уже всё проверила: в мире не существовало религии, поклоняющейся «Императору», а Икари Синдзи никогда не покидал Токио-2. Версия о том, что силу ему даровали сами Ангелы, и то звучала бы правдоподобнее.
«Типичный случай запущенного тюнибё», – решили они. Но вопрос оставался открытым: что превратило четырнадцатилетнего мальчишку в это существо?
Ни контрразведка, ни спецнадзор ничего не добились. Синдзи разрешили уйти, предупредив о возможных новых встречах.
Судзуки Ю собрал документы и с головной болью толкнул дверь в соседнюю комнату. Там, за зеркалом Гезелла, весь процесс наблюдал другой человек.
Мужчина в черном костюме в полоску, с золотистыми волосами и мягким выражением лица, стоял там, потирая длинный шрам на шее.
— Господин министр Марк, вот все записи. Дела плохи – с таким отчетом нас по головке не погладят, — Судзуки Ю с раздражением швырнул папку на стол. Он и сам не верил в написанное.
«Сила не от тренировок, а от наставлений какого-то Императора. Кто это? Где мне его ловить?»
Чушь собачья.
— А какова твоя версия правды? — Марк мягко взял записи, изучая их с явным интересом. Теперь вся служба безопасности была под его началом.
— Гэндо Икари тайно переманил наблюдателей, подавал ложные сводки, создал секретный объект и каким-то образом натаскал мальчишку. Возможно, даже тайно отправлял его в горячие точки. Но я не понимаю – зачем такая секретность?
— Именно это Наверху и хотят выяснить, — Марк оскалился. Икари Синдзи был слишком силен. Невозможно так управлять Евой в первый раз. У него должен был быть симулятор.
Если кто-то и мог тренировать его в тайне, то только Гэндо.
Но зачем? Если он подготовил одного, может ли он подготовить армию? Какова его истинная цель?
— Оставлять NERV полностью в его руках – опасная затея. Раз Синдзи-кун не хочет говорить правду добровольно, придется прибегнуть к более решительным мерам.
Марк бросил записи на стол. Бумаги разлетелись веером, словно снежинки.
— Будущее человечества должны продвигать лишь те, чья верность абсолютна.
Выйдя из комнаты, Синдзи не придал значения произошедшему. Он лишь постепенно осознавал, что невольно «подставил» Гэндо Икари.
«Лояльность не бывает частичной. Неполная верность – это уже предательство».
Ему, пришедшему из мира 40-го тысячелетия, было что сказать о верности. Безумцы из Инквизиции выискивали ересь там, где её не было – на их фоне эти агенты выглядели наивными новичками.
«Впрочем, это подтверждает мою догадку. За спиной Гэндо стоит кто-то ещё, и это не ООН».
Его лицо стало предельно серьезным. NERV был структурой ООН, а Синдзи прекрасно знал, насколько неповоротливы бюрократы человечества. Они не смогли бы так быстро начать копать под Командующего.
Тогда возникает вопрос: почему они сомневаются в его верности? Даже если он вырастил меня – разве это не высшее доказательство преданности делу?
Разве что… их цель – не просто победа над Ангелами.
Глаза Синдзи сузились. Он уничтожил немало законспирированных культов Хаоса, но расследования никогда не были сильной стороной Астартес.
Впрочем, точка входа найдена.
За свою безопасность он не переживал. Одолев двух Ксеносов, он частично восстановил псайкерский резерв. Сокрушить целую армию сейчас было бы трудно, но перебить пару десятков смертных – не сложнее, чем зарезать курицу.
Свернув за угол, он увидел ждущую его Мисато Кацураги. Заметив Синдзи, она поднялась, выглядя виноватой.
— Прости, Синдзи, меня не предупредили. У этих людей очень высокие полномочия. — Мисато действительно чувствовала стыд, считая, что не смогла защитить его.
Заставлять подростка сражаться с Ангелами и так достаточно жестоко, а тут его еще и втянули в грызню взрослых.
— Неважно. Я давно ждал, когда они придут за мной. — Синдзи махнул рукой и вошел в лифт вместе с Мисато. Глядя на мелькающие цифры этажей, он внезапно спросил:
— Мисс Мисато, вам тоже любопытно узнать о моем прошлом?
— Конечно! Ты же весь состоишь из загадок. Досье, которое предоставил отдел разведки – это просто какой-то анекдот. — При упоминании об этом Мисато так и подмывало выругаться.
Слабый и бессильный аутичный подросток?
Трус без друзей, умеющий только убегать?
Обычный школьник, в чьей жизни не было ничего примечательного?
Да ладно вам, это же описание полной противоположности того, кто стоит передо мной!
— Впрочем, это не так уж важно. Даже если ты восставший из могилы призрак, пока ты побеждаешь Ангелов – мне плевать на твои секреты. — Мисато фыркнула. Она озвучила мысли большинства сотрудников NERV.
NERV существовал ради борьбы с Ангелами и спасения человечества от катастрофы. Будь Икари Синдзи хоть обросшим шерстью павианом, лишь бы он мог сокрушать пришельцев.
— Но для некоторых это имеет значение.
Голос Синдзи был тихим, но Мисато услышала его. Ее веко дернулось, а мысли спутались. Она не была дурой и, прослужив в NERV столько времени, давно заметила странности.
Самое простое: выделение средств на восстановление города. Каждый раз ООН ворчит и жалуется, но деньги всё равно приходят вовремя.
Кто эти «некоторые»? Чего они хотят? Как же всё сложно… Почему нельзя просто объединиться, победить Ангелов, чтобы человечество жило дальше? Почему такое простое дело превращается в запутанные интриги?
Мисато Кацураги была на грани того, чтобы вцепиться себе в волосы, но тут лифт звякнул. Она мгновенно вернула лицу невозмутимое выражение, но когда двери открылись, ее маска снова дала трещину.
У входа стояла Аянами Рэй. Она тоже с некоторым замешательством посмотрела на двоих в лифте, затем подсознательно шагнула внутрь, встала к ним спиной и поджала губы.
Ей тоже хотелось что-то сказать, но она не знала, с чего начать, и не понимала, стоит ли вообще открывать рот.
Видя терзания Мисато и нерешительность Аянами Рэй, Синдзи выпрямился, словно по стойке смирно, и спокойно перевел взгляд на закрывающиеся двери лифта.
— Не нужно сомнений. Не нужно колебаний. И не нужно лишних раздумий.
Мужчина смотрел строго перед собой. Его голос был негромким, но твердым, как сталь.
— Ибо я решу все проблемы.
Обновлено: 15.02.2026