Глава 67 — Глава 067. Хранительница Сокровищницы (1)

Глава 067. Хранительница Сокровищницы (1)   — Я ожидала чего-то подобного с того самого момента, как в Поместье Драгоценностей всё перевернулось вверх дном… Даже в Подземном Городе, чей сферический купол скрывал множество потайных мест, это убежище, предоставленное Нару через каналы Гильдии, казалось особенно мрачным и уединённым. Тёмная эльфийка-горничная заговорила, не меняя привычного бесстрастного выражения лица: — Вы так самоуверенно заявляли, что обернётесь вмиг. Почему же вернулись в виде Кроулера, которого только что выплюнул из пасти монстр? — «В виде»? По-твоему, это достойные слова для того, кто только что пережил столько трудностей? — Извольте говорить так только тогда, когда станете выглядеть хоть немного лучше бродяги, — ледяным тоном отрезала Парша. Внешний вид Диона действительно оставлял желать лучшего. Окровавленная одежда, на которой живого места не осталось, и ещё более истерзанное тело – он походил скорее на солдата, только что выбравшегося из самой гущи сражения. Будь то как телохранитель или как горничная, Парша не могла промолчать. Тем более что юный господин отправился ни много ни мало – грабить спальню собственной невесты. — Понимаешь, случилось нечто совершенно непредвиденное… — О «непредвиденном» я могу судить уже по одному твоему виду в платье горничной, — Парша перевела взгляд на Нару. — Э-это не то, что я хотел! Просто обстоятельства заставили… — начал было оправдываться Болтун. — Можешь не продолжать. Парша ещё мгновение с плохо скрываемым презрением созерцала Нару, у которого не нашлось времени сменить наряд, и израненного Диона. Затем её взгляд переместился на предмет в руках господина. — Значит, это и есть та самая вещь? — Она самая. — Пробраться в спальню невесты, чтобы выкрасть подобный хлам… право, у меня на глаза наворачиваются слёзы. — Хм, на первый взгляд она и впрямь выглядит неважно. Старая, покрытая слоем ржавчины лампа. Язык не поворачивался назвать её даже антиквариатом. Вещица годами собирала пыль на задворках чёрного рынка, не привлекая ни единого взора, пока через руки Элизабет не добралась наконец до Диона. Юноша невольно усмехнулся. Парша, обладавшая отменным вкусом личной горничной Анлайтов, не сумела разглядеть истинную ценность предмета, но причина его улыбки крылась в ином. Диона захлестнули воспоминания. В своей второй итерации он и сам испытал горькое разочарование, впервые завидев этот артефакт. В ту пору Дион был совсем другим. «М-да, юным я тогда был и глупым». Именно так. Дион впервые посетил Подземный Город совершенно беспомощным и неопытным юнцом. Семья изгнала его за неспособность пробудиться, и вскоре он угодил в лапы работорговцев. Даже сумев сбежать и пробудить свою силу, Дион остался без гроша в кармане, что заставило его искать приюта в вонючей канализации. Скитаясь в одиночестве по Лабиринтам 1-го уровня, он перебивался случайными заработками, собирал крохотные магические камни и утолял голод жареным мясом монстров. Те дни едва ли можно назвать лёгкими, однако они таили в себе особую прелесть. Свобода от семейных уз приносила истинное удовлетворение, сглаживая любые тяготы. Впрочем, Дион не питал особой ностальгии. Не случись тогда тех двух судьбоносных встреч – и он просто сгинул бы в этом городе или столкнулся с участью куда более жуткой. — Не спеши разочаровываться. Эта вещь куда удивительнее, чем кажется на первый взгляд. Дион довольно улыбнулся. Эта лампа наряду с «Голосом» стала одним из двух столпов, на которых зиждилось его восхождение во второй итерации. Именно благодаря ей он, будучи рядовым Пробуждённым, смог выжить в схватках с Высокоуровневыми Пробуждёнными. Это сокровище ценнее любого артефакта Пяти Столиц. «—Эта лампа – наследие Короля Подземелий, чьё имя в эпоху Древнего Королевства заставляло весь мир дрожать от ужаса». Дион многозначительно посмотрел на старую лампу, в которой томился его первый подчинённый. Парша же окинула его подозрительным взглядом, словно смотрела на ребёнка, у которого внезапно начался переходный возраст. — …И кто такой этот Король Подземелий? — Есть такой персонаж. — … — В общем, Парша, принеси-ка мне немного масла. Тёмная эльфийка не понимала связи, но спрашивать не стала. Она лишь с привычным бесстрастием исполнила приказ, решив, что Дион снова взялся за свои странности.   * * *   Спустя некоторое время. Дион поставил лампу в центре убежища. Залил масло, зажёг фитиль. Затем он слегка надрезал кончик пальца и протянул руку вперёд. Алая капля скользнула по коже и упала в ровное пламя лампы. Вспых! Начались перемены. Пламя, поглотившее кровь, стало стремительно раздуваться. По законам природы свет должен становится ярче, но 【Лампада Короля Подземелий】 работала иначе. Чем больше становилось пламя, тем глубже и гуще ложились тени, словно огонь пожирал сам свет вокруг себя. Когда разросшаяся тень полностью накрыла часть пола… Шурх. — Э-э? — !.. Болтун изумлённо ахнул, а Парша крепче сжала свои стальные перчатки. Тень на полу заколыхалась, подобно водной глади, и из этой черноты начал медленно подниматься чей-то силуэт. Цепи на шее и запястьях. Чёрный замок, висящий на груди. Пурпурные волосы, каскадом спускающиеся до самого пола. И вызывающе откровенный наряд. Девушка, возникшая из тьмы, окутывала пространство вокруг себя аурой невыразимой странности. Она опустилась на колени и склонила голову в глубоком, исполненном почтения поклоне. — Я ждала. Голос прозвучал тихо, подобно шёпоту, однако проникал в самое сознание отчётливее любого крика. — Уповала и ждала. С трепетом высматривала я день, когда явится преемник воли господина моего. Таинственный голос продолжал литься, заполняя собой комнату: — Долгие годы томилась я в неведении, страшась остаться погребённой навеки. Сердце моё сковывали страх, отчаяние и разочарование. Но речённое некогда свершилось. Молю, простите неразумную деву, чья вера пошатнулась. Добро пожаловать, господин мой. Смиренная хранительница сокровищницы приветствует наследника великого… Девушка, чей слог отличался излишней старомодностью и вежливостью, осеклась, едва успев вскинуть голову. Она окинула взглядом комнату. Посмотрела на Болтуна с ошарашенным лицом, перевела взор на бесстрастную тёмную эльфийку и, наконец, уставилась на широко улыбающегося Диона, чей вид – окровавленный и израненный – вызывал лишь жалость. Девушка вскинула брови и выдала: — Что это ещё за дохляк, а?   * * *   После того как Лабиринт поглотил мир, пожрав солнце, луну и даже звёзды, единственным источником света в Пяти Столицах стали магические камни. Жизнь в этом мире подчинилась течению маны: часы её яркого сияния прозвали днём, а время угасания – ночью. Именно в таком ритме Кроулеры бороздили бесконечные коридоры Лабиринтов… Однако везде находились исключения. В некоторых городах и подземельях до сих пор теплились остатки небесного сияния. Одним из таких мест по праву считался Город Убывающей Луны – обитель ночных рас, вечно дрейфующая под светом призрачного полумесяца. В самом сердце этого города, среди величественных строений, возвышался роскошный особняк. Здесь, в сокровенных покоях Дома Кровавой Ночи Блад, юная особа сосредоточенно изучала расходные книги. Скрип-скрип. Строгий чёрный мундир безупречно облегал её фигуру. Образ венчали кроваво-красные глаза и синие волосы, напоминавшие своей чистотой прозрачный хрусталь. Девушка не ослепляла броской красотой, однако само её присутствие источало природное благородство, свойственное одинокой розе. Каждое её движение дышало несвойственным юности спокойствием и уверенностью. Её рука, мерно выводящая цифры и пометки в журнале, замерла лишь тогда, когда снизу донеслась едва уловимая вибрация. У-у-унг. Тихая, едва заметная, но отчётливая пульсация. Почувствовав её, девушка отложила перо. Она открыла ящик стола, достала магический кристалл и положила его перед собой. — Докладывайте. […«Волки» полностью истреблены.] — Какова судьба добычи? [Она выжила. Однако «свет» совершенно точно нанёс ей серьёзный урон.] — Вот как. Девушка кивнула, словно подтверждая собственные мысли. Она раскрыла журнал и хладнокровно вычеркнула «Волков» из списка. Пусть всё шло по плану, следовало убедиться, что выплачивать остаток долга больше некому. — Имеются ли иные примечательные обстоятельства? [Да.] — …Какие именно? [В дело вмешался посторонний.] Девушка замерла. Вопрос, заданный лишь для проформы, принёс неожиданный ответ, заставив её отложить перо. Впрочем, замешательство длилось лишь мгновение. — О ком речь? [Точных данных нет… но мы предполагаем, что это Белоликий Господин.] — Белоликий Господин объявился в Подземном Городе? [Так точно. Он пришёл на помощь добыче, и благодаря его вмешательству ущерб от «света» оказался куда меньше ожидаемого.] Услышав это, девушка надолго замолчала. Она задумчиво постучала пальцами по кристаллу, прежде чем спросить: — И? [Простите?] — Цели Белоликого Господина. Его маршрут. Истинная личность. Вы выяснили хоть что-нибудь? [Это…] — Значит, нет. Впрочем, иного ожидать не приходилось. Белоликий Господин слыл загадкой даже в Искажённом Городе. То, что он внезапно возник в Подземном Городе, помог Элизе и спутал им все карты, стало вопиющей случайностью. Было бы наивно полагать, что в такой суматохе удастся разузнать о нём больше. Однако… — Знаете, кого я ненавижу больше всего? […] «—Тех, кто лишён проницательности». Пусть цветок изящен, а ночная луна величественна – всё это прах для свиньи, не способной отличить сокровище от мусора. Девушка принялась вертеть кольцо на пальце. — Обладай вы хоть каплей проницательности, вы бы вцепились в хвост Белоликому Господину мёртвой хваткой. [Я пытался, но…] — Избавьте меня от оправданий. Не хватает людей – найми. Не хватает денег – займи. Она наделила своих подчинённых достаточной властью для решения подобных задач. Конечно, за злоупотребление этой властью последовала бы кара, но неспособность воспользоваться ею в критический момент лишь доказывала их никчёмность. — Я не стану более винить вас в некомпетентности. Просто доведите до конца оставшуюся часть задания. […Вас понял.] Собеседник, прекрасно знавший её нрав, не посмел возражать. Связь оборвалась, и девушка погрузилась в раздумья. Пусть возникла непредвиденная переменная, святой реликвии должно хватить. Если не случится чуда, Элизабет не избежать исключения из списка наследников. Но… «…Если только вновь не вмешаются обстоятельства». Элизабет внезапно передумала расторгать помолвку. Затем в один миг вычистила всех шпионов в своём окружении. После – визит безумного Рена Анлайта, вынудивший усилить охрану Крепости Неспящих… Никто и представить не мог, какие убытки понесли организаторы из-за этой череды случайностей. Нынешний план удалось реализовать лишь потому, что Элизабет сама покинула стены своей цитадели. И если сейчас их постигнет неудача, следующего шанса придётся ждать очень долго. Существовал лишь один способ предотвратить провал – полностью исключить любые случайности. Разумеется, на то они и случайности, что их невозможно предугадать, но… К счастью, у неё имелось средство и против этого. Тук-тук. — Госпожа. Прибыла гостья, о которой вы договаривались. — Впустите. Раздался короткий стук, дверь распахнулась, и на пороге возникла фигура, которую трудно было назвать «почётной гостьей». — З-здравствуйте. Давно не виделись. Мертвенно-бледное лицо. Глубокие тёмные круги под глазами. Испуганный взгляд и вечно поджатые плечи. И, в довершение образа, простенькое платье горничной. Эта хрупкая девушка больше походила на прислугу, нежели на важного союзника. — Добро пожаловать. — Ч-что вы, не стоит встречать меня так торжественно. Я ведь всего лишь обычная горничная… — О нет, стоит. Девушка поднялась из-за стола, чтобы лично поприветствовать гостью. Иначе и быть не могло. Ведь именно эта служанка стала тем самым тайным звеном, позволившим загнать Элизабет в угол. «—Я не могу проявить неучтивость к представителю, доставившему нам святую реликвию. Иначе мне будет стыдно смотреть в глаза Железнокровному Безумному Демону.» Так… Кристина Блад, сестра Элизабет и главная претендентка на пост главы Дома Кровавой Ночи, заговорила с Лайлой – личной горничной Рена Анлайта.