Эпизод 145
Это была неожиданная история.
Гид, о котором говорил Эдан, казался ей совершенно незнакомым человеком.
Засыпал только с помощью алкоголя или лекарств, дрожали руки, мало говорил, крушил вещи? Лита никак не могла представить его таким сломленным, как отшельник.
Даже в детстве, когда он потерял глаз и скитался по руинам, Гид ни разу не выказал раздражения. В любой ситуации он не сдавался и не опускал руки, а всегда находил новый путь.
Внезапно вспомнились слова, которые как-то вскользь бросила Олли после их воссоединения.
— Честно говоря, я не думала, что ты выйдешь через три дня. Думала, тебя посадят под замок минимум на три месяца, а то и на всю жизнь.
— Да уж, запереть тебя было бы более нормальной реакцией… Вновь убеждаюсь, какой же он потрясающий, этот Гид Паскаль. Или нет, скорее, насколько он окончательно свихнулся?
Вспомнилось, как после выстрела в Кракена она потеряла сознание, и Гид без разговоров отвёз её во дворец наследного принца и даже запретил семье видеться с ней.
Хотя он и уладил всё, но Гид, которого она знала, никогда бы так не поступил.
Она вспомнила, что тогда её диапазон восприятия был заблокирован, так что она не могла ощущать окружающее. Вероятно, это тоже была его работа.
«Гид хотел запереть меня?»
Почему? Потому что боялся, что она снова где-нибудь умрёт?
«…Но в итоге он этого не сделал».
Он не стал мешать ей, когда она захотела вернуться домой. И после этого не проявлял таких настроений. Ничего странного, он был таким же, каким она его знала, — добрым и спокойным…
«И это всё – лишь притворство, что он в порядке».
Лилиетта, рассеянно глядя на проплывающий за окном кареты пейзаж, прикусила губу.
О чём думал Гид, пока пытался вернуться? Сколько раз он повторял тот год?
«Почему, почему он пошёл на такое…»
Его таким сделала её смерть? Всё из-за неё?
То время изменило его? И того Гида, которого она знала, больше нет?
«Неужели я не заметила, что Гид стал другим? Что всё, что он мне сейчас показывает, – это лишь притворство, что он в порядке… маска?»
Не верится.
Его образ, когда он засыпал, положив голову на её руку, его лёгкие шутки, его тихий голос, когда он говорил не об идеальном, а о лучшем, его тёплое тело, музыкальная шкатулка, «кажется, теперь понравятся», пирожные шу.
Гид Паскаль и Гидеон, которых она знала.
Странный момент был… только тогда, когда она очнулась после нападения Доппельгангера в оранжерее.
— Ты от меня что-то скрываешь, верно?
Она попыталась вспомнить выражение его лица, когда она задала этот вопрос. Было что-то труднообъяснимое.
— Если у тебя есть какие-то проблемы или переживания, скажи мне. Не мучайся в одиночку, как дурак.
— Это немного неловкая история. Расскажу позже.
— Позже когда?
— Когда я стану немного наглее?
Она прокрутила в голове разговор, который состоялся у них, когда они выходили из горящей оранжереи.
Гид, это ведь и правда означало, что ты когда-нибудь всё расскажешь? Теперь ты должен рассказать.
— Приехали, мисс. Мы у особняка «Виноградная лоза».
Голос кучера вывел её из задумчивости.
Они договорились встретиться с Гидом, который должен был сопровождать её на бал-маскарад, перед особняком «Виноградная лоза».
Лилиетта медленно подняла и надела маску. Звёзды и драгоценные камни, свисавшие с тёмно-синей маски, сверкнули, как слёзы.
* * *
Жозеф, не находя себе места, расхаживал у входа в особняк.
«Скоро должна приехать».
Лилиетта дель Ниса Раскайль.
От одного воспоминания о её маленьком белом личике, обрамлённом волнистыми светлыми волосами, по спине пробегала дрожь. Он видел много красавиц, но такой прекрасной женщины – никогда. Хотелось обладать ею до безумия. Для него, который почти никогда не получал отказа, это было непривычное чувство.
«Характер, конечно, немного… дерзкий и наглый».
Вспомнилось, как она язвительно щебетала ему, когда он, пытаясь её спасти, упал в воду.
— Существует множество способов узнать друг друга поближе, кроме как топить, а потом спасать.
Жозеф предпочёл проигнорировать свою уловку и сосредоточился только на том, что собирался её спасти. Удобный способ мышления.
«Я ведь и правда хотел её спасти. А она так оскорбила мои искренние чувства».
Поэтому, вспоминая тот момент, он чувствовал стыд и обиду, и в нём закипала злость.
«Но с таким лицом можно и потерпеть».
Его отец, великий герцог Теренс дель Напароа Адикель, который в целом не одобрял его поступков, был доволен тем, что он ухаживает за принцесса Раскайль.
— Лилиетта Раскайль, говоришь… Она, безусловно, товар высшего сорта, в отличие от тех никчёмных девиц, с которыми ты обычно связываешься. Попробуй-ка заполучить её.
— Говорят, она отлично стреляет… так что будь осторожен. Когда она станет твоей, это тоже будет своего рода преимуществом.
— Соблазнять женщин – это ведь твой конёк, не так ли? Эта леди и есть Раскайль. Не дай наследному принцу отобрать у тебя Раскайлей.
Слова отца крутились у него в голове. Женщины легко поддавались Жозефу не из-за каких-то особых техник, а благодаря его статусу великого герцога и приятной внешности. В какой-то степени он это понимал, но не особо заморачивался. В конце концов, он нравился женщинам – это факт, так какая разница?
Конечно, на Лилиетту ни статус, ни внешность особо не действовали, но, к сожалению, великий герцог этого не знал.
«Судя по тому, как мило она вела себя на Дне Основания, она, видимо, с опозданием осознала, что в свете нет жениха лучше меня. Потому и платок дала, верно?»
Жозеф с самодовольным чувством погладил платок Лилиетты, аккуратно сложенный во внутреннем кармане пиджака. Воспоминание о том, как все вокруг умирали от зависти, когда она протянула ему этот платок, приятно тешило его самолюбие. Красавица века, любимая младшая дочь герцогской семьи. Воистину, трофей, которого жаждут и которому завидуют все. От этого ещё больше хотелось им обладать.
«Тогда, к несчастью, я уснул, пока смотрел на тот скучный турнир по стрельбе, и ничего больше не успел сделать. На этой вечеринке нужно немного продвинуться. А если получится сделать всё свершившимся фактом, будет ещё лучше…»
В мыслях Жозефа их отношения развивались просто превосходно. Он намеренно назвал ей неправильное время начала вечеринки, чуть раньше, чем на самом деле. Чтобы провести время вдвоём до прихода остальных гостей и избежать неловкости, если она придёт с кем-то ещё, и он не узнает её в маске.
«Кстати, пора бы уже… о, приехала!»
Карета с гербом семьи Раскайль, на котором были изображены аметист, пшеничные колосья и ирис, подъехала к главным воротам особняка «Виноградная лоза». Было странно, что карета остановилась снаружи, а не въехала в сад, но он решил, что для бала-маскарада это вполне допустимо. Может, она не хотела, чтобы видели, как она выходит из кареты с семейным гербом. Или и впрямь собиралась воспользоваться случаем, чтобы скрыть свою личность и как следует повеселиться. С виду она казалась феей, питающейся одной росой, но кто знает, чем она занималась, пока пропадала.
«Ну, умение веселиться – это не так уж и плохо…»
Ухмылявшийся Жозеф, увидев выходящую из кареты Лилиетту, потерял дар речи. Тёмно-синее платье и маска, похожая на ночное небо, до мурашек идеально сочетались с её сияющими светлыми волосами и белоснежной кожей.
«Она что, и правда фея? Это вообще человек?»
Она, словно кого-то ища, огляделась у главных ворот.
«Меня ищет!»
Жозеф, в полном восторге, поспешно выбежал за ворота.
— О, принцесса Раскайль! Сегодня вы прекраснее, чем усыпанное звёздами небо!
Увидев его, её красивые губы под полумаской едва заметно дрогнули. «Похоже, смущается и рада меня видеть», — решил Жозеф и уверенно улыбнулся.
* * *
«Какого чёрта этот тип выскочил сюда».
Лита, все мысли которой были сосредоточены на скорой встрече с Гидом, при виде физиономии Жозефа тут же ощутила приступ раздражения. Но поскольку у неё была цель на этой вечеринке, она сдержала рвущиеся наружу слова «проваливай» и вежливо поздоровалась:
— Давно не виделись, великий герцог.
— О, неужели вы так сильно по мне скучали? Ах, я снова согрешил! Заставил такую прекрасную даму томиться в ожидании!
Каким образом нужно было истолковать дежурную фразу, чтобы выдать такой ответ? Лита собиралась было поблагодарить его за приглашение, но передумала. Из страха, какой бред она услышит в ответ, ей стало плевать на всякие приличия.
Она просто молча, с милой улыбкой, слегка кивнула.
Это был способ общения с великим герцогом, который Оливия придумала во время разработки операции «Актёр». Она уверяла, что с нынешней внешностью Литы этого будет достаточно, чтобы большинство проблем решались сами собой. И действительно, стоило ей улыбнуться, как Жозеф, в полном восторге, затараторил без умолку:
— До начала вечеринки ещё есть немного времени. Не окажете ли вы мне честь прогуляться со мной по саду? Виноград ещё не созрел, но множество других цветов и плодов застенчиво ждут. Конечно, ни один цветок не сравнится с вами!
Лилиетта украдкой огляделась. Никого, похожего на Гида, и других карет не было видно. Похоже, он ещё не приехал.
«Всё равно нужно ждать. Может, удастся что-нибудь выудить из его бессмысленной болтовни».
С той же нарисованной улыбкой на лице она едва заметно кивнула. Жозеф, обрадовавшись, повёл её в сад.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
Обновлено: 07.04.2026