Хотя Цзиньчжоу и называли «угольной столицей», но даже в таком богатом ресурсами городе угольная крошка не могла валяться на каждом шагу. Тем более что некоторые из пропавших исчезли на автобусных остановках в черте города, в местах, которые регулярно убирали. Это ведь не подъездные пути к шахтам, откуда здесь взяться углю?
Чтобы понять, что происходит на самом деле, нужно было выехать на место и все проверить. В душе Цяо Даняня тоже зародилось сомнение, хотя версия Чэнь Ц
инфэна и казалась ему притянутой за уши. Он разделил своих людей на группы, и они разъехались по городу, чтобы повторно осмотреть места исчезновений.
Прошло уже много времени, и найти что-то ценное было почти невозможно. Но открытие Чэнь Цинфэна было хоть какой-то зацепкой.
А тот, тем временем, мысленно продолжал составлять портрет преступника.
Раз убийца так легко входил в контакт со взрослыми мужчинами, значит, он действовал не в первый раз. Но для чего ему понадобились эти люди? Этот вопрос не давал Чэнь Цинфэну покоя.
Первопричиной многих преступлений было сексуальное влечение. В мире было немало людей с… особыми наклонностями. Одним нравились мужчины, другим — женщины. Но в восьмидесятые годы такие рассуждения были неслыханной дерзостью. Впрочем, в истории Китая хватало примеров мужской любви. Самый известный — история о Лунъяне, фаворите императора, который, будучи мужчиной, пользовался его благосклонностью наравне с наложницами.
Чэнь Цинфэн не знал, как объяснить все это Цяо Даняню. Для этого пришлось бы углубляться в психологию Фрейда, говорить об оральной и анальной стадиях, об эдиповом комплексе и прочих вещах, которые в ту эпоху сочли бы извращением. В будущем об этом будут писать в каждой популярной книге по психологии. Но сейчас, когда страна только начала приходить в себя после потрясений, а статья за «распущенность» была одной из самых суровых в уголовном кодексе, такие теории были опасны.
Чэнь Цинфэн не хотел рисковать. Расследование — расследованием, но подставлять себя он не собирался. Поэтому он решил пока держать свои догадки при себе.
Если есть следы — нужно начинать с них. А что касается черных камешков, то их происхождение тоже можно было попытаться выяснить. Как говорится, сто раз осмотри место преступления — и убийца сам себя выдаст.
Самым свежим было дело об исчезновении шахтера Ци Сунняня. Как именно он пропал? Чэнь Цинфэн решил проанализировать все заново.
— Не могли бы вы отвезти меня на автобусную остановку у жилого городка Цзиньчжоуской шахты? — обратился он к дежурному в кабинете. — Я хочу лично там все осмотреть.
— Уже поздно. Наверное, только ночной рейс остался, — равнодушно бросил тот.
Было ясно, что его не воспринимают всерьез. Да и чего ожидать? Все здесь — сотрудники милиции, кто кому уступит? Чэнь Цинфэн криво усмехнулся. Уточнив номер нужного автобуса, он решил поехать сам.
Когда он вышел из управления, на улице было уже пустынно. Так всегда бывало в северных городах зимой: с наступлением холодов улицы вымирали, даже мелкая торговля затухала. А на юге в это время жизнь только начиналась: люди выходили перекусить, выпить, скоротать скучный вечер. Экономическое процветание юга в восьмидесятые во многом было обязано этой «ночной экономике». Там умели делать деньги даже ночью. А на севере зимой, если у тебя нет магазина на оживленной улице, с лотка ничего не продашь.
Чэнь Цинфэн дошел до остановки рядом с управлением и по памяти нашел нужный маршрут — 835-й. На табличке действительно был указан жилой городок Цзиньчжоуской шахты. Вскоре подошел автобус.
Чэнь Цинфэн вошел в салон. Кондукторша тут же громко поторопила его с покупкой билета. Он сел на свободное место рядом с ней.
— Товарищ, один билет, пожалуйста.
— Билет держите! Двери закрываются, садитесь скорее, чтобы не упасть!
В автобусе было всего несколько пассажиров. В будущем кондукторы исчезнут как класс, и оплата будет производиться через автомат. Но сейчас, глядя на молодую девушку-кондуктора, Чэнь Цинфэн думал, что с живым человеком в салоне как-то веселее. Кондуктор не только продавал билеты, но и объявлял остановки, помогал пассажирам с багажом, просил водителя подождать.
Чэнь Цинфэн, которому все это было в новинку, заговорил с ней:
— Товарищ, я не местный. Скажите, по пути есть где-нибудь поесть?
— Поесть? Эх, милок, опоздал ты. Все закусочные в городе остались, а мы в жилой городок едем!
— Работа у вас, наверное, тяжелая?
— Тяжелая! И не только тяжелая, но и хлопотная!
— Хлопотная?
— А то! На днях у ворот жилого городка один старик с углем не справился с тележкой и врезался в наш автобус.
— И что?
— А то! Хорошо, парень один молодой вышел, фару нам починил! А крестьян этих, что в город приезжают, жалко. Старик тот с перепугу на колени перед автобусом бухнулся.
— А вы, я смотрю, сочувствуете им. Знаете, в некоторых городах таких «бродягами» называют.
— Терпеть не могу, когда их так называют! Да лет тридцать-сорок назад у всех корни в деревне были. Я вот недавно по делам в Тяньцзинь ездила, так там люди — злющие! Нас «деревенщиной» называют. Спросишь дорогу — нарочно в другую сторону пошлют!
— Народ злой пошел! А тот старик с углем и парень, что ему помог, — они родственники?
— Нет, что вы! Парень тот — рабочий с Цзиньчжоуской шахты. Даже телефон рабочий оставил, сказал, что на днях домой уезжает, если с фарой что не так, можно будет ему позвонить, как вернется.
— Вот как! А имя того парня не помните?
— Ой, сейчас… Мастер Ли, как звали того парня? — крикнула она водителю.
— Фамилия, помню, Ци. Из третьего забоя, кажется.
— Ци Суннянь? — уточнил Чэнь Цинфэн.
— Точно! Кажется, так его и звали!
— Товарищ кондуктор, а еще вопрос: как выглядел тот старик, что на колени упал? Какого он был роста?
— Да метр с кепкой, может, метр шестьдесят. Щуплый такой старикашка, хромой. Если бы не инвалидность, может, и удержал бы тележку. Угля на нее слишком много навьючил…
Чэнь Цинфэна словно током ударило. Не было бы счастья, да несчастье помогло!
В это же время в управление вернулся Цяо Данянь.
— А где Чэнь? — спросил он с порога.
— А этот! Не знаю, что на него нашло, — ответил дежурный. — Посреди ночи уперся: «Хочу в жилой городок шахты». Я его не повез, так он сам уехал!
— Да как ты мог, он же гость!
Не успел Цяо договорить, как зазвонил телефон. Он снял трубку. В ней послышался женский голос.
— Здравствуйте, могу я поговорить с товарищем Чэнь Цинфэном? Говорит Син Айна из экспертно-криминалистического отдела Управления общественной безопасности города Гучэн.
— Товарища Чэнь Цинфэна нет на месте. Что-то случилось?
— Вы, должно быть, товарищ Цяо? Передайте ему, пожалуйста, что результаты экспертизы готовы. Группа крови — третья.
Обновлено: 22.01.2026