Воздух застыл в хрупкой тишине, которую лишь изредка тревожил ветер. Где-то вдалеке слышались обрывки голосов и бессвязный топот — звуки людей, спешащих к тому, что осталось от поля боя.
Однако Соль уже более ничего не слышал.
Его тело, словно безжизненная кукла, распласталось на сырой каменной плитке — ещё хранившей тепло, но в целом по-зимнему холодной. Руки раскинулись в стороны, а струйки крови медленно стекали по ним, смешиваясь с сыростью земли.
Свет далёкой луны играл в его тёмных волосах, а сознание погрузилось в глубокий сон, которому было суждено продлиться не один день. Таковой была цена за силу, способную уничтожить демона.
***
Приятный домашний треск факелов разносился по комнате, а их тёплый свет мешал сладкому сну, скрытому за плотно закрытыми веками. Губы парня чуть подрагивали, словно в попытке что-то сказать.
— Софья... — пронзил шёпот комнату.
Глаза резко распахнулись, будто от кошмара, и взору предстала знакомая комната: незаправленная постель, ведро в углу и привычная серая мгла за окном, оттенённая уютом комнаты.
«Я... Я снова здесь? — сквозь туман в голове подумал Соль, пытаясь пошевелить рукой. — Удивительно... Ханджел погиб, используя эту технику, а я смог выжить, но...»
— Какой ценой? — продолжил он свои мысли вслух.
Попытка пошевелить рукой обернулась неудачей — он не чувствовал ничего ниже плеча. На мгновение ему даже показалось, что руку ампутировали, но взгляд, скользнувший вниз, развеял это опасение.
Его глаза упали на забинтованную руку, покоившуюся на одеяле. Вид пропитанных кровью бинтов сначала заставил его похолодеть, но сама рука была на месте. Из груди сам собой вырвался тихий, прерывистый выдох — признак облегчения.
— Видимо, ценой своего тела, — в его голосе прозвучала горечь. — Ха... Главное, что я превзошёл Ханджела и выжил!
И тут в его взгляд наконец-то попала новая интересная деталь его комнаты.
На полу около кровати теснился целый склад пустых склянок. На их дне застыли мелкие алые капли, безмолвно свидетельствовавшие о содержимом. При виде этого на лице Соли расплылась слабая улыбка.
«Столько зелий и денег потратили на меня одного, — мысленно усмехнулся он. — Забавно... Хотя на душе такая неописуемая смесь чувств — тепло и вина».
Скрип двери заставил его рефлекторно закрыть глаза и притвориться спящим.
Мужские шаги, чёткие и размеренные, отчётливо прозвучали в комнате, заглушая потрескивание факелов. Неизвестный склонился над Солью, и его молчаливый взгляд принялся изучать состояние лежащего.
— Соль... Прости меня, — голос был знаком парню; это был Дорен. — Мне стоило быть осмотрительнее...
Пальцы мужчины сжались в кулаки, а лицо исказилось от злости на самого себя. В голове же всплыли болезненные воспоминания: «Второй ученик... Уже второго я теряю...»
— Если бы я не принял тебя в ученики, то... — но он не смог договорить.
Серо-зелёные глаза Соли вновь открылись, и его сонный взгляд встретился с шокированным взглядом наставника.
— Нет, тогда бы я просто умер, — помотал головой юноша. — Именно благодаря вашим урокам и главное — Гелосу, я жив. Спасибо вам.
Дорен не мог более ничего сказать и продолжил молча смотреть на своего ученика. По его щеке скатилась одинокая слеза, что даже показалось парню немного смешным: «Неужели для него жизнь ученика — это так важно?»
Он резко провёл рукавом по глазам, стирая все следы влаги. Ему не подобало показывать такую слабость перед учеником. Но, к его сожалению, это задание уже было провалено.
— Соль, когда ты восстановишься, мы увеличим интенсивность тренировок, — в его голосе зазвучали привычные наставнические нотки. — В пять раз!
— А? — глаза парня расширились от изумления. — В пять раз?! Как же тогда ваши задания? Вы авантюристы!
— Гелос сейчас истощён, так что мы не берёмся за задания, — ухмыльнулся Дорен, предвкушая будущие тренировки. — А зелий ему влили даже меньше, чем тебе. Тут очевидно, кто слабее.
— Вообще-то это я стёр того демона своей последней атакой! — воскликнул Соль, открыто хвастаясь. — Именно через моё тело прошла вся их мана — и Эрнира, и Гелоса, и Селиона!
— Та атака?..
В воздухе повисла гробовая тишина, обрушившись на диалог с такой силой, будто парень сказал что-то запретное. Даже факелы, казалось, затаили дыхание, а сопровождавший беседу ветер резко стих, застыв в немом подслушивании.
Тень легла на лицо Дорена, пока тот погрузился в воспоминания.
— Получается, это был твой луч из чистой маны? — с неверием переспросил наставник.
— Да! Я использовал чужую ману и...
— Помимо врага, погибла целая семья, включая маленького ребёнка, — его речь веяла холодом, бросающим в страшную дрожь. — Также погибла ещё и женщина, живущая по соседству. Их дома стёрло в пыль.
«Что?..» — было единственной мыслью в голове парня.
Комок вины встал в горле Соли, а то немногое тепло, что оставалось в его душе, развеялось в мгновение ока. На его место пришёл ужасающий холод от осознания последствий своих действий.
— Я ни в коем случае не отвернусь от тебя и не считаю тебя виновным, — поспешил сказать Дорен, но голос его звучал иначе. — Напротив — это была вынужденная мера. Не вини себя за это.
— Н-но как я могу... — в голове вновь всплыл образ Десилии. — Неужели, чтобы стать сильным... чтобы защищать друзей, нужно убивать других?..
«Это тяжело принять, но такова правда этого мира, — мысленно согласился Дорен. — Мне и самому приходилось много раз убивать бандитов и других плохих людей. У них тоже, наверняка, были семьи, но... что делать, если другого выхода нет?»
Соль опустил взгляд на своё тело и его глаза намертво впились в окровавленные бинты на руках. По телу пробежали мурашки от вида крови, которая вдруг показалась ему чужой.
Только эти ощущения прошли, мысли сразу же вернулись в рефлексию.
«Если другого выхода нет, то придётся убивать, а этому я научился ещё в Архвиле... — пытался взвалить он на плечи новый груз. — Правда, тогда я убил злодея, а теперь... невинную семью? Если так, то почему мне намного легче, чем было тогда от потери Немирака?»
— Давай сменим тему, — махнул рукой Дорен, видя душевные муки собеседника. — Не зацикливайся на этом и всё будет хорошо. Тем более Гелос и Эрнир лишь благодаря тебе смогли выжить.
Соль помотал головой, чтобы отбросить плохие мысли.
— Что с ними? — заинтересовался он новой темой. — Я же выкачал всю их ману за пару мгновений. Наверное, их тела должны были сильно пострадать.
— Не знаю, что ты делал с их маной, но тела пострадали больше от заражения самой маны, — объяснил наставник. — Демон заразил какой-то «зловещей» маной изрядную часть их запасов, из-за чего пострадали кровеносная система и сердце.
Мужчина опёрся на стену, понимая, что им предстоит ещё долгий диалог. Его руки скрестились на груди, а взгляд ушёл в деревянный потолок. Губы же вновь расплылись в лёгкой ухмылке.
— Но это мелочь по сравнению с твоими ранами, — продолжил он. — Твоя правая рука была разорвана в клочья, барабанные перепонки выбиты, а нервная система серьёзно повреждена.
— И что это значит?
— Ну, мы влили в тебя десяток лечебных зелий, и ты смог очнуться только спустя три дня, — ухмылка расплылась шире по его лицу. — Спасибо тебе за это, правда. Я бы не простил себя, погибни мой ученик.
«Да уж, только последствия этого выживания оказались крайне серьёзными, — вновь поник юноша, вспоминая о жертвах своей атаки. — Впрочем, нельзя зацикливаться на этом. Я пообещал себе, что больше не буду жалким».
— И теперь это обещание исполнил, хоть и ценой чужих жизней, — слова сами вышли из его уст.
Дорен и Соль ещё долго говорили о фехтовании и техниках, которые стоит применять в бою. Их диалог также затронул опыт прошедшей битвы, позволив юному мечнику разобрать свои ошибки. И только к вечеру мужчина покинул парня, решившего вздремнуть ещё немного.
Обновлено: 20.01.2026