Посреди комнаты стоял массивный стол из потемневшего дуба, на котором лежал развёрнутый пергамент с небольшим жирным пятном в углу. Рядом, в медной чернильнице, поблёскивала чёрная жидкость, а в ней аккуратно лежало перо.
Стулья по двум сторонам выглядели по-разному: один — высокий, с резной спинкой и мягкой подушкой, обеспечивавшей своему сидельцу уют, другой — простой табурет на трёх ножках, на котором трудно было сидеть, не чувствуя нарастающей усталости.
«Спина и ягодицы отвалятся за время допроса, — попытался отшутиться сам перед собой Соль. — Ох... Ладно, главное — виновным в убийстве не оказаться».
Он шагнул вперёд и отодвинул табурет. Скрипа не последовало — лишь приглушённый шорох дерева об пол. Сидение блестело, словно его только что натёрли до блеска, но парень не придал этому внимания и устроился поудобнее.
— И вам здравствуйте, — прозвучали его сонные слова.
Перед ним, с другой стороны стола, сидел седоволосый старик, одетый в лёгкий кожаный дублет и синий плащ. Его зелёные глаза сочились опытом и с интересом осматривали юношу.
— Давно у меня не было столь молодых «преступников», — подметил старик, и в его глазах мелькнул знакомый огонёк. — Работая стражником — быстро привыкаешь к неадекватным убийцам или хитрым воришкам.
Соль промолчал, прикрывая веки. Но удар по столу тут же пробудил его.
— Не спать! — голос стражника звучал твёрдо. — Понимаю, что сейчас ночь, но я же перед тобой не засыпаю.
Недоумённое хлопанье глаз юноши стало ему немым ответом. Старик тяжело вздохнул и всё же решил приступить к своей работе.
— Назови своё полное имя, фамилию, если есть, а также род занятий и постоянное место жительства, — произнёс он, скрыв все эмоции за маской профессионализма. — Можешь обращаться ко мне — Юсут.
«Фамилии... В этом мире, как я узнал уже за почти год жизни здесь, они есть не у всех людей, — вспомнил Соль. — У некоторых просто погибают родители в первые годы жизни, из-за чего фамилия рода пропадает, а некоторые просто привыкли к прозвищам или своим именам».
— Имя — Соль, фамилии нет, временно безработный, проживаю в постоялом дворе при трактире «Совиная Нора», — слегка слукавил парень насчёт фамилии.
Старик внимательно выслушал его и приступил к переносу информации на пергамент. Рука лениво потянулась за пером, полным чернил, а затем начала водить им по пергаменту.
Минута растянулась в напряжённой тишине, где царил лишь шелест пера, выводящего буквы растекающимися чернилами.
— Как давно и при каких обстоятельствах вы познакомились с покойным Эфинисом? — продолжил старик, не отрывая пера от пергамента. — Какие у вас были отношения?
— Я возвращался в трактир сутки назад, а он... присоединился ко мне, — сделал резкую паузу Соль. — Мы разговорились о его симпатии к Делле, а затем я, сонный, ушёл в свою комнату, оставив его в зале трактира.
— И всё? Ты с ним просто с одного диалога по пути познакомился? — удивился стражник, продолжая наносить буквы на пергамент.
— Эфинис был очень приветливым и настойчивым, хотя изначально показался мне одержимым, — в голосе юноши звучала неуверенность. — Но после того как я дал понять, что Делла мне неинтересна, он стал более откровенным.
«Симпатия часто убивает...»
— Ага... Тогда расскажи мне о своей последней встрече с Эфинисом, — заинтересовался Юсут. — У него были враги? Как он выглядел в вашу последнюю встречу?
— Встретил его утром, ближе к полудню, и он был... подавленным, расстроенным, — тщательно подбирал слова парень. — Я тогда не воспринял его слова всерьёз и просто ушёл. Врагов у него, как я знаю, не было, но я не особо хорошо его знал.
— Отлично... Что именно он говорил в вашу последнюю встречу? — хмыкнул старик, почёсывая свою бороду от любопытства.
«Парень подозрителен, но не производит впечатления закоренелого убийцы, — анализировал стражник. — Впрочем, это мог быть и бытовой конфликт на почве ревности. Всё сказанное им предстоит перепроверить через опрос свидетелей».
— Он говорил, что Делла посмотрела на него как-то странно, даже испуганно, — ответил Соль после паузы. — Но я не уверен, так как не придал тогда его словам особого значения.
— Почему? Куда-то спешил?
— Да, хотел встретиться со знакомым отрядом гильдии и поучиться магии, — мгновенно ответил юноша. — Я сам хотел бы стать авантюристом, вот и обучаюсь.
— Ага... — записывал Юсут слова подозреваемого на пергамент. — Мне вот что интересно: как ты можешь снимать комнату в постоялом дворе, нигде не работая?
«Это не единственное, что меня беспокоит, но перед проверкой алиби спросим это, — мысленно насторожился он. — Сразу вспоминается одна безработная воришка, что подстраивала суицид своих жертв, якобы из-за их "чувства любви", а затем после завершения расследования обкрадывала всё их состояние».
Соль начал мяться. Его взгляд опустился к полу, и старик сразу уловил это движение, заподозрив неладное. Затем из уст парня последовали слова, которые ему самому было немного противно произносить:
— Лора. Лора Холднесс взяла меня под своё крыло на время восстановления моего, пока она ездит по делам недалеко отсюда.
— «Восстановление»? Ты был болен, и будущая святая помогла тебе? — недоумённо поднял бровь стражник. — Подробнее.
— Посттравматическое стрессовое расстройство и... суицид, — его голос дрогнул на последних словах. — Сначала я около месяца лежал в госпитале, но потом его закрыли.
Последняя фраза сопровождалась театральным разводом рук в разные стороны.
«А! Дело Рига Кралера и его коррупции! — мысленно воскликнул Юсут. — Так вот какого пациента он собирался отравить... Что ж, если это пациент Лоры, то это многое меняет, особенно зная её влияние и доброту».
— Соль, позволь тебя спросить напоследок: ты точно ничего не чувствовал к Делле? Показалась ли она тебе красивой или может быть уродливой? — начал последнюю проверку детектив. — Любое содействие следствию поможет тебе получить меньший срок или помилование.
— Я не способен испытывать романтические чувства ни к женщинам, ни к мужчинам, — уверенно заявил парень, словно сообщал о чём-то само собой разумеющемся. — Мне даже не понять, что другие в этом находят.
«О господи, какой холодный ответ, — подумал Юсут, но этот ответ и согрел его запылённое сердце. — Тут остаётся два варианта: либо он и вправду ничего не чувствовал, либо это просто мастерский блеф, но сомневаюсь, что тогда бы о нём заботилась будущая святая».
— Так... Выходит, ты пока остаёшься в списке подозреваемых, и тебе необходимо алиби, — вздохнул старик. — Без него я не имею права вычеркнуть тебя из протокола. Поэтому вот такой вопрос...
Он сделал небольшую паузу, перед тем как продолжить:
— Где ты был днём до обнаружения трупа? Кто может это подтвердить?
— В гильдии, а подтвердить это может сотрудница за стойкой регистрации и авантюрист по имени Селион, — ответ не заставил себя долго ждать.
— Превосходно. На этом допрос окончен, — стражник аккуратно положил перо в чернильницу, бегло пробежавшись глазами по исписанному листу. — Тебя отведут обратно в темницу и потом, если твои показания подтвердятся, выпустят под документ о невыезде на время следствия. Всё ясно?
— Да... Я просто хочу спать... — вяло произнёс Соль, понимая всю беду, в которую попал.
— Стража! Мы закончили! — громко крикнул Юсут, и его голос оглушительно прозвучал в маленькой комнате.
Дверь в комнату распахнулась, и в неё вошёл всё тот же стражник, что вёл парня в комнату допросов. Теперь же им предстоял путь обратно в темницу.
«Надеюсь, уже завтра я буду тренироваться на воле с отрядом Дорена и читать книги по магии... — мечтал юноша, шагая по чистому коридору. — Лишь бы так и было. Не хочу быть втянут в новую трагедию или драму».
Обновлено: 20.01.2026