Минут десять тишины повисло в камере после разговора. Старик молча обустраивал свою койку, стараясь сделать её помягче. Парень же безмолвно наблюдал за этим, продолжая обдумывать решение мести.
«Неважно, месть или защита, но факт в том, что сейчас я в тюрьме, — констатировал он. — В любом случае мне нужно извлечь из этого максимум, не погибнуть и набраться опыта. Ведь именно он — основа любой истинной силы».
Юноша прислонил пальцы к своему подбородку, уходя глубже в свои прагматичные размышления: «Но для начала хотелось бы кое-что проверить, а то не хочу снова стать марионеткой».
— Кстати, а вы-то что натворили? — его голос резко пронзил тишину, заглушив треск хилых факелов. — Я вам тут всё о себе выложил, а про вас и не спросил. Не поделитесь?
«Я ослабил бдительность и доверился сокамернику, хоть он и выглядит безобидным, — резко насторожился он. — С другой стороны, именно этот "преступник" искренне помог мне разобраться в себе. Вряд ли, его преступление такое уж серьёзное».
Мануэр вздохнул, понимая, что любопытство юноши неизбежно после такого разговора. С его губ сорвалась лёгкая усмешка, а спина откинулась на холодную каменную стену пыльной камеры.
В глазах застыла мудрость прожитых лет, которая помогла юнцу принять важное решение пару минут назад. Именно она внушила доверие, столь ценное в прогнившей тюрьме.
— Что ж, обвиняют в государственной измене, да ещё случайные дела навешивают, — пояснил Мануэр. — Чиновником был, службу нёс. Немного странным для своих лет, но полезным.
— Деньги воровали, наверное? — усмехнулся Соль. — Шучу. Сомневаюсь, что из-за этого вас бы посадили сюда — в одну камеру с международным террористом. Звучит как абсурд.
Белоснежная улыбка старика, тронувшая его губы после этих слов, слегка поразила парня. Казалось, у сокамерника всё под контролем и его багровым глазам нечего скрывать.
— Конечно, абсурд! — махнул рукой Мануэр. — Такой старик, как я, не стал бы обворовывать народ. Правда в том, что власти меня боятся. Был придворным магом, вот и посадили.
— То есть просто из-за вашей силы?
— Верно. Боятся... Впрочем, я даже рад, что попал сюда, — голос звучал воодушевлённо. — Встретить такого пылающего идеей юношу — уже счастье. Мне нравятся целеустремлённые люди.
— Кстати, о вас вроде говорил Ринат... — вдруг вспомнил парень. — Вы, возможно, можете помочь с магией. Я ведь в Рудинск приехал в основном ради её изучения.
«Особенно меня волнует один вопрос».
Мануэр окинул парня оценивающим взглядом, затем быстро кивнул. Его багровый взор встретился с пламенем в глазах юноши, и в этот миг было принято важное решение.
— Не знаю твоего Рината, но магии научить, думаю, смогу, — хрипло посмеялся старик. — Хотя с нашими печатями будет трудновато, но основную теорию объяснить могу.
Его палец ткнул в собственную грудь, указывая на сердце, где уже мерцала тусклая печать. Её слабое свечение всё ещё проступало сквозь ткань тюремной робы, очерчивая едва заметные узоры.
Соль машинально опустил взгляд на печать, установленную на его собственной груди. Её вид вызвал приступ соматической слабости, из-за чего он почти сразу рухнул на койку.
— Поплохело от вида печати? — удивился Мануэр. — До этого вроде не чувствовал, честное слово.
— Ну, она же ману мою блокирует, — произнёс он, отлёживаясь на не особо мягкой подушке. — Ещё когда её поставили, плохо стало, а сейчас ещё хуже.
— Ладно, хватит об этом, — отмахнулся сокамерник. — Ты лучше скажи: есть ли у тебя какой-то главный, нерешённый вопрос о магии? Я, скорее всего, смогу ответить на любой вопрос по теории.
Парень призадумался в попытках отыскать нерешённую им загадку. К счастью для него, она уже лежала на поверхности и переплеталась с мечом, о котором параллельно велась ещё одна дилемма.
«Причиной моей победы в бою против Деллы и Эрнира стал именно этот меч-артефакт, этого нельзя отрицать, — мысленно хмыкнул он. — Так что передача его рудийскому правительству — выглядит сомнительно. Но сейчас не об этом. Есть вопрос поважнее».
— Аура меча меня интересует, — решительно ответил Соль, совсем не стесняясь. — У меня получилось достичь золотистой ауры, но как получить полный элемент — мне так понять и не удалось.
— А ты пытался?
— Да. Я пытался преобразовать ману, покрывающую меч, в элемент, но...
— Тише, тише, — остановил его старик. — Ясное дело, у тебя ничего не вышло с таким подходом. Снимай-ка робу тюремную, посмотрим на тебя хоть.
— Что? Зачем?
— Я же внятно сказал: посмотрим на тебя. Возможно, причина не в знаниях, а в физиологии.
— Но как вообще магия может быть...
— Снимай, если хочешь научиться ауре меча, — голос Мануэра приобрёл твёрдость наставника.
Этот тон напомнил юноше покойного Дорена, и он, не сопротивляясь, снял тюремную рубаху, уже основательно покрытую вековой пылью камеры. За ней скрывалась его белая кожа, испещрённая шрамами от прошлых битв.
«Для затягивания хотя бы одного шрама нужно слишком много зелий...»
Помимо шрамов, багровому взору предстала худощавая фигура Соли. Несмотря на огромную выносливость, мышц было мало: из-под груди проступали рёбра, а общее телосложение напоминало скорее высокую, хрупкую спичку.
Все его плоды жизни без любых физических тренировок силы теперь оказались обличены, что на мгновение вызвало у него лёгкий стыд. Однако знание о своей выносливости вернуло самооценку в привычное русло.
«Ну, да! Мышц нет, но мне они и не нужны, раз я могу магией стрелять, — мысленно отмахнулся он от собственного недостатка. — Тем более, существует усиление частей тела маной, так что к чему мне напрягаться и тренироваться?»
— Теперь-то всё ясно стало, — усмешка сошла с уст старика вместе с фразой. — На ману надеешься, да? А что если её не окажется рядом, прямо как сейчас?
Мануэр сделал несколько шагов вперёд и приложил холодную ладонь к тёплой груди юноши. Небольшой толчок последовал следом — Соль попятился назад, не в силах удержаться на ногах.
— Понятия не имею, как ты орудовал своим мечом и даже пробудил ауру на нём, но, видимо, ты очень везуч, — в его голосе звучало явное разочарование. — Что ж, но не поздно всё исправить!
— Но для чего мне физическая сила, если я мечник и маг одновременно? — не мог догадаться Соль. — Я в целом-то хотел магом быть, но как-то так получилось, что ещё и мечником стал.
— Так не пойдёт, дружок, — недовольство водрузилось на лице Мануэра. — Твоё тело является сосудом для маны, а силы — средством её пользования. Если не развивать их, то ты будешь стоять на одном месте.
— Разве? Я же всё ещё могу тренировать навык фехтования...
— Но полную ауру меча, требующую крепкого тела и мастерства, ты не пробудишь никогда, — объяснял старик. — Это всё равно, что всю жизнь толкать камень в нерушимую стену в надежде её пробить.
— А если всё же пробить? — усмехнулся парень
Однако следующая фраза собеседника стёрла любой намёк на улыбку с его лица.
— Осколки стены ранят тебя, и ты рухнешь вместе с камнем, — заключил сокамерник. — Поэтому ни один уважающий себя мечник не станет полагаться на чудо-магию. Только на опыт, тело и клинок.
Багровый взгляд сменился с шутливого и лёгкого на серьёзный, наставнический, что живо напомнило парню Дорена. Кровь стыла в его жилах с каждой секундой пристального внимания нового учителя.
— В таком случае... сможете ли вы мне помочь и с этим?.. — голос юноши притих, словно стыд всё же смог поразить его душу. — Я не умею тренироваться физически. Даже одного отжимания сделать не смогу. Пожалуйста, помогите.
«Видимо, я всё же ошибался насчёт магии в этом мире, — поник Соль. — Она не заменяет ту физическую силу, которая была актуальна в моём мире. Магия лишь дополняет её... Обидно».
— Мне не впервой быть наставником, — почесал затылок Мануэр. — Но ты меня убедил: я помогу тебе и устрою тренировки. Однако взамен ты мне будешь кое-что должен.
«"Буду должен что-то"? — засомневался парень. — Меня же не втянут в новый заговор?»
Обновлено: 20.01.2026