«Скучаю по Растлилю».
Первый взгляд на новую камеру заставил Соль вздохнуть в понимании, насколько прогнила система, управляющая тюрьмой. Все эти пыльные коридоры стали для него символом пламенеющего, но корыстного сердца надзирателей.
Пыль кружилась в воздухе, вздымаясь волнами с каждым его шагом вглубь душной тюремной камеры. Словно осыпаясь с сердец тюремщиков, она покрывала его одежду и кожу.
— И это даже не гипербола, — его голос нарушил тишину, царившую в тюремной тьме.
Он подошёл к двухъярусной кровати, стоящей в углу небольшой камеры и сел, откинувшись назад. Его спина прислонилась к холодной каменной стене, а глаза закрылись под треск факелов.
Тёплый, но тусклый свет падал на лицо, медленно убаюкивая. Однако разум был охвачен тревожными раздумьями: «Месяц в тюрьме, чтобы решить, отдам ли я свой меч, что едва не стал моей погибелью...»
Веки приподнялись, и взгляд приковался к собственной руке. Ладонь была испещрена свежими шрамами от царапин, полученных в прошлых битвах. Их вид заставил его ухмыльнуться.
— Да... Я ведь стал куда сильнее, — шептал Соль сам себе, словно колыбель. — Появись Десилия прямо сейчас, я бы наверняка победил...
Но в его словах по-прежнему звучала неуверенность. Не столько в том, сможет ли он победить в схватке со своей старой подругой, сколько в том, нужна ли ему эта месть вообще.
Но главная дилемма мучала ещё сильнее:
— А если я вообще откажусь от мести, то зачем мне сила? — вопрос, заданный самому себе, вызвал внутренний диссонанс, от которого побежали мурашки. — Защищать друзей, верно? Но где они сейчас и каковы шансы, что их не убьёт та же Десилия?
«Я видел истинную мощь Лоры, но Десилия... Я видел и её чудовищную силу, когда она победила ту химеру, — вспоминал он, укладываясь на койку. — Что, если эта тварь придёт за мной и друзьями? Тогда стоит ли решать проблему на корню?»
Но, несмотря на бурный поток мыслей, глаза слипались. Тело, уставшее от тяжёлого дня, обмякало, а разум туманился, уходя всё дальше и дальше в страну грёз и сладких снов.
— Нет... Не уверен... — прошептал парень, засыпая. — Я же стану таким же... Я же обещал...
Храп заполнил камеру и эхом нёсся в соседние помещения, где тоже сидели заключённые. Среди них наверняка были и маги, и международные преступники, но теперь всем им приходилось с раздражением слушать храп юноши.
***
Утро наступило резко и неожиданно, начавшись с оглушительного скрипа тюремной двери. За скрипом последовал тяжёлый хлопок и звон ключей, поворачивающихся в замке.
Затем — тихие шаги, будто новый сокамерник старался не разбудить юношу. Но было уже поздно: Соль распахнул веки и уставился на вошедшего мужчину с явным недоумением в глазах.
Но ответа от него не последовало, из-за чего парню пришлось самостоятельно начать диалог, хоть ему этого и не хотелось:
— Здравствуйте, — пробормотал он спросонья.
— А... Привет... — голос звучал так, словно его обладателю было за шестьдесят. — Меня зовут Мануэр... Да...
По его поведению было заметно, что он растерялся от такой реакции и оттого запинался. Именно это и насторожило Соль, заставив предположить, что новый сокамерник что-то скрывает.
Мужчина, однако, тоже заметил подозрения и поспешил оправдаться, переведя разговор в другое русло. Его голос стал спокойнее, а слова — обдуманными и плавными, что говорило об уверенности.
— Парень, а как тебя зовут? — протянул он руку, чтобы поздороваться. — Прости уж, что разбудил. Рановато меня арестовали, конечно...
— Я — Соль, — смело отозвался юноша и стал наблюдать за реакцией сокамерника. — «Международный преступник» из королевства... э-э... Рува!
— Из Рувы?.. — удивился Мануэр, задумавшись о чём-то своём. — Любопытно. И что же ты совершил?
— «Украл» артефакт, «совершил теракты» и незаконно «пересёк» границу, — перечислял Соль, словно беря преступления в кавычки. — Простая мелочь.
— Значит ничего связанного с демонами, — кивнул мужчина. — Но мне вот интересно, что за артефакт? Небось мощный, раз на тебя столько дел навешали, а?
— Не совсем, — проговорил парень, почёсывая затылок. — Меня использовала одна тварь, которой желаю смерти, но... Не знаю! Вчера начал обдумывать, но так ни к чему и не пришёл.
Юноша схватился за голову, пытаясь вспомнить, на чём остановился в прошлый раз. Мануэр смотрел на него с неподдельной жалостью в глазах и искренним желанием помочь.
Мужчина опустился на койку напротив и поманил рукой, привлекая внимание. Соль поднял глаза и встретился взглядом с его багровыми зрачками, в которых таилась необъяснимая смесь чувств.
«Такое я... вижу впервые...» — удивился парень.
— Знаешь, за моей спиной явно пара-тройка твоих жизней пробежала, — старческий голос пронзил тишину, нарушая симфонию факелов. — Мне, как-никак, уже целых семьдесят лет.
Последняя фраза погрузила парня в омут удивления, заставив приглядеться внимательнее к своему сокамернику. «Ему... Ему на вид всего лет тридцать или сорок от силы, — анализировал он. — Как такое вообще возможно?»
Перед ним сидел мужчина средних лет без единого намёка на седину. Его подбородок обрамляла ухоженная чёрная борода, а волосы были аккуратно уложены, идеально гармонируя с чертами лица.
Лишь багровые глаза вызывали некоторое подозрение своим неестественным цветом, напоминая Фринша. Однако отличие человеческих зрачков от звериных было явным, что заставило Соль отмахнуться от сомнений.
— Почему... вы так молодо выглядите? — неуверенно спросил парень, стараясь не задеть собеседника. — Вам будто бы сорок лет, не больше.
— Ха! Слышу это далеко не в первый раз, — скрестил старик руки на груди. — Мне многие так говорят. Всё дело в генетике, в моём роду даже мои родные на старости лет выглядели совсем молодо.
— В таком случае, не могли бы вы мне помочь решить кое-что? — опустил глаза парень, слегка задумавшись. — Это связано с моей мотивацией и желанием становиться сильнее.
— Конечно, помогу! — ухмыльнулся Мануэр. — Наставлять молодых — это дело стариков. Рассказывай.
«Хотя мне, скорее всего, уже около двадцати лет, этот вопрос я просто не могу решить сам, — сдался юноша. — Мне нужен внешний совет, иначе я буду всю свою жизнь либо бежать за саморазрушением, либо жить в страхе повторения».
Мысли мучали его, не позволяя сказать ни слова на протяжении минуты. Одни размышления сменяли другие.
«Теперь, очутившись в тюрьме, я осознаю всю плачевность своих сил. Их не хватит для защиты, а для настоящего роста нужна чёткая цель, а не абстрактное желание "защитить друзей"».
— Хорошо... Надеюсь, вы сможете помочь, — наконец-то произнёс Соль. — В общем-то, как я говорил, меня использовала одна мразь в Архвиле, из-за которой я попал в розыск. Из-за неё же и погибли все мои друзья... По крайней мере, люди, которых я мог бы назвать друзьями.
— И ты думаешь мстить ли ей, верно? — быстро догадался Мануэр. — Эта дилемма постоянно волнует тех, у кого есть враги или нерешённые обиды. Настоящая классика конфликтов.
— Вы правы, — согласился парень, слегка удивившись. — Посоветуйте: стоит ли мне посвятить себя мести, чтобы уничтожить угрозу раз и навсегда или медленно становиться сильнее, чтобы не позволить новым друзьям умереть?
— К чему ты спрашиваешь? — усмешка вышла с уст старика. — Знаешь, человек зачастую уже знает ответ на подобный вопрос, но спрашивает, чтобы убедиться в своей правоте.
— Тогда...
— Да. Следуй пути мести и стань сильнее, чтобы отомстить той твари, что стала причиной твоих страданий, — широкая ухмылка расплылась по лицу сокамерника. — Устрани главную угрозу, отомсти за старые обиды и стань настолько сильным, что враги будут бояться уже тебя, а не ты их!
«История ведь знает бесчисленное количество примеров, когда оборона приводит к медленному и болезненному падению, а атака... — размышлял он. — Атака почти всегда приводила к успеху, богатствам и славе. Такова суть этого мира!»
Обновлено: 20.01.2026