Я перекидываю монеты со Снарядом из левой руки в правую. В горле встает ком, когда я пытаюсь сглотнуть, наблюдая, как монстр медленно сжимает и разжимает свои когтистые пальцы, пока он… пульсирует.
— Идентификация.
Монстр является частью одного из ваших текущих заданий.
Стоимость Идентификации снижена до (0).
Подтвердить покупку: Да/Нет?
Прежде чем я успеваю ответить на запрос, в поле моего зрения с грохотом влетает щепа. Я вскрикиваю от неожиданности и выставляю перед собой Щит – правда, вышло кривовато – прямо на пути кулака этой твари. Он врезается в магический барьер, и брызги черной слизи напоминают мне, что внутри это существо вовсе не твердое.
Ошметки дерева впиваются в мои голые голени, а слизь гарантирует, что в ближайшее время я их не вытащу. Боль пронзает Разум, словно раскаленные иглы; она тычется в каждый рецептор, будто безумный доктор использует меня вместо подушечки для булавок.
— Ух… — простонала я и швырнула вторую монету на путь монстра, пытаясь его замедлить. — Что это еще за магическая хрень с болью?
Экран мерцает, когда крошечное черное пятно проплывает над «Да». Информация затапливает мой разум, но понимание, к сожалению, приходит слишком поздно.
Массовая восставшая могила: Воскрешающий раковины.
Монстр, созданный из последних останков множества Воскрешающих раковины.
Сила Восставшей могилы растет в зависимости от ее размера.
Массовый размер: регенерирует с пугающей скоростью, обладает достаточной массой, чтобы наносить смертельные удары, и накладывает статус «Агония», когда жидкость его тела попадает в ваш кровоток.
Да уж, «агония» – чертовски точное название для того, что я сейчас чувствую. И с каждой секундой лучше не становится – если уж на то пошло, становится только хуже.
Я призываю горсть призрачных четвертей, наполняю их Щитами и неловко отхожу как можно дальше от монстра. Судорожные вздохи наполняют мои легкие каждую секунду, пока я жду, последует ли эта тварь за мной. Время тикает, боль растет, а затем замирает на уровне растяжения лодыжки по всему телу.
— Оно не двигается. Почему оно не двигается? — Прошипела я сквозь зубы.
— Не знаю! Может, оно почему-то охраняет туннель? — Отозвалась Перл.
Я стиснула зубы. Это едва ли не худшее, что могло случиться, ведь дыра, через которую я сюда попала, запечаталась в ту же секунду, как я спрыгнула вниз. Если нет другого прохода, о котором мне не сказали, то это единственный путь вперед.
Перл вдруг ахнула:
— Что оно делает?!
Отчаяние в голосе Перл вырывает меня из вызванного болью оцепенения и заставляет снова сосредоточиться на монстре. Его руки медленно истончаются, стекая на землю, словно мотки веревки, а дерево смещается, чтобы облечь их заново.
Прежде чем я успеваю сообразить, одно из плеч резко подается вперед. И спустя мгновение за ним следует скрученная рука.
— Черт! — Крикнула я, падая на пол и роняя монету перед собой.
Щит вспыхивает как раз вовремя. Рука несется ко мне по идеально прямой линии, ударяя в преграду с такой силой, что та едва не разлетается. Поморщившись, я вскидываю руки, чтобы закрыть лицо, и позволяю еще трем монетам упасть на землю.
КРАХ! КРАХ! Крах. Стук.
Четыре удара раздаются один за другим. Вся плетевидная рука этой твари растянулась передо мной, но прежде чем я успеваю что-то предпринять, монстр отдергивает плечо, втягивая конечность обратно. И пока та возвращается, другое его плечо описывает в воздухе яростную дугу.
У меня есть доля секунды на решение. Похоже, эта штука не может сдвинуться с места. А значит… самое разумное – бежать в другой туннель, чтобы перегруппироваться. К сожалению, для этого нужно как-то пережить еще несколько атак.
Придется постараться. Я морщусь и поднимаюсь на колени, а затем вскрикиваю от боли, пытаясь встать на ноги.
Миазмы агонии захлестывают меня, на мгновение парализуя мысли. Боль абсолютно невыносима, и все, на что я способна, – это призвать в руку еще несколько усиленных призрачных четвертей. Дрожащими пальцами я наполняю их Щитами под приглушенные предостерегающие крики Перл.
Что-то врезается мне в бок. Я чувствую, как рука сгибается, сгибается и сгибается, пока ужасающий хруст кости не приводит меня в состояние адреналиновой бодрости. Вкус железа и теплой влаги наполняет рот, пока монеты со Щитами бесполезно вибрируют в моей ладони.
«Я сейчас умру. С рукой, полной заклинаний, которые могли бы это остановить».
Краем глаза я вижу, как проносится земля. Влажный кашель срывается с губ, а следующий вдох сопровождается ужасной резкой болью прямо в легком. Это вызывает еще один приступ кашля, но… и всё. Боль и ясность сознания борются за мое скудное внимание, и я постепенно понимаю, что на самом деле не мертва.
— Перл, — простонала я. — Оно собирается напасть снова?
— Я… эм… Шелби, твоя рука… — донеслось в ответ испуганное бормотание.
Я взглянула на правую руку. Зрелище не из приятных. Но каким-то образом основная часть урона пришлась только на нее. И на ребра, в которые она вжалась. Несколько секунд я беззвучно шевелила губами, не веря своим глазам, а затем, стиснув зубы, задала вопрос, ответ на который должен был стать благословением:
— Как так вышло, что я еще жива?
Левая рука сжалась вокруг монет, и я замерла. Одной не хватало. Я оглянулась на расстояние, на которое меня отбросил удар монстра, пытаясь найти ту самую монету, что должна была выпасть при падении. Вместо этого я увидела остатки Щита, растворяющиеся в воздухе.
Щита, который я совершенно точно не выставляла.
— Появился Щит и защитил тебя, — пискнула наконец Перл. — Его… его не хватило, чтобы уберечь тебя полностью, но, похоже, именно он сохранил тебе жизнь.
Я мрачно усмехнулась и попыталась пошевелиться. Боль совершенно жуткая, но я начинаю чувствовать… онемение. Наверное, это очень плохой знак, но мне нужно им воспользоваться.
— Щит сработал сам по себе. И вместо того чтобы выйти из самой монеты, он почему-то возник в нескольких футах от меня, — произнесла я вслух, наблюдая, как монстр осознает факт моего дальнейшего существования. — Должно быть, это часть того улучшения связи с монетами. Но… это не слишком-то похоже на связь. Как мне это использовать?
Две монеты со Снарядами с лязгом упали на пол и высвободили свои заклинания. Я поморщилась, глядя на то, что они не нанесли стеклу абсолютно никакого урона.
— Шелби!
В уголке сознания вспыхнула темная тревога. Я дернулась и вскинула левую руку, чтобы заблокировать плетевидную конечность, несущуюся к моей голове; в ладони при этом разлетелись четыре монеты. В нескольких дюймах от руки возник четырехслойный Щит, и конечность врезалась в него с такой силой, что один слой лопнул.
Прямая атака пробила три слоя и повредила четвертый. Боковой хлыст – только один и повредил второй. Разница небольшая, но это сэкономит мне призрачные четверти, если я научусь вовремя ее распознавать. Руке требуется несколько секунд, чтобы начать втягиваться. Дольше, чем при прямом ударе, но так атаковать гораздо безопаснее.
Будь я сообразительнее, то, наверное, смогла бы отпрыгнуть от прямого удара. Он начался мгновенно, и я не видела, чтобы тварь корректировала его по ходу. Скорее всего, она и не могла – по крайней мере, сохранив всю мощь выпада. Так что мне нужно двигаться. Но мои чертовы ноги всё еще не слушаются.
… Ноги?
Взгляд приковало к тонким ногам монстра. Он не использовал их для опоры. К тому же он уже однажды изменил форму своих рук, так почему же он до сих пор выставляет напоказ эти две явно уязвимые точки? И почему он не сдвинулся ни на шаг от туннеля? Очевидно, он его охраняет, но он доказал, что может двигаться. Так почему же его ноги ни капли не изменились?
— Ты в порядке? Ты еще соображаешь? — Обеспокоенно спросила Перл.
— На первое – нет, на второе – да, — я наполовину усмехнулась, наполовину прохрипела, указывая на монстра. — Почему у него такие тонкие ноги? Разве он не должен был превратить их в какой-нибудь… ствол или вроде того, если уж не собирается двигаться?
Перл выдала целую очередь слов, полных недоверия:
— Да, это странно, но у нас есть проблемы посерьезнее! Твои ноги… и твоя рука… и атака, которая летит ПРЯМО СЕЙЧАС!
Я среагировала на выпад, увидела, что он прямой, и заставила себя откатиться в сторону. Рука пронеслась именно там, где я была секунду назад; монстр попытался скорректировать направление, но слишком поздно. Это подтвердило мою правоту: он может менять траекторию прямой атаки. Просто… не очень-то умело.
— Почему ты не паникуешь? — Потребовала ответа Перл, пока я, пошатываясь, поднималась. Мышцы почти сразу отказали, но застывшая корка слизи сработала как импровизированный гипс. — Я вот паникую, хотя монстр даже не может меня убить! Это – погоди. Ты это чувствуешь?
Ее внимание мгновенно переключилось на монстра. Если точнее – на вход в туннель между его ног. Я не задавалась вопросом, как могу это чувствовать или понимать, но это определенно добавило вопросов к той куче, что у меня уже накопилась к этой обитательнице раковины.
— Я ничего не чувствую.
— Это… как будто… хр-р-рм. Берегись! — Перл замолчала, и вспышка осознания предупредила меня о новом замахе. Я выставила достаточно Щитов, чтобы защититься, а затем еще четыре – для последующего прямого удара, который последовал сразу за ним.
— Ну и кто тут теперь не паникует, маленькая мисс моллюск? — Фыркнула я, призывая новые призрачные четверти.
— Я не моллюск. И я всё еще жутко паникую, просто пытаюсь сделать так, чтобы мы выбрались отсюда живыми. Из этого туннеля что-то исходит, и оно очень мощное. Я… не знаю, как не почувствовала этого раньше, — пробормотала она. — Это как ревущее пламя под самой поверхностью, и языки жара лижут… брюхо монстра.
Я ничего такого не видела, но если Перл говорит, что оно там, у меня нет причин ей не верить. Я кивнула и позволила ей продолжить, пока монстр втягивал конечности.
— Каким-то образом… оно должно одновременно и поддерживать его, и причинять боль, — предположила она. — Если бы оно его только поддерживало, он бы просто уселся на дыру и перекрыл нам путь к отступлению. А если бы только причиняло боль, он бы на своих тонких ножках прибежал сюда и оторвал тебе голову. … У вас же мозг в голове, верно?
— Это что, завуалированное оскорбление?
Перл покачала головой:
— Нет, это искренний вопрос. У той акулы-собаки, которую ты убила, мозг зажат между желудком и легкими. Не знаю, какая жестокая эволюция заставила ее так устроиться, но – БЕРЕГИСЬ!
У меня уже были наготове Щиты, так что предупреждение лишь немного застало меня врасплох.
— Можешь не орать. Больше. В самом начале это очень помогало, — пояснила я так искренне, как только могла. — Так вот, мне нужно твое мнение: перебить ему ноги, чтобы он шмякнулся на туннель, или попробовать втиснуть Щит в сам туннель, чтобы заткнуть его?
— …А ты вообще сможешь сделать Щит такого размера, чтобы заткнуть туннель?
И это… очень верное замечание. К тому же велик шанс, что уничтожение ног задержит его лишь на десяток секунд, а не остановит насовсем. Если бы мои ноги не были угроблены, может, побег бы и сработал. Но я почти уверена, что под этими корками застывшей слизи они буквально раздроблены.
В руке материализовались две призрачные четверти. Я наполнила их Снарядами и осторожно отделила от оставшихся Щитов. Они не детонируют в руке – я это видела, когда выронила пару штук после того, как монстр раздробил мне руку, – но рисковать не собиралась.
Обе конечности монстра были полностью втянуты. Похоже, он не может начать новую атаку, пока рука не вернется в исходное положение, а значит, у меня появилось окно возможностей. Это будет стоить мне кучи призрачных четвертей, и если я облажаюсь, то останусь с серьезно ограниченными ресурсами, но это мой лучший шанс.
Я собралась с духом и вытянула руку перед собой. Правая рука монстра хлестнула в замахе, и к ней тут же присоединилась левая. Атаки с двух сторон – вероятно, чтобы проверить, смогу ли я блокировать их одновременно. На долю секунды я задалась тем же вопросом, но «темная тревога» Перл держала меня в напряжении и одновременно придавала уверенности.
— Обе! — Предупредила она, хотя в этом и не было нужды.
— Принято! — Крикнула я в ответ, выставляя Щиты с обеих сторон. Конечности прошили их точно так же, как и раньше, и в тот момент, когда они ударили, монстр переключился в режим отзыва.
Сейчас мой шанс. Я неловко положила монету на ноготь большого пальца и прицелилась в левую ногу твари. Уверенность испарилась, когда я увидела, как сильно дрожит рука. То, что я правша, тоже ничерта не помогало, а расстояние в пятьдесят футов означало, что мне придется быть гораздо точнее, чем в тех… одном или двух выстрелах, что я делала раньше.
— Перл! Помоги!
Она кивнула:
— Я займусь этим!
Края моего зрения затопила расцвеченная красками тьма. Это не мешало обзору, а наоборот, делало всё четче и гораздо ярче, чем секунду назад. Моя рука не стала сильнее. Но внезапно я поняла, как именно компенсировать собственную слабость – как правильно щелкнуть по монете, чтобы Снаряд попал в цель.
Прежде чем я успела передумать и растерять эту новообретенную уверенность, я щелкнула по монете изо всех сил. Она пролетела несколько футов, прежде чем рассыпаться массой вихрящейся магической мощи, ускоряющейся по мере формирования. Монстр качнул торсом, пытаясь уклониться от моей атаки, но он был слишком медлительным. И слишком прочно привязанным к своему месту.
Снаряд разнес тонкую ногу в щепки, начиная от середины. Монстр издал низкий стон, похожий на звук заклинившего тяжелого механизма, и слегка завалился на бок. Но он еще не был повержен. Я подняла вторую монету, следя за ним как ястреб на случай, если он вдруг умудрится атаковать гораздо быстрее, чем раньше, и с помощью Перл прицелилась во вторую неподвижную конечность.
Удар был мощным, и монстр издал истошный вопль, напоминающий скрежет металла. Как только нога была отсечена, он рванулся вперед, пролетев добрую дюжину футов по направлению ко мне. В голове мелькнула жуткая мысль, что я катастрофически ошиблась, и я почувствовала страх Перл в унисон со своим собственным.
Хлысты превратились в массивные когти. Монстр ударил ими по стеклу, но пол оказался гораздо прочнее, чем дерево, из которого состояла тварь. Щепки и жижа разлетались во все стороны, пока существо крушило само себя в отчаянной попытке подобраться ко мне. Затем оно словно вспомнило, где находится. Оно развернулось – насколько это под силу груде дерева и слизи, – заскребло разбитыми конечностями, пытаясь подтянуться обратно к дыре, и медленно, но верно замерло.
— Оно… оно мертво? — Прошептала Перл. — Или… еще более мертво, оно ведь и так было не очень живым.
У меня не было для нее подходящего ответа. Не всплыло ни одного уведомления, я не почувствовала прилива Ценности, как это бывает в играх, и уж точно не ощутила себя сильнее. Я вытащила Карту Класса, чтобы проверить изменения, но единственное, что меня встретило – пугающе малое количество призрачных четвертей.
— Будем надеяться, — поморщившись, я закрыла Карту Класса и направилась к «трупу». — У меня заканчиваются монеты и кровь. Если что-то из этого иссякнет – мне крышка.
Монстр не шевелился. Прежде чем я успела по-настоящему подготовиться, я уже стояла над ним; моя рука зависла в опасной близости от деревянного и склизкого тела твари. Проглотив тревогу, я наклонилась, прижала ладонь к его туловищу и попыталась убрать его в инвентарь.
Массовая восставшая могила: Воскрешающий раковины не может быть помещен в хранилище.
Вместо этого можно получить следующие предметы: Концентрированные ядра воскрешающего раковины, Конгломерат раковин воскрешающего, Ошметки вечного плавника.
Оставшиеся материалы конвертированы в: 75 Ценности.
Текущая Ценность (91) превышает порог в (50) Ценности.
Выдан (1) Билет допуска.
Если он не будет использован в течение 2 часов, то будет уничтожен.
Открытие Магазина допуска в вашем текущем местоположении.
Выбирайте с умом.
От этого может зависеть ваша жизнь.
Обновлено: 23.01.2026