Дэмиен медленно открыл глаза, чувствуя, как всё его тело ломит от боли. Со всех сторон на него смотрел лишь холодный твёрдый камень.
«А? Где я? — подумал он, прежде чем в памяти всплыли события, приведшие его сюда. — Твою ж мать! Этот надменный ублюдок всё-таки столкнул меня обратно во врата! Я же ничего ему не...»
Не успела его мысль уйти слишком далеко, как со всех сторон донеслись рёв и визг, стремительно приближавшиеся к нему. Опустив взгляд, Дэмиен понял, что весь покрыт кровью. Это, должно быть, и привлекло тварей.
Осознав это, он побледнел. Он быстро вскочил — времени прошло достаточно, чтобы Малая регенерация справилась с основными ранами — и побежал.
Дэмиен был слаб. Большую часть своей жизни после «Пробуждения» он терзался из-за своей слабости, и теперь, в этой ситуации, она стала ещё очевиднее. Он бежал и бежал, но твари, естественно, были не только в одном направлении.
Ему ещё повезло, что зверей в непосредственной близости от врат уже зачистили, иначе он бы умер, даже не успев очнуться.
«Чёрт, чёрт, чёрт! Что делать? Драться я не могу, но и без еды не проживу. Если я не буду драться — я умру. Но если я буду драться — я тоже умру!» — его охватила паника. Хоть у него и был приличный опыт пребывания во вратах, его боевой опыт был практически нулевым. Он, наверное, всего пару раз тыкал мечом, когда воровал фраги ради уровня.
Дэмиен не знал, как долго он бежал, но в какой-то момент вопли тварей стихли в отдалении. Он приблизился к стене пещеры и сел, давая отдых ноющему телу. Столько бега — это, пожалуй, была самая интенсивная физическая нагрузка за очень долгое время.
Прислонившись спиной к стене, он пытался успокоить дыхание и мысли, но, как ни старался, они не унимались.
«Я умру. Я и правда умру. Я ни хрена не могу сделать против тварей. У меня нет оружия, нет мышц, нет атакующих навыков, нет ничего. Я не знаю, где это подземелье. Не знаю, как далеко Земля и в той ли мы вообще галактике. Что будет с мамой, когда меня не станет...»
Шлёп!
Дэмиен влепил себе пощёчину.
«Нет! Я не могу пока сдаваться! Даже если она решит, что я мёртв, — не страшно. Что мне нужно сейчас — это выжить. Выжить и вернуться на Землю. Вернуться к маме, вернуться к Елене... и вернуться, чтобы уронить этому больному ублюдку на голову планету. Или что-то в этом роде».
При последней мысли его кровь вскипела от ярости. Дэмиен позволял Джину творить всё, что вздумается, из-за его положения. Он терпел, потому что у него ничего не было. Он оказался в этой ситуации, потому что был слаб.
«Я должен стать сильнее. Неважно, что мне придётся для этого сделать, но я должен стать достаточно сильным, чтобы вернуться».
Хоть он всё ещё паниковал, но понимал: если сидеть сложа руки, исход будет один — смерть. Раньше он всегда работал без страха, и теперь, хоть ситуация и была куда отчаяннее, всё, что от него требовалось, — делать то же, что и всегда. Выживать.
«Дэмиен, ты должен всегда помнить. Хоть ты и слаб, ты должен выковать в себе волю к жизни, волю к достижению и волю к выживанию. Неважно, какие обстоятельства, неважно, какие невзгоды, — ты должен выжить. Потому что, если ты выживешь, будешь сражаться и пройдёшь через всё это, однажды ты станешь тем, на кого будут вынуждены смотреть с почтением даже небеса».
Дэмиен вспомнил последние слова отца перед тем, как тот исчез чёрт-те знает где.
«Чёрт, почему я сейчас думаю об этом ублюдке».
Но сколько бы он ни проклинал отца, он так и не смог его возненавидеть.
Взрослея и вспоминая последние мгновения, проведённые с отцом, он всё яснее ощущал ту боль, которую тот всегда скрывал от него и матери. И сейчас, в этой ситуации, думая о словах отца, он чувствовал его решимость.
Хоть он и не знал, к чему эта решимость была направлена, это уже не имело значения.
«Чёрт побери. Если уж тот парень мог нести всю эту чушь в духе мастеров боевых искусств и выковать такую решимость ещё до «Пробуждения», с какого хрена я тут раскис?»
«Мне нужно вернуться и вылечить маму. Мне нужно вернуться и проведать Елену. Мне нужно вернуться и вбить в землю этого надменного козла. И однажды мне нужно будет найти отца и врезать ему по морде».
В Дэмиене начала коваться его собственная решимость. В панике он совсем забыл — он ведь ещё не умер. И у него ещё куча дел. А раз он не умер, он всё ещё мог достичь того, чего хотел. Раз он не умер, он, как говаривал его отец, станет тем, на кого будут вынуждены смотреть с почтением даже небеса.
Казалось, само пространство стало свидетелем его решимости и его клятвы. В радиусе двадцати пяти метров вокруг Дэмиена оно начало скручиваться и искажаться. К сожалению, Дэмиен был слишком погружён в свои мысли, чтобы это заметить.
Внезапно он резко открыл глаза, и пространство тут же вернулось в норму.
Прошло несколько часов с тех пор, как Дэмиен присел отдохнуть. Похоже, он и вправду забрёл в какое-то укромное место, раз за всё время его панической атаки на него не напала ни одна тварь.
«Боже, надо же быть таким идиотом, чтобы словить паничку в такой ситуации — на грани жизни и смерти. Как, чёрт возьми, у героев романов получается так быстро адаптироваться ко всякому дерьму?» — Дэмиен усмехнулся.
— Ну, будь я героем романа, моя «сюжетная броня» уже спасла бы маму, а я получил бы случайный апгрейд, чтобы разобраться с этой ситуацией. Но, очевидно, этого не происходит.
Дэмиен встал. В его глазах снова появилась ясность. Он начал тихо передвигаться по этажу подземелья.
«Неважно, с каким миром связано это подземелье, здесь должно быть оружие. И кто-то должен был умереть здесь до меня. Не может быть, чтобы наш отряд был первым, кто его исследовал».
И спустя, казалось, целые часы блужданий, он нашёл то, что искал: груду костей и пару слегка ржавых коротких мечей.
«Я, конечно, надеялся на копьё, но и короткие мечи сойдут», — подумал Дэмиен, подбирая их. Они были полностью отлиты из какого-то чёрного металла, и, хотя на одном уже виднелись трещины, они были более чем достаточно острыми, чтобы послужить временным решением.
«Что ж, пора на охоту».
Обновлено: 15.02.2026