Сбросив белую рубашку и переодевшись в свободную пижаму, Ю расстелил на полу футон. Из последних сил почистив зубы, он рухнул на постель как подкошенный.
Тяжелые веки сомкнулись мгновенно, словно влюбленные после долгой разлуки.
Он проспал до самого вечера. Когда зазвонил будильник, Ю в полузабытьи отшвырнул телефон и побрел в ванную умыться.
Он поднял голову и посмотрел в зеркало. На него глядело бледное лицо с застывшим выражением и темными кругами под глазами – ни капли жизни. В голове некстати всплыло слово «ходячий мертвец».
Сираиси приоткрыл рот, но не смог выдавить ни звука. Он лишь опустил голову и тихо вздохнул.
Вечерняя смена начиналась в четыре в одной идзакае. Платили там средне, зато можно было бесплатно и плотно поужинать, экономя на продуктах.
Надев чистую рубашку и застиранные добела брюки, Ю отправился на работу.
Принимать заказы, разносить еду, вытирать столы, мыть посуду, выносить мусор… Труд в идзакае легким не назовешь, особенно в час пик, когда рук не хватает даже у опытных официантов.
Лишь в десять вечера Ю получил от хозяина конверт с зарплатой, бережно припрятал его в карман и двинулся к дому.
В начале марта ночи всё еще кусались холодом. Неоновые вывески по обе стороны улиц словно объявляли, что ночная жизнь только-только набирает обороты.
Шумные компании офисных клерков, спешащих в следующий бар, гогочущие в подворотнях подростки в облаках табачного дыма, разодетые девицы, зазывающие клиентов… Из всего этого пестрого многообразия и складывался ночной Токио.
Но этот праздник жизни принадлежал другим. Ю Сираиси хотел лишь одного – упасть в кровать.
В какой-то момент мир вокруг стал напоминать выцветшую черно-белую пленку. Шум улиц, который должен был оглушать, казался далеким, словно отделенным толстой стеной.
Ю чувствовал себя так, будто бредет по вязкому болоту. Каждый шаг давался с трудом, а путь впереди тонул в непроглядной тьме.
Когда он сбежал из дома в Токио и пришел в агентство IN, директор поставил ему условие: два года. Если за это время он не получит ни одной официальной роли, значит, карьера сэйю не для него, и стоит поискать другое призвание.
Два года почти истекли. Трясина уже поглотила Ю почти целиком. Еще немного, и он окончательно уйдет под воду, потеряв возможность дышать.
Окончательно умрет в этом городе.
Проходя мимо парка Ёёги, что был неподалеку от дома, Ю внезапно остановился. Вместо того чтобы идти в свою коморку, он свернул на аллею и сел на первую попавшуюся скамью.
В одиннадцать вечера в парке было пусто. Под тусклым светом фонаря Сираиси сидел в одиночестве, задрав голову к небу.
Ему редко хотелось смотреть на звезды, но сегодня не было ни луны, ни светил – лишь серая дымка, от которой на душе становилось еще тоскливее.
Ю тяжело вздохнул, достал телефон и открыл файл со сценарием.
Тот самый текст с его первого прослушивания. Тогда он, полный самоуверенности, без тени сомнения выбрал роль главного героя.
И на том же кастинге столкнулся с Каору Аоки.
Именно тогда Сираиси осознал, какую непреодолимую дистанцию создает то, что зовут талантом.
Его провал был закономерным, и Ю не мог найти ни единого аргумента в свое оправдание.
Игра Аоки произвела на него неизгладимое впечатление. С того дня Ю начал следить за ним, наблюдая, как тот получает одну роль за другой, как растет его мастерство, как им восхищаются зрители. В груди Сираиси поселилась жгучая тревога.
Итогом этой спешки стало второе прослушивание, где он сорвался и все испортил.
Но Ю не мог вечно утешать себя тем, что это была просто досадная случайность.
Неизвестно, будет ли у него третий шанс. А если и будет – сумеет ли он его удержать?
А если нет…
Ю поджал губы и, глядя в экран телефона, начал вполголоса читать:
— О-хо-хо! Герой, ты наконец предстал предо мной! Я уже заждался!
— Проклятый Владыка демонов! Ха… ха… Я обязательно одолею тебя!
— Одолеть четверку моих небесных королей – похвально. Но взгляни на себя, ты же жалок. Неужели ты и впрямь веришь, что сможешь меня победить? Ха-ха!
Он читал реплики и за Владыку демонов, и за Героя, умело меняя интонации.
В конце концов, этот текст он знал назубок – репетировал бесчисленное количество раз. Особенно после выхода аниме, когда он снова и снова сравнивал свою игру с игрой Каору Аоки.
У Каору был характерный голос: мягкий, с завораживающей хрипотцой. В сочетании с мастерством это производило неизгладимое впечатление с первых же секунд.
Но вслушиваясь раз за разом, Ю начал подмечать в этой идеальной игре какую-то странность, некую фальшь, которую не мог облечь в слова.
Это не давало ему покоя. Хоть он и понимал, что его навыки слабее и в этом сравнении нет смысла, он продолжал тренироваться, копируя роли Аоки.
Особенно того самого Героя из их первой встречи.
Конечно, Ю не хотел мириться с поражением. Но, возможно, пришло время сдаться. Бессмысленно упорствовать, когда впереди нет ни капли надежды…
— Эй, парень, так дело не пойдет. Разве может Герой так вздыхать? В твоем голосе совсем нет жизни, да и Владыке демонов не хватает величия, не находишь?
Внезапно перед ним раздался незнакомый голос.
Ю опешил. Он поднял голову и увидел мужчину. Тот стоял перед ним в простом белом кимоно и лучезарно улыбался. Его фигура была прозрачной: тусклый свет фонаря проходил сквозь него, делая силуэт призрачным и нереальным.
Сираиси замер, часто моргая, и перевел взгляд вниз.
Ноги незнакомца слегка парили над землей. И что важнее – свет, проходя сквозь его тело, не оставлял тени.
Ю похолодел.
— Время такое позднее, а ты не спишь, сценарии читаешь. Ты что, сэйю?
— При… при… ПРИВИДЕНИЕ-Е-Е-Е!
— Привидение? Где?!
Мужчина резко обернулся, но аллея была пуста. Он снова повернулся к Ю:
— Ну ты и шутник, парень! Не пугай меня так, нет тут никаких привидений.
В этот миг Ю сорвался со скамьи и припустил прочь так, что только пятки сверкали.
— Постой… Погоди-ка, я же и есть привидение. Значит, это он про меня… — Мужчина осекся. — Стоп! Этот малый что, видит меня?!
Глаза призрака азартно блеснули, и он тут же устремился в погоню.
Обновлено: 20.02.2026