Глава 26 — Глава 25

Глава 25: Побег Гул—! Неистовствовавшая Марионетка-Богоубийца замерла. В плату за движение в незавершенном состоянии её исполинское тело начало распадаться и рушиться. [— Этого не может быть!!!] Сильвия, покинувшая тела Миши и Морден, взвыла в агонии. Её туманный облик с плывущими над ним искаженными глазами источал кровавые слезы. Всё, что она выстраивала годами, рассыпалось в прах в одно мгновение. [— Моё, всё моё!!!] Колоссальная мана хлынула волнами, сотрясая безбрежную подземную лабораторию. Её ненависть и ярость обрели форму, проносясь по округе разрушительным штормом. Копье, заточенное лишь ради убийства Бога Бедствий, было сломано кем-то, кто был ниже зверя. Осознание того, что эту утрату и гнев не на кого излить, окончательно сокрушило разум Сильвии. И тогда— Миша впилась взглядом в труп своего «нового хозяина», лежащий неподалеку. Там, где должна была быть голова, зияла пустота. Виднелся лишь ровный срез на шее. Она искала его голову, желая в последний раз увидеть лицо, но та, должно быть, упала вниз — её нигде не было. «...» Теперь она понимала. Новый хозяин не был хозяином истинным. Он просто каким-то образом украл душу Сильвии и на время примерил маску господина. Зная правду, она не должна была ничего к нему чувствовать. Ей следовало злиться из-за обмана. Но почему же— «Хозяин...» Почему она всё ещё видела в нем своего господина? Возможно, потому что... «Возможно...» Потому что он был добр. С ней, с Морден. Со всеми марионетками в лаборатории — простыми вещами, инструментами. «Человек, который был хозяином» был милосерден к каждому. Его доброта согрела их всех. «Значит, такой добрый человек, как вы...» Пусть он и не был истинным господином. Миша протянула руку к безжизненному телу «человека, который был хозяином». «Я буду помнить». ...... Я открыл глаза и увидел знакомый потолок. Снова хижина. Как и ожидалось, я регрессировал к самой начальной точке. На данном этапе оставалось признать — я стал бесконечным регрессором. — Фух. Эта тесная хибара площадью в четыре пхёна. Я больше не желал её видеть, но этот проклятый мир, похоже, не собирался даровать мне счастья. — Проклятье. И что мне теперь делать? Сидеть здесь и ждать прихода Сильвии? А что, если она обнаружит следы контракта и использует их против меня? В прошлой жизни контракт был расторгнут. Татуировка на груди исчезла. Я знал, что в теле больше нет и следа присутствия Сильвии, но всё же... «На душе неспокойно». Я не мог гарантировать отсутствие какого-нибудь нелепого сюжетного поворота, вроде осколков контракта, застрявших в глубине души. Если их нет — прекрасно, но если остался хоть след... В этот раз контракт не защитит меня как прежде. Я наверняка стану подопытным образцом, буду гнить под её экспериментами и закончу как топливо для разума Марионетки-Богоубийцы. — Одна мысль об этом вызывает дрожь... Я нанес Сильвии удар, но быть раздавленным сразу после этого — высшая несправедливость. Побывав в этом мире не раз, я уяснил: верить можно только самому себе! Вариант с ожиданием Сильвии даже не рассматривался. — Значит, побег? Я снова осмотрел хижину. Раньше я пытался сбежать несколько раз, но всегда терпел неудачу. Однако старый я и я нынешний — две разные личности. — Хе. Теперь я регрессировал с нормальной магией за плечами. Это уже не то баловство, что раньше. Я поднялся, уверенно ухмыляясь. Хижина обладала функцией зеркала — она возвращала атаки, умножая их мощь, что однажды меня уже убило. Наполовину сильный удар тут не поможет. Нужна была мощь, способная разнести эту конуру в щепки. «Стереть её в пыль, как Сильвия своей колоссальной силой, я не смогу». Даже сейчас мне не под силу испепелить хижину до основания. Но пробить путь наружу казалось вполне возможным. — Либо я уничтожу её, либо сдохну. Даже с магией моё тело осталось прежним. Если Сильвия его не модифицировала, оно может не выдержать нагрузки. — Шанс всего один. Я мог бы пытаться бесконечно, просто пробуя сбежать, но покончу с этим за один раз. Наполнившись решимостью, я воззвал к мане. — Огонь... Искры вспыхнули на кончиках пальцев. Я пустил их по полу, заставляя вращаться вокруг себя. [— Хи-хи!] [— Ха-ха-ха!] Смех духов звучал отчетливее, чем прежде. Мои навыки выросли или это просто воображение? «Неважно, чувства отличные». Пламя замкнулось в кольцо, источая багровое сияние. Я расширил его, увеличивая охват. Магия, расчистившая мне путь в прошлой жизни, развернулась вновь. — ...Столп!! Ба-бах—! Из очерченного круга взметнулась огненная колонна. Хрясь—! Жар мгновенно затопил всё внутреннее пространство хижины. Гул—! В то же мгновение хижина засветилась, готовясь вернуть силу удара. «Проклятье, неужели провал?» Огненный столп стал мощнее, но защита хижины по-прежнему была выше. «Проклятая ведьма!» Что же она сотворила с этой дряхлой лачугой? Я должен был разрушить её до того, как атака отразится обратно. Стиснув зубы, я влил ещё больше маны. — Разрушься, тварь!! Но прочность стен превосходила всякое понимание. Я почувствовал, как кружащее пламя начинает отступать под давлением превосходящей силы. Хижина на полную мощность активировала магию отражения. «Я даже дом сломать не могу?» Нет. То, чему меня учили Миша и Морден, не было таким слабым. Они научили меня иному. — Я не настолько жалок, чтобы меня остановили здесь. Однажды Морден преподала мне урок: — Хозяин, магия духов может свободно менять форму по воле заклинателя. Это нелегко, но практикуйтесь, помня об этом. Так вы шагнете на ступень выше. Как она и говорила, вся магия, которую я изучил, была едина по сути и лишь различалась по форме. Если суть оставалась прежней — я мог придать ей другой облик. «Более агрессивный...» Нужна была точка, способная пронзить и сокрушить монолитную стену. Копье. Нет, не обычное копье— Центром пламени был я сам. Облик огня начал меняться. «Я справлюсь, ведь так?» Я направил свою волю духам, и те двинулись в унисон, словно говоря: «Предоставь это нам». Духи огня сжались в одну точку, тонкие нити пламени сплелись в коническую форму. Похожий на копье конус из огня начал отращивать длинное древко, изрыгая жар внутрь себя. Огромный лэнс — кавалерийское копье, созданное, чтобы пронзать врагов на полном скаку. Пламя, бушующее в хижине, втянулось в это оружие. От массивного лэнса исходил удушающий зной. Рев—! Хижина, издав звук, похожий на рев, попыталась усилить и высвободить поглощенный удар. — Пронзи. Одновременно с этим я метнул лэнс в стену. В тесном пространстве дистанция была ничтожной, но пламя сдетонировало. Огонь вырвался из основания древка. Бум—! Ослепительная ударная волна от стен хижины хлынула на меня. Раньше меня бы просто смело, отправив в немедленную регрессию. Повторится ли это? Я ухмыльнулся. — Не в этот раз! Огненный лэнс мелькнул желтой молнией, прошибая обе стены хижины насквозь. И тогда— Хрясь—! Не выдержав колоссального напора, хижина рухнула. Лэнс пронесся сквозь лес, испепеляя деревья и траву, и врезался в огромный валун. Ба-бах—! Прогремел взрыв. Ударная волна была настолько мощной, что разметала обломки хижины в разные стороны. — ... Я завороженно смотрел на эту сцену, а затем перевел взгляд на обугленные останки своего жилища. Один факт стал предельно ясен. «Если разрушена хоть одна стена, все функции магического строения прекращаются». Когда первая стена пала, угроза отражения исчезла, словно её и не было. А ведь она должна была вернуться со смертоносной силой. — Фух. Я выжил, но осознание пришло не сразу. — Я разрушил хижину и устроил в лесу грандиозный бабах. И сделал это на собственных навыках, без единой капли везения. Да, я это сделал. Я закрыл глаза и глубоко вдохнул. — Ха-а... а что это за запах? Неужели это аромат свободы? У свободы, судя по всему, был легкий запах гари. ...Нет, погодите. — Свобода пахнет гарью? Что-то тут не так. Почуяв неладное, я взглянул на лес. — Ох. В мгновение ока лес был охвачен пожаром. ...... Я виновато смотрел на пылающие заросли. К счастью, с помощью духов мне удалось быстро усмирить разбушевавшееся пламя. Огонь потух довольно скоро. «...Я бы подох без духов». Без них я бы и магию толком не применил, но благодаря им — выжил. В этот засушливый сезон костер легко мог обернуться верховым пожаром, но духи огня мигом нашли очаги, а духи воды помогли всё потушить. — Повезло? Если бы другие стихийные сущности не проявили ко мне интереса, я бы либо сгорел, либо задохнулся угарным газом. От этой мысли мороз продрал по коже. — В любом случае — я успешно сбежал! Реальность обретенной свободы наконец-то настигла меня. Итак, куда теперь? До прихода Сильвии времени было предостаточно. Я выяснил еще одну деталь: хижина не была настроена оповещать Сильвию, если что-то пойдет не так. Если бы было иначе, она бы явилась мгновенно еще во время моих прошлых экспериментов. — Пора в путь. В отличие от прошлой жизни, теперь я пойду своей дорогой. Я видел статую Геррика и знал тропу к Лаборатории. Значит, нужно идти в противоположную сторону от того места, где может быть Сильвия. Если наши пути не пересекутся, она не станет утруждать себя моими поисками. «Шаг за шагом». Для начала нужно выбраться из леса и найти главный тракт. Походкой легкой как никогда я зашагал туда, куда несли меня ноги. ...... Спустя некоторое время после того, как Каль разрушил хижину и ушел... — Хм. Женщина в белом платье с ярко-розовыми волосами плавно опустилась перед руинами. Сильвия окинула взглядом развалины и обугленный лес. — Хм. Она протянула руку, считывая остаточные потоки маны в воздухе. Спустя пять секунд она опустила ладонь. По одним лишь следам энергии она примерно поняла, что произошло. — Несет духами. Уголки её губ поползли вверх. — Он сбежал. Она вспомнила день, когда он сам вошел к ней. Он был обычным человеком, который едва владел маной, не говоря уже об истинной магии. И всё же он разрушил хижину магией огня, приручив духов, и скрылся. Возможно, помог «Лесной Хозяин», но причин для вмешательства у того не было. Во-первых, Лесной Хозяин не желал конфликтов с ней, во-вторых — он был не из тех, кто заботится о застрявших в ловушках глупцах. Значит, он действительно выбрался сам... — Забавно. Ей хотелось выследить ману и схватить беглеца, но тот ушел вглубь леса. Даже Сильвия не хотела лишний раз злить Лесного Хозяина, рыская по его владениям. Единственным дозволенным ей местом была эта хибара в четыре пхёна. Хрусть—! По одному её жесту разрушенная хижина начала самовосстанавливаться. — Пока вернемся. Но прежде... Сильвия развеяла ману над землей, подобно пыли. У неё было чувство, что этот беглец когда-нибудь сюда вернется. Это была мера предосторожности именно на такой случай. — Было бы славно встретиться. С соблазнительной улыбкой, под порывом ветра Сильвия исчезла из леса, словно её никогда здесь и не было.