*(Прим.: Термин «五好青年**» («Пять добродетелей молодежи») восходит к социалистическим кампаниям Китая, где «**五好» («пять добродетелей») обозначал набор качеств, которыми должен обладать идеальный гражданин. В разные периоды критерии менялись, но обычно включали: Идейную сознательность (лояльность партии), Трудолюбие, Образованность, Нравственность, Физическое здоровье.)*
Чэнь Майдун потрогал карман с сигаретами и спросил:
— Ты зачем меня пнула?
Чжуан Цзе ответила:
— Подумала, ты великодушный.
Чэнь Майдун посмотрел на неё, закусил сигарету, кивнул и направился к зданию похоронного бюро.
Чжуан Цзе, следуя за ним, спросила:
— Когда мэр тебя хвалил, ты даже не улыбнулся. Почему?
— Профессиональная привычка. Я никогда не улыбаюсь.
— Какая профессиональная привычка?
— …
— Теперь поняла. — Чжуан Цзе мгновенно сообразила. — Целый день видишь тела и рыдающих родственников, тут действительно не до улыбок.
— Раньше ты была тихой и молчаливой. — Чэнь Майдун брезгливо сморщился от её болтовни.
— Ты сам сказал — «раньше». — Она мысленно подсчитала. — Прошло уже почти шестнадцать лет.
— Ты тоже сильно изменился. Ты в школе задирал девчонкам юбки…
Чэнь Майдун резко остановился:
— Я никогда не поднимал юбки.
— Ладно, ладно, я ошиблась.
— Все тогда носили школьные брюки. Как бы я их поднимал? — Он пристально посмотрел на неё.
— Хорошо-о, я перепутала.
Чэнь Майдун хотел что-то добавить, стряхнул пепел с сигареты, но так и не проронил ни слова.
Чжуан Цзе оглянулась на здание администрации позади и заметила:
— Хоть все сейчас и рвутся тут «вернуть долг родному краю», погоди — разъедутся по своим делам, и постепенно забудут.
— Это потому что у тебя самой нет связи с Наньпином. Ты приехала сюда только в четырнадцать. — Чэнь Майдун носком ботинка раздавил окурок и указал на промышленную зону. — Семья Вань привлекла инвестиции. Там планируют объединить несколько фабрик в крупный мясокомбинат.
— Мясокомбинат?
— На горе Синшань уже разбили террасные поля, а в деревне Янгоу засадили десятки му ямсом. Всё это делают те, кто уехал работать в другие места, но не забывает о родных краях. Почва здесь плохая, поэтому приходится разрабатывать её по условиям. Как говорят, «вместе дрова горят ярче». Мэр на собрании как раз об этом и говорил.
Чжуан Цзе долго смотрела на него, потом выдала:
— Ты такой серьёзный, аж страшно.
Она опустила глаза и пролистала рекламный буклет. На второй странице красовалась информация о ямсе: преимущества сорта, годовой урожай, а внизу подпись: «Приглашаем к сотрудничеству. Звоните!»
— У этого ямса нет преимуществ. В Хэнане ямс и так знаменит, там целые районы под его выращивание. Да и в Шаньдуне, и в Хубэе тоже…
— Тогда предложи идею. Что лучше сажать? — перебил её Чэнь Майдун.
— Что-нибудь новое.
— У тебя связи широкие. Знаешь тех, кто занимается деревьями? — спросил он.
— Какие деревья? Потом спрошу.
— Ну, как в играх — золотые, с монетами вместо листьев. Чтоб ветер подует, и они сыпались, звеня. Или хотя бы красные, с купюрами. — Он говорил с полной серьёзностью.
— …
*(П.п. Банкноты красного цвета – это 100 юаней.)*
Чжуан Цзе залилась смехом, потом стукнула его по плечу:
— Пошли поедим? Заодно кино посмотрим.
Чэнь Майдун подумал, одолжил у неё телефон, позвонил в бюро узнать, много ли работы. Положив трубку, спросил:
— Что будем есть?
— Простую еду. Мне недавно часть желудка удалили, пока не могу ничего жёсткого или жирного.
— Тогда в кафе «Сяоли», там каши.
— Давай.
— А что, в больших городах так уж хорошо? — вдруг спросил он.
— Конечно, хорошо. Готова даже весь желудок удалить, лишь бы там остаться. — Это, разумеется, была шутка.
— Видимо, совсем больная. — Чэнь Майдун бросил небрежно.
— Ты вернулся сюда только из-за бабушки. Если бы её не было, разве приехал бы? — Чжуан Цзе усмехнулась. — И ещё говоришь про «развитие родного края».
— Это мэр вам в уши наговорил. — Чэнь Майдун даже не стал спорить. Он взглянул на заброшенный двор у дороги и сказал. — Подожди минутку.
Чжуан Цзе постояла, наблюдая, как он заходит в полуразрушенные ворота. Услышав звук воды, она заглянула внутрь и возмутилась:
— Совсем приличие потерял?
— При чём тут приличие, когда писаешь? — Он придерживал зубами сигарету, поправляя штаны.
— Почему не сделал это у себя во дворе? — Хотя тот двор и был заброшен десятки лет.
— Не смог терпеть.
После чая, выпитого за день, Чжуан Цзе тоже захотелось в туалет, но она решила дождаться кафе. Однако Чэнь Майдун сначала решил заехать в бюро за телефоном. Чжуан Цзе осталась на перекрёстке, жестом показав, что сама туда не пойдёт. Чэнь Майдун подъехал на мотоцикле, и она, усевшись сзади, спросила:
— Почему на собрание не приехал на мотоцикле?
— Мотоцикл похоронного бюро нельзя парковать где попало.
— Неужели такие правила? — Она не поняла, но продолжила. — А у кафе «Сяоли» ставить не грех? — Тут же спохватилась. — Стой, стой!
Чэнь Майдун остановился, а Чжуан Цзе, ворча, слезла с мотоцикла:
— Я лучше пешком пройдусь.
Чэнь Майдун чуть улыбнулся, догнал её и сказал:
— Раз уж потревожили, просто извинись — и всё.
Чжуан Цзе поняла, что он шутит, сложила ладони и пробормотала:
— Простите, простите, не подумала. — Затем снова села на мотоцикл.
Чжуан Цзе, обладая огромным любопытством, за обедом спросила, сталкивался ли он с паранормальными явлениями. Чэнь Майдун посмотрел на неё взглядом, полным презрения к её глупости, и ответил:
— Никогда.
— А бывало, что кого-то задвигали в кремационную печь, а они ожив… — начала она.
— Невозможно. К тому же, если уж задвинули, обратного пути нет. — Чэнь Майдун начал объяснять как эксперт. — Бывали случаи, когда люди открывали глаза на этапе подготовки к погребению. Но как только доходит до кремации, шансов выжить практически нет.
— И это пугающе. Те, кто готовит тела, наверное, с ума сходят от страха. — Чжуан Цзе оживилась. — У меня личный опыт. В детстве у нас была тётушка с плохим здоровьем. Однажды она внезапно сошла с ума, рыдала и кричала, что хочет домой, к своим детям. Но то, о чём она говорила, полностью совпадало с историей другой женщины из нашей деревни, которая погибла в аварии… Вся наша семья не могла её удержать, она была невероятно сильна. Потом позвали одну старушку, та надавила на какую-то точку на её теле, и тётушка потеряла сознание. Когда она очнулась, ничего не помнила. — Чжуан Цзе серьёзно добавила: — Я верю в науку, но также верю в то, что наука объяснить не может.
— Я тоже верю. Человек должен сохранять благоговение перед неизвестным. — Сказал Чэнь Майдун.
— У меня есть подруга, которая утверждает, что видела свою мать. Та была не в белых одеждах с распущенными волосами, а одета как при жизни. Поэтому все эти киношные истории о привидениях — враньё.
Чэнь Майдун опустил голову, продолжая есть кашу.
Чжуан Цзе какое-то время смотрела на него, потом сделала глоток каши и заявила:
— Вообще-то ты вполне привлекателен. Не должен быть одинок.
— И тебе не стоит снижать планку в выборе спутника из-за своей профессии. Тот, кто тебя понимает, примет твою работу. А кто не понимает — даже если ты сменишь профессию ради него, толку не будет.
Чэнь Майдун уставился на неё.
__________
*Оставляйте свои комментарии, что вы думаете о главных героях и о переводе. Будет очень приятно получить от вас обратную реакцию.*
Обновлено: 02.02.2026