Глава 7 — Глава 7

Глава 7 *** — Ты всё никак не мог успокоиться у меня на руках, пока я тебя не отпустила, — мягко ответила Кукла. — Сразу после этого ты подполз к юной леди и уснул прямо на ней. По-моему, это выглядит весьма очаровательно, не находишь? Я едва сдержал тяжелый вздох. Ну разумеется, Кукла находила это очаровательным. Она была совершенно невосприимчива к тому отвращению, которое испытал бы любой нормальный человек при виде младенца-Великого, похожего на огромную бледную пиявку. Я уже намеревался подойти и снять это существо с Цири, как вдруг младенец повернул ко мне свою увенчанную щупальцами голову. В то же мгновение меня накрыло странное, тошнотворное чувство, похожее на приступ внезапного головокружения. «*Не надо. Помощь*». В сознании прозвучал тонкий, едва различимый голосок. Мои глаза расширились: то ли мне почудилось, то ли это склизкое создание только что обратилось ко мне. — Ты это слышала? — спросил я, глядя на Куклу. — О чем ты, Джозеф? Её ответ ничуть не придал мне уверенности, но я постарался скрыть тревогу. — Забудь, пустяки. Должно быть, мне просто нужно поспать, — пробормотал я, не сводя глаз с младенца. Стоило тому отвести взгляд и снова пристроить голову на боку Цири, как дурнота, терзавшая меня, мгновенно отступила. — Тогда отдыхай, Джозеф. Охотнику нужны силы. Я присмотрю за тобой и Цири, пока вы не проснетесь. Искреннее обещание Куклы окончательно подорвало ту искусственную бодрость, что поддерживала меня после всех злоключений. Я благодарно улыбнулся и кивнул. Подойдя к свободному креслу, я снял со спины Лунный двуручный меч и прислонил его к сиденью. Устроившись поудобнее, я крепко сжал рукоять левой рукой на случай внезапного нападения. Веки медленно потяжелели, и сон наконец овладел мною. *** Мне снилась пустота. Она не была ослепительно-белой, скорее её заполнял густой туман, переливающийся всеми оттенками молочного и серого. Я двинулся вперед, и мои шаги отозвались негромкими всплесками — под пеленой тумана земля была скрыта слоем воды. Я продолжал идти, и в голове набатом забило чувство, что за мной наблюдают. Кто-то или что-то, надежно укрытое дымкой, преследовало меня в этом призрачном пространстве. Настороженность росла: кроме моих собственных, не слышалось ни единого всплеска. Мой преследователь либо двигался совершенно бесшумно, либо умел летать. Я пытался сохранять ровный темп, углубляясь в гнетущий туман, но чем дольше я шел, тем сильнее кружилась голова. Сначала это было легко игнорировать, но вскоре шаги стали вязкими, стоять на ногах становилось всё труднее, а голова словно налилась свинцом. — Мы люди? — донесся голос из тумана. Я хотел ответить, отчаянно желал сказать этому неведомому существу: «Да, я человек!», но челюсти словно одеревенели, а голос застрял в горле. И всё же это не было правдой до конца. По логике вещей, я должен быть Великим, но я никак не мог заставить себя признать это. Сумею ли я увидеть свою семью или хотя бы связаться с ней, если окончательно отрину свою человеческую природу? — Возможно. Является ли человечность физическим состоянием или же это состояние ума? — отозвался голос. Это существо слышало мои мысли? Что оно вообще такое? — Я слышу. Это... трудно. Возможно, со временем... станет лучше? Увидим. Я не успел осмыслить сказанное: что-то сдавило мне грудь и с силой потянуло сквозь туман наружу. *** Я резко открыл глаза и обнаружил, что нахожусь в Мастерской. Кое-что изменилось: Цири уже пришла в себя, а младенец теперь мирно почивал на коленях у Куклы. Разум всё еще застилали образы только что покинутого сна, но поразмышлять над ними мне не дали. — Джозеф, ты наконец проснулся, — с улыбкой промолвила Кукла. — Твоя гостья, Цири, пришла в себя чуть раньше тебя. При этих словах я встретился взглядом с изумрудными глазами девушки. — Как самочувствие? — спросил я, разминая затекшие суставы. — Куда лучше, спасибо тебе. Удивительно, но рана даже не болит. Что бы ты ни сделал — это сработало как по волшебству. Её слова показались мне странными. Я умел штопать раны, но не обладал достаточным мастерством, чтобы полностью избавить человека от боли после такого глубокого пореза. Мой взгляд скользнул к младенцу. Уж не приложил ли этот юный Великий свои... щупальца к её чудесному исцелению? — Рад слышать. Вижу, вы с Куклой уже познакомились, — я указал на свою помощницу. — Да, я как раз хотела спросить о ней. Что она такое? И что это за существо у неё на коленях? Её искреннее любопытство и полное отсутствие страха перед объектами своих расспросов невольно меня позабавили. — Кукла была создана по образу ученицы одного охотника, Германа, который когда-то заправлял этой Мастерской. Из-за особенностей Сна она обрела жизнь и сознание — благодаря той заботе, которой её окружали здешние охотники. Она — самостоятельная личность, способная на собственный выбор. И её выбор — помогать тем, кто приходит в этот Сон. — Маги в моем мире, наверное, убили бы за секрет её устройства, — заметила Цири, с интересом разглядывая искусственное создание. — А что насчет существа у неё на коленях? Этот вопрос заставил меня немного занервничать, но я решил ответить честно. Если не ради неё, то хотя бы ради того, чтобы самому привыкнуть к мысли о своей новой природе. — Помнишь, я рассказывал тебе о Великих? — Цири кивнула. — Перед твоим появлением я сразился с последним из них, Присутствием Луны. Множество факторов — и то, кем была эта сущность, и то, что я сам принес в ту битву — привели к тому, что, убив её, я каким-то образом сам стал Великим. Цири перевела взгляд с меня на младенца, а затем снова на меня. — Тогда как это создание связано с тобой? — Это создание и есть я. Как и следовало ожидать, лицо пепельноволосой девушки исказилось от недоумения. — Мне объяснили это так: я — это человечность моей формы Великого, обретшая плоть. Я из плоти и крови, как и ты, просто во мне есть... кое-что сверх того. Поверь, для меня всё это так же в новинку и так же запутанно, как и для тебя. — Вижу. Значит ли это, что у вас один разум на двоих? У меня столько вопросов... Я невольно рассмеялся, глядя на её реакцию. — Что смешного? — удивилась она. — Прости, — я постарался успокоиться. — Просто я боялся, что ты в ужасе шарахнешься от меня или начнешь относиться как к чудовищу, которое нужно немедленно уничтожить. А ты ведешь себя совсем иначе. Цири пожала плечами и приняла сидячее положение. — Ты помог мне и перевязал раны, хотя мог просто убить. К тому же один из моих близких всю жизнь страдает от того, что его считают монстром из-за мутаций, которые позволили ему с этими самыми монстрами сражаться. Было бы верхом лицемерия с моей стороны относиться к тебе так же, зная, как несправедливо поступают с моим отцом. — Спасибо за понимание, — искренне поблагодарил я. — Что до твоего вопроса — я и сам не знаю, делим ли мы разум. Я не слышу его мыслей, не вижу его глазами и не чувствую того, что чувствует он. Слишком рано судить, как работает эта связь между нами. Я поднялся с кресла, подошел к припасам и достал немного сыра, еще один бурдюк с водой и несколько кусков вяленого мяса. Вернувшись к Цири, я протянул еду ей, оставив одну порцию себе, и снова сел в кресло. Оторвав кусок мяса, я принялся жевать, наблюдая за тем, как ест девушка. — Ты упоминала, что за тобой охотятся. Кто они такие и почему преследуют тебя?