Глава 7 — Глава 6.

Таньинь даже не заметила бормотания Юань Чжуна: её внимание целиком и полностью захватил этот необыкновенный процветающий город. Она выпрыгнула из повозки и огляделась по сторонам. От множества диковинок глаза разбегались, она даже не знала, с чего начать. Навстречу, потряхивая детским барабанчиком, шёл уличный торговец, а за спиной у него висел деревянный ящик в половину человеческого роста, утыканный разноцветными вертушками и прочими безделушками. Торговец на ходу зазывал покупателей и мгновенно привлёк взгляд Таньинь. Она невольно подошла поближе, ухватила висевшую на ящике маленькую рыбку, сплетённую из бусин, и принялась разглядывать, не в силах оторваться. — Тебе… нравится? — Лицо Юань Чжуна выражало удивление. В этой рыбке из бусин не было ничего изящного или оригинального, подобные вещи можно увидеть где угодно. Чем же она смогла привлечь её внимание? Таньинь с головой ушла в любование безделушками, полностью игнорируя Юань Чжуна. В те времена, когда она жила обычной жизнью, мир смертных ещё не был таким цветущим и подобных забавных мелочей в нём тем более не водилось. Хотя ее предки из семейства Цзи достигли вершин мастерства, никто из них не изготавливал таких вещей. Увидев крошечную лисичку, сплетённую из красных бусин, такую прелестную, будто живую, она не удержалась и погладила её. Торговец, заметив её интерес, улыбнулся: — Это всё ручная работа, стоит недорого. Если нравится, купи одну вещицу, а вторую я тебе подарю. Таньинь и вправду заинтересовалась. Вдруг кто-то слегка потянул её за рукав. Это Юань Чжун подошёл поближе, устремляя на неё выжидающий взгляд: — Сестрица Сяо Цзи, тебе так нравятся лисы? Я потом превращусь для тебя, хочешь? Уверяю тебя, я буду лисом в тысячу раз красивее этой... Не успел он договорить, как Таньинь отошла в сторону: её внимание уже привлёк прилавок с глиняными фигурками на другой стороне улицы. Уличный торговец, видя, что она ушла далеко, оглянулся на верховного жреца и едва заметно кивнул. Юань Чжун улыбнулся, взял ту самую лисичку из бусин, которую только что гладила девушка, и спросил: — Сколько? Торговец кисло улыбнулся, но, не говоря ни слова, вручил ему и лисицу, и рыбку, заодно подарил и маленькую вертушку, после чего ушёл. Юань Чжун подул на вертушку и одновременно раскрошил в ладони рыбку из бусин. В тот же миг в его ушах зазвучал тайный шёпот: «Я долго наводил справки, но безрезультатно. В прошлом той девушки есть что-то странное, продолжаю расследовать». Жрец еще раз дунул на вертушку, чтобы та закружилась быстрее, а сам неспешно подошёл к Таньинь и, похлопав её по плечу, с улыбкой сказал: — Сестрица Сяо Цзи, это тебе, поиграй. Таньинь явно понравилась эта обыкновенная вертушка. Лисичкой из бусин она немного полюбовалась, а затем спрятала в рукав, а вертушку разглядывала, не выпуская из рук, время от времени слегка дула на неё и наблюдала, как та, подрагивая, крутится в вихре разных цветов. *** Юань Чжун, изнемогая от скуки, подпер рукой подбородок и едва не распластался на столе. — И что в ней такого интересного? — вздохнул он. — Таких штук везде пруд пруди, они же нравятся только трёхлетним детям. Заметив, что Таньинь молчит, он поспешил с улыбкой добавить: — Я не говорю, что сестрица Сяо Цзи ведёт себя как ребёнок. Твоя непосредственность мне очень по душе. Таньинь по-прежнему сохраняла молчание: ей действительно было нечего сказать ему, поэтому она продолжила безмолвно пить чай. Юань Чжун, похоже, решительно настроенный разговорить её, подмигнул и предложил: — Давай сначала допьём чай, потом ты, Сяо Цзи, пойди отдохни немного в комнате, а я поищу в городе мастера. Мою повозку давно не ремонтировали, трясёт так, что до костей пробирает. Когда починим, поедем на Мандариновое озеро, это местечко принадлежит нашему клану, там тихо и спокойно. Показать тебе, а? Едва Таньинь услышала, что повозку нужно чинить, у неё заблестели глаза. — Повозка внизу? — уточнила она, вставая. Юань Чжун с изумлением проследил взглядом, как она спускается по лестнице, и удивлённо спросил ей вслед: — Сестрица Сяо Цзи, ты куда? — Чинить повозку, — последовал краткий ответ. Чинить? Она собралась починить её или совсем поломать?! Юань Чжун, предвидя опасность, грозящую его любимой повозке, поспешил следом. Его величественная, роскошная повозка стояла во внутреннем дворе того местечка, где они остановились. Слуги с должным почтением ухаживали за ней, не смея выказать ни капли пренебрежения, даже расчесали оперение райским птицам, отчего те стали ещё белоснежнее и прелестнее. Таньинь, наклонившись, осмотрела центральную ось повозки. В руке у неё неизвестно откуда взялся маленький чёрный молоточек, которым она принялась постукивать то в одном месте, то в другом. От этих звуков сердце Юань Чжуна чуть не выпрыгнуло из груди, и он поспешил вмешаться, заискивающе улыбаясь: — Сестрица Сяо Цзи, не стоит утруждать cебя такой грубой работой... Таньинь выпрямилась, засунула молоток в мешочек цянькунь у себя на поясе и заявила: — На оси трещина, поэтому её перекосило. Ось нужно заменить. У Юань Чжуна чуть не отвисла челюсть. Оказывается, она и вправду умеет чинить повозки? Он посмотрел на неё уже другим, более задумчивым взглядом. Эта девушка была полна противоречий и допустила уже кучу промахов — и ожидаемых, и тех, которых делать совсем не следовало. Кто бы ни подослал её шпионить, он совершил глупейшую ошибку, выбрав для этой роли именно Таньинь. Юань Чжуну уже наскучило подыгрывать её притворной уступчивости. Он пристально посмотрел на расписной мешочек у её пояса и задал вопрос в лоб: — Это мешочек цянькунь? Таньинь, однако, лишь слабо улыбнулась, и на её лице даже мелькнуло странное выражение, будто она по непонятной причине довольна собой. — Вы узнаёте его? Она, конечно, предполагала, что множество людей захотят обладать четырьмя мешочками цянькунь, которые она успела создать в конце своей короткой жизни, но не ожидала, что спустя столько лет их всё ещё узнают. Юань Чжун закатил глаза: — Конечно, узнаю, это редкий и ценный артефакт. Цянькунь был изобретен каким-то древним мастером, и до сих пор неизвестно, сколько именно таких мешочков он создал. Юань Чжун знал лишь, что один из них хранился в сокровищнице царства Цюн, один — у клана призрачных воинов, и ещё один, по слухам, видели в восточном царстве Великая Янь. Все прочие легенды оказались ложными. Чей же был этот цянькунь, что висел у неё на поясе? — Редкое? — недоумённо переспросила Таньинь. Она всегда думала, что за столько лет в мире смертных непременно найдутся таланты, способные создать ещё множество таких мешочков. Юань Чжун покачал головой и сменил тему: — Сестрица Сяо Цзи, так значит, ты умеешь чинить повозки? Она в кои-то веки покраснела: — Я не очень-то хорошо в этом разбираюсь, но знаю, что чёрное дерево хоть и ценное, но для оси повозки не подходит, оно слишком твёрдое и ломкое. Лучше заменить ось на кипарисовую, так будет намного удобнее. Юань Чжун невольно умолк, но через мгновение со смешком произнёс: — Сестрица Сяо Цзи так много знает, неужели все эти познания передавались из уст в уста в твоей семье? На это Таньинь лишь покачала головой и добавила: — Давайте найдём ремесленника, чтобы заменить ось. Юань Чжун как раз собирался ей ответить, как вдруг издалека, со стороны гор на востоке, донёсся надрывный рёв. Не меняясь в лице, жрец обернулся и увидел, как в небе на востоке медленно разливается тонкая полоса красного тумана. Сохраняя невозмутимость, он повернулся к девушке и улыбнулся: — Я не отличу хорошую древесину от плохой. Раз ты, сестрица Сяо Цзи, в этом разбираешься, составь мне компанию — отправимся в горы, посмотрим, какая древесина подойдёт, как тебе такая идея? *** Когда бы Таньинь ни отправлялась в горы, она обычно преследовала лишь одну цель: выбрать древесину. В то время она была ещё совсем юна, но вела себя не по годам зрело. В отличие от других детей рода Цзи, которые во время походов в горы не переставали играть и весело смеяться, она всегда шла у отца за спиной, внимая его рассказам о том, как применяют разные породы дерева. Позже, когда отец уже был при смерти, он не мог успокоиться и говорил: «Таньинь, ты даже в детстве не резвилась, как остальные дети. Твой отец скоро уйдёт, я за тебя не тревожусь, но ты ведь такая серьёзная, такая замкнутая и молчаливая — как же ты найдёшь себе хорошего мужа?» Таньинь действительно была не в состоянии оценить красоту горного пейзажа: в то время она могла думать только о том, как изготовить тот или иной предмет, ничто другое её не интересовало. Теперь она сидела на спине райской птицы. Та двигалась медленно, пролетая у самых верхушек деревьев, и несколько раз Таньинь задевала листья подолом юбки. Вдали виднелись силуэты покрытых лесом гор, в высоком небе плыли редкие облака — такие пейзажи можно увидеть только в мире смертных. Юань Чжун был совсем рядом, верхом на другой райской птице, и без умолку о чём-то щебетал — остановить его болтовню было невозможно. Таньинь остановилась у самой макушки одного дерева, наклонившись, ухватила лист и внимательно рассмотрела. Юань Чжун подлетел поближе, словно намеревался прижаться вплотную, и спросил: — Что это за дерево? — Кипарис. Юань Чжун потянулся и улыбнулся: — Тогда давай сразу срубим это дерево и заберём, как раз на ось… Не успел он договорить, как услышал громкий свист рассекаемого воздуха. Райская птица, на которой он сидел, издала надрывный крик: что-то с силой разрезало ей крыло. Во все стороны брызнула кровь, и в тот же миг птица рухнула вниз. Таньинь перепугалась. Она было свесила голову вниз проверить, что с Юань Чжуном, но снизу вдруг вновь раздался причудливый свист. Заслышав этот звук, её собственная райская птица принялась беспокойно озираться по сторонам, а потом распахнула крылья и рванула вперёд. Едва не скатившись вниз, Таньинь поспешно обхватила испуганное создание за шею и попыталась его успокоить. Пронзительный свист раздался снова, но на этот раз удар пришёлся не по птице. Таньинь лишь почувствовала, что её колено пронзило холодом, следом тут же пришла острая боль. Она опустила взгляд и увидела на ноге длинную глубокую рану, оставленную неведомым острым оружием, даже кровь ещё не успела хлынуть. Напуганная Таньинь растерянно заозиралась, но не увидела ни души. Не успела она опомниться, как резкий свист позвучал снова, и спину словно рассекло острым лезвием. От боли она вся задрожала, руки соскальзывали с шеи райской птицы. Таньинь завалилась набок и полетела вниз с большой высоты. Как только его птице рассекли крыло, Юань Чжун среагировал мгновенно и спрыгнул, плавно и легко опустившись на землю. Снизу он заметил тень человека, мелькнувшую на вершине соседнего дерева, но, подумав, не стал его преследовать. Задрав голову и посмотрев по сторонам, он увидел, что птица Таньинь беспорядочно мечется из стороны в сторону и уносится всё дальше и дальше. Он нарочно завопил во всё горло: — Сестрица Сяо Цзи, не бойся! Я иду! С этими словами он бросился в погоню, но разве можно было её догнать? Вскоре птица Таньинь отлетела так далеко, что совсем скрылась из виду. Юань Чжун резко остановился. Слабый порыв горного ветра принёс тонкий аромат. Лицо Юань Чжуна мигом помрачнело, и он двинулся на восток, следуя за запахом. Вдруг он увидел впереди огромную глубокую яму, будто земля была выкопана каким-то гигантом. Юань Чжун осторожно приблизился и, посмотрев вниз, увидел на дне окровавленного рыжего лиса. Он определённо был уже мёртв. Рядом с его тельцем валялся разбитый деревянный ящик в половину человеческого роста, повсюду рассыпались бусы и маленькие безделушки. Клан Лис был искусен в создании благовоний, и даже их кровь пропитывалась особым ароматом. Здесь пролилось много лисьей крови, но насыщенный аромат уже мало-помалу рассеивался слабым горным ветром. Юань Чжун тяжело вздохнул, сложил ладони и молча поклонился телу лиса. Постепенно оно становилось прозрачным, пока не превратилось в множество сверкающих огоньков, которые окружили его, словно не желая расставаться, и лишь спустя долгое время медленно рассеялись. Сородич оставил ему последнее сообщение. Юань Чжун раскрыл ладонь, на которой мерцала строчка иероглифов, написанных мелким почерком: «Стычка с остатками клана призрачных воинов, вижу шестерых. Срочно сообщи клану на Мандариновом озере: надо быть начеку». Юань Чжун, не меняясь в лице, стёр надпись пальцем и не спеша обернулся. Сделав ещё один вздох, он вдруг произнёс: — Клан призрачных воинов теперь тоже научился подкрадываться из-за угла и нападать толпой на одного? Спустя несколько мгновений из леса медленно вышли несколько человек, одетых в чёрное, у всех — суровые лица с кроваво-красными зрачками. Их мрачные взгляды вонзились в Юань Чжуна. «Один, два, три, четыре...» — пересчитал он. Здесь было пять призрачных воинов. Неудивительно, что смерть сородича была такой быстрой и такой жестокой. Главарь призрачных воинов холодно произнёс: — Вы первыми причинили вред нашей госпоже Ли Чаоян. Чтобы отомстить, сегодня мы вырежем всех лис Мандаринового озера. Юань Чжун не сдержал смешка. Поглаживая правую руку, он покачал головой: — Оказывается, всё из-за Ли Чаоян. У меня тоже с ней свои счёты. Это я заточил её в лёд, а она мне отрубила правую руку — еле на место вернул, до сих пор подвижности не хватает. Призрачные воины тут же изменились в лице. Они слышали о верховном жреце клана Лис, но и подумать не могли, что им окажется этот неприметный человек. Один из воинов не выдержал, выхватил из-за пояса кнут и обрушил его на противника, желая раскроить ему голову. Юань Чжун увернулся, сделав шаг назад. В земле у его ног тут же образовалась большая вмятина. — Погодите, не спешите, — замахал он руками. — Мне неохота утруждаться, ведь в вашей группе кого-то не хватает – подожду, когда вы соберётесь, тогда вместе вас всех и перебью. Главарь холодно усмехнулся: — Ты сумел ранить госпожу Ли Чаоян, мы не смеем пренебрегать своим долгом и недооценивать тебя. Сегодня же ты отправишься на тот свет вместе со своей возлюбленной. Во…возлюбленной? Юань Чжун остолбенел. В этот самый момент из леса показались ещё две фигуры. Одна была в чёрном облачении и с красными глазами — вот и шестой призрачный воин. В руках он сжимал девушку, всю в крови. Это была Таньинь.