Один шанс системы — и вот он уже не безвестный попаданец, а кукловод монстра-исполина посреди мясорубки Вархаммера. Каждый растерзанный тиранид оборачивается золотом, а золото уходит в вес и броню гиганта, чтобы тот жрал орды заживо и не падал. Рядом — госпитальерша со шприцем наготове: стоит задремать — и неясно, кто убьёт первым, рой или она. Спать нельзя, ставки растут с каждым часом, а Империум уже присматривается к чудовищу как к оружию. Выдержит ли исполин осаду — или система потребует цену, которую даже он не готов платить?

Один шанс системы — и вот он уже не безвестный попаданец, а кукловод монстра-исполина посреди мясорубки Вархаммера. Каждый растерзанный тиранид оборачивается золотом, а золото уходит в вес и броню гиганта, чтобы тот жрал орды заживо и не падал. Рядом — госпитальерша со шприцем наготове: стоит задремать — и неясно, кто убьёт первым, рой или она. Спать нельзя, ставки растут с каждым часом, а Империум уже присматривается к чудовищу как к оружию. Выдержит ли исполин осаду — или система потребует цену, которую даже он не готов платить?