***
— Рад это слышать, мой мальчик. Теперь ещё шесть дней тяжёлых трудов — и в моих глазах ты станешь достойным, Претендент!
Нургл замолчал, а затем наклонился ближе и понизил голос:
— Сегодня мы дали тебе поблажку, чтобы ты пообвыкся. Завтра начнётся настоящая работа!
Леман едва не поперхнулся элем, а Нургл разразился раскатистым хохотом.
***
На следующее утро Русс поднялся с первыми лучами солнца, готовясь к двенадцатичасовому изнурительному марафону. За все те столетия, что он провёл в тренировках и сражениях, примарху ещё не доводилось так истязать собственную плоть. Это была подлинная проверка на прочность той силы, которой наделил его отец при создании. Пользуясь лишь верёвками и голыми руками, он возводил стены деревянных зданий, не уступавших размерами имперским жилым блокам. Обычным топором он валил вековые деревья, которые при падении сотрясали землю подобно поступи «Императора». Он таскал брёвна, мешки с урожаем и даже скот через утёсы, реки и непролазные чащи.
Взобравшись по отвесной скале без какой-либо страховки, чтобы вызволить заблудшую семирогую козу, Леман присел на валун и отер пот со лба. Он уже поднёс к губам кожаную флягу, как вдруг заметил мальчишку, который пристально за ним наблюдал. По сравнению с Леманом тот казался совсем крохотным, хотя на деле, скорее всего, был ростом с обычного взрослого человека. Из его тёмных вихров пробивались зачатки рогов, а поверх белой рубахи были надеты оливково-зелёные рабочие штаны на лямках.
— Могу я чем-то помочь, малец? — спросил Русс.
— Я Угур, брат Адму, — представился тот, сурово скрестив руки на груди. — Я слышал, ты пытался обидеть мою старшую сестру.
— Не тревожься, твой «дядя» быстро положил этому конец. Теперь я работаю на твоего отца, по крайней мере пока, — ответил Русс.
Мальчишка возмущённо фыркнул.
— Ну смотри! Если ещё раз что-нибудь выкинешь, я тебе задам, мистер!
Леман невольно ухмыльнулся.
«А паренёк не из робкого десятка, этого у него не отнять»
На следующий день труды продолжились. С утра Леман помогал высаживать саженцы для будущего сада. Как и следовало ожидать, это были далеко не обычные ростки: они больше походили на опорные колонны звездолёта, а лунки для них легко можно было спутать с кратерами от попадания турболазера. Он пробивался сквозь слои земли, глины, а порой и твёрдого скального основания. Закончив работу, Русс выбрался из ямы и, опираясь на лопату, отер лоб.
«Странный поворот судьбы», — подумал он.
Примарх, венец сверхчеловеческого совершенства, роет ямы и сажает деревья. Леман покачал головой и улыбнулся. Иных его братьев подобный чёрный труд счёл бы за оскорбление, но Руссу это, как ни странно, даже доставляло удовольствие. Выросший в суровом мире, где выживание зависело от силы рук и стойкости духа, он не понаслышке знал цену честному труду. В юности он охотился, собирал плоды и добывал пропитание у самой природы. Несмотря на разительную смену обстановки, суть оставалась прежней.
Его поразило то, насколько скромно жили эти почти божественные создания, которые, несомненно, ходили по этой земле гораздо дольше него. Их быт был простым и бесхитростным: усердный труд при свете дня, весёлые пиршества по вечерам и пробуждение на рассвете, чтобы начать всё сначала. Возможно, древние фенрисийские мифы о богах, живущих среди людей, были не так уж далеки от истины.
Русс усмехнулся. Отец не терпел ничего, что было связано с божественностью и религией.
«И вот я здесь — якшаюсь с ними, и не по своей воле, а по его приказу! Впрочем, эти боги, похоже, куда меньше жаждут крови и увечий, чем те, к которым я привык»
Его размышления прервал шелест листвы над головой.
— Эй, мистер Русс, глядите! Я нашла спелые плоды! — крикнула Адму, стоявшая высоко на дереве с двумя золотисто-оранжевыми фруктами в руках.
Внезапно ветка под ней дрогнула, и девушка потеряла равновесие. Раздался вскрик, и она сорвалась вниз. Леман среагировал мгновенно: рванувшись к ней, он подхватил её на лету. Адму оказалась в безопасности... хотя Русс слегка недооценил её вес, и ему пришлось изрядно поднапрячься, чтобы устоять на ногах.
— О-ой! С-спасибо, мистер Русс! — выдохнула Адму, поспешно соскользнув на землю.
Она густо покраснела.
— Мне так жаль, впредь я буду осторожнее! Вот, возьмите один, — она протянула ему фрукт. — В знак моей благодарности.
На её лице расцвела широкая улыбка, после чего она, всё ещё сгорая от смущения, быстро убежала прочь. Русс пожал плечами и откусил кусок сочного плода.
В короткие мгновения передышки Русс позволял себе просто созерцать окружающий мир. Фенрис никогда не славился «природной красотой» — если не считать той внушительной, пугающей мощи, что он излучал. Леман любил свой дом и всем сердцем жаждал когда-нибудь туда вернуться. Однако этот мир, с его пышной и яркой флорой и фауной, стал приятным отдыхом от тех преисподних, через которые ему приходилось пробираться, а порой и ползти до сих пор.
Каждое дерево, куст, папоротник или мох словно светились жизненной силой, стремясь ввысь. Русс не видел столь исполинских растений даже в джунглях Катачана — хотя здешние, к счастью, не пытались его прикончить. Сквозь листву в тени высокого полога он то и дело замечал великих зверей самых разных форм и размеров, исполненных сверхъестественной грации и мощи. Лоси, чьи рога не уступали размерами наплечнику космодесантника, сверкали в солнечных лучах. Чёрные волки с глазами цвета глубочайших океанов следили за ним из чащи. Огромные вепри взрывали землю могучими бивнями в поисках кореньев. Один раз Леман готов был поклясться, что видел в лесной глуши медведя, чей размер не уступал имперскому «Гибельному клинку».
День за днём Леман Русс продолжал трудиться без тени ропота. Плечом к плечу с Адму, которая, казалось, следовала за ним по пятам, и другими сыновьями и дочерями Нургла он проливал пот и кровь. По вечерам он пировал и веселился, а затем возвращался в свою скромную хижину и замертво падал на койку, давая сверхчеловеческому организму возможность восстановиться. Если быть честным, добрая половина его кампаний во времена Великого крестового похода не требовала таких физических усилий.
Но пока тело работало на пределе, разум примарха оставался ясным как никогда. Для Лемана было странно чувствовать себя таким... обычным. Он был создан, чтобы возвышаться над смертными, внушать им трепет одной своей аурой. Прирождённый лидер, не имеющий равных, кроме своих братьев и самого Императора. Здесь же он был просто заезжим гостем, чьё положение немногим отличалось от всех прочих. Король-Волк в роли простого батрака. Это было... приятно.
Лёжа в постели и чувствуя прикосновение мягкого меха к своей иссечённой шрамами коже, он позволял мыслям течь свободно, пока тело исцеляло само себя. Он закрыл глаза и на мгновение представил, что мог бы провести так остаток своих дней. Долг перед отцом, своим народом и Империумом никуда не исчез, он всегда таился где-то на задворках сознания, но сейчас примарх позволил себе мечтать о мирных временах.
***
Нургл отдыхал в своём любимом кресле, раскуривая трубку и наслаждаясь теплом очага.
— Доброй ночи, папа! — Адму внезапно обняла отца, отчего тот чуть не выронил трубку.
— Доброй ночи, мой маленький нарцисс, — ласково взлохматил он её волосы.
Нургл опустил взгляд и заметил, что дочь выглядит расстроенной.
— Не верится, что мистер Русс уезжает уже послезавтра, — прошептала она, надув губы. — Мне бы так хотелось, чтобы он остался ещё ненадолго.
Нургл вздохнул и погладил её по голове.
— Что ж, завтра у нас долгий день. Тебе пора в кровать, Адму.
Она поцеловала его в щёку и ушла к себе. Нургл снова взял трубку, но стоило ему поднести её к губам, как в столпе яростного пламени явился Кхорн. Нургл от неожиданности выронил трубку.
Обновлено: 03.02.2026