Глава 113 — Глава 45.2

– Да-да, я знаю, что живу у Вас бесплатно, постоянно Вас беспокою и пытаюсь выбить из Вас рукопись – это действительно нагло! Но раз уж мы живём под одной крышей, даже если мы не друзья, мы хотя бы чуть ближе, чем просто знакомые, верно? Поэтому, когда Вы запираетесь в комнате днём и ночью, я волнуюсь – да, я волнуюсь, что однажды постучу в Вашу дверь и не услышу ответа, а когда вернусь с работы, обнаружу, что Вы повесились на потолочном крюке, тело уже окоченело, а трупные пятна проступили из-за жары... Все эти дни я спрашиваю, что Вами, но Вы мне не отвечаете, не читаете сообщения в QQ, не отвечаете на SMS, не принимаете мои запросы в WeChat. Вы, наверное, думаете: "Почему она так лезет не в своё дело?" – но Ваши подписчики в Weibo уже готовы вызывать полицию, потому что Вы не заходили туда почти десять дней, Вы знаете об этом? Учитель Чжоу Чуань, даже если Вам кажется, что я лезу не в своё дело, я всё равно спрошу: что случилось с Вами в провинции S? Вас там подвесили и били плетьми, заставляя писать серьёзные литературные произведения, или что? Как мог вполне нормальный человек превратиться в такое несуразное нечто? Не пишете, не выгуливаете собаку, не сдаёте рукопись… Чу Ли говорила без остановки. Хотя она наговорила много, Чжоу Чуань почувствовал, что суть заключается в последних двенадцати иероглифах (1). "Если быть точным, то особенно в последних четырёх". Мужчина сидел на краю кровати, глядя в эти широко раскрытые глаза, которые в темноте всё равно сверкали, как у Эр Гоу, только ещё более жалобно. После долгой паузы он медленно произнёс:  – Откуда у тебя столько эмоций? Я просто спросил, почему у тебя такое большое лицо, в плане контура. Он сложил большие и указательные пальцы в форме буквы "L", сделал из них рамочку и посмотрел сквозь неё на лицо Чу Ли.  – Большое. Выражение беспокойства на лице Чу Ли застыло. Она медленно подняла руки, взяла пряди волос у висков и натянула их на лицо.  – ... А теперь?  – Ты что, придуриваешься?  – ... Молча опустив руки, Чу Ли увидела, как Чжоу Чуань сменил позу и с неожиданным терпением в голосе сказал:  – Ты не могла бы выйти? Со мной всё в порядке, я просто отдыхаю пару дней, разве у госслужащих нет отпуска? Писатель отдыхает десять дней или месяц – и это как будто раскопали могилу Цинь Шихуана (2)? Должно ли это действительно потрясти небо и всколыхнуть землю (3)? Чу Ли указала на плотно задёрнутые светонепроницаемые шторы в комнате Чжоу Чуаня, затем на колонки, в которых зацикленно играла "Lost River", и наконец на аниме с гаремом, которое шло на компьютере и совершенно не соответствовало атмосфере этого места и момента... Это было жутковато.  – Никто так не отдыхает, – Чу Ли поднялась с пола. – Я решила: сегодня мы не будем ужинать дома, пойдём куда-нибудь, я угощаю. Я знаю один ресторан недалеко от школы, там отлично готовят жареный рис с мясом и овощами… Она снова потянулась к запястью мужчины, но в темноте не заметила, как его взгляд дрогнул, и он отстранился, избегая её прикосновения:  – Выйти поесть? Ты нарушаешь пункт семь "Правил арендатора": запрещено заменять домашнюю еду едой навынос; а также пункт восемь: запрещено использовать преимущества совместного проживания для давления на арендодателя с целью выбить рукопись...  – Заткнись! Чу Ли протянула руку и закрыла его небритый рот. Чжоу Чуань ошеломлённо моргнул. Этот запах, смешанный с солнцем, потом и моющим средством, снова появился. Ладошка, прижатая к его носу и губам, была мягкой, как моти, и прохладной, как моти, только что вытащенный из холодильника. В комнате воцарилась тишина. Чу Ли убрала руку. Чжоу Чуань продолжил говорить:  – Пункт четыре: уважать арендодателя; пункт пять: почитать арендодателя... Чу Ли равнодушно сказала:  – Я жду Вас снаружи. Бросив эту решительную фразу, девушка наклонилась, погладила большую собаку, сидящую рядом, и вышла из тёмной комнаты мужчины в сопровождении пса. В гостиной за окном садилось солнце, оранжевый свет, как апельсиновый сок, просачивался в дом, окутывая её силуэт лёгким ореолом. Эта сцена запечатлелась в глазах мужчины, свернувшегося на кровати. Через тридцать секунд он сделал то, что тридцать секунд назад считал абсолютно невозможным и что никто не смог бы заставить его сделать: он медленно опустил ноги с кровати на ковёр, почувствовав, как мышцы голеней напряглись. Он замер. Это был сигнал от мозга, команда была ясна: я хочу встать, пойти за ней, выйти из комнаты. А сейчас... До запланированного Чжоу Чуанем времени "выхода из затвора" оставалось ещё целых семнадцать дней, четыре часа, тридцать шесть минут и восемнадцать секунд.  – … Мужчина взял телефон и впервые за много дней открыл свой Weibo. Игнорируя десятки тысяч упоминаний за последние десять дней с просьбами отыскать его, а также различные гневные, тревожные, беспокойные комментарии, он опубликовал пост. Очень короткий, всего несколько слов. * * * В тот же момент Чу Ли, стоящая за дверью, услышала звук уведомления Weibo о новом посте от особой подписки. Она остановилась, с любопытством достала телефон и увидела, что @Чжоу Чуань всего десять секунд назад опубликовал новый пост. Очень короткий, всего несколько слов. [Чжоу Чуань: Меня соблазнил свет.] Чу Ли на мгновение оказалась ошеломлена, а потом удивлённо вскинула брови. Подняв голову с выражением полного недоумения, она посмотрела на полуоткрытую дверь в тёмную, как чёрная дыра, комнату и громко спросила:  – Эй, пещерный поэт, какой ещё свет? В Вашей комнате есть свет? Неужели Вы так долго сидели взаперти, что начали галлюцинировать... В комнате воцарилась тишина примерно на десять секунд, после чего раздался раздражённый голос мужчины:  – Заткнись. _____ 1. Последнее предложение её "маленькой" речи состоит из двенадцати иероглифов. 2. 秦始皇 (qín shǐhuáng) – исторический персонаж – Цинь Ши Хуан – основатель династии Цинь, положивший конец двухсотлетней эпохе Сражающихся Царств. К 221 году до нашей эры он воцарился над единой державой на всей территории Внутреннего Китая и вошёл в историю как создатель и правитель первого централизованного китайского государства. Впрочем, основанная им династия Цинь, которой он предрекал править Китаем на протяжении десяти тысяч поколений, просуществовала лишь на несколько лет дольше своего основателя. Тем не менее ничто не иллюстрирует могущество Императора Цинь Ши Хуана лучше, чем размеры его погребального комплекса. Терракотовая армия, обнаружение которой действительно когда-то вызвало в мире большой переполох, и весь могильный комплекс действительно поражают воображение. Один только периметр внешней стены захоронения был равен шести километрам. Более того, этого монарха можно считать великим вот ещё по какой причине: он был первым, кто отказался от массовых человеческих захоронений вместе с ним, как это было принято у правителей до него, например, в государстве Шан, озаботившись тем, что его будут сопровождать вечные терракотовые спутники. 3. 惊天动地 (jīngtiāndòngdì) – литературный перевод – потрясти небо и всколыхнуть землю – идиома, описывающая нечто потрясающее, оглушительное и чрезмерное.