С тех пор Усопп проводит свои выходные в «Барати».
Там всегда нужен лишний официант, а у одного из местных рыбаков есть монополия на поставки свежей рыбы для Зеффа, поэтому Усопп всегда ездит вместе с ними для еженедельной доставки.
Люди часто бросают на слепого официанта подозрительные взгляды, но на полу проложена специальная вымощенная дорожка только для него.
Санджи в шутку прозвал её «Дорога Усоппа», и название быстро прижилось среди поваров и постоянных посетителей.
Она проложена по особому маршруту, не пересекающемуся со столами, поэтому Усоппу (ходящему босиком) не нужна трость, и обе его руки остаются свободными для подносов.
Работает он гораздо лучше других официантов, хотя другие тут обычно долго и не задерживаются.
Случается, что новый посетитель нечаянно ступает на «Дорогу Усоппа», но если это человек, Усопп способен избежать столкновения с помощью Воли.
Это хорошая тренировка, одновременно развивающая и его Волю, и маневренность.
И посоветоваться насчёт этого с Шефом Зеффом было на редкость удачным решением.
— Путешествие во времени? Ты, должно быть, шутишь.
— Я просто... постойте, Шеф Зефф, как далеко по Гранд Лайн вы заплывали, чтобы я мог понять, насколько большую абсурдность вы можете вынести?
— А ну не наглей, щенок.
Впрочем, нельзя сказать, что обходится без происшествий.
Конечно, неловких моментов было предостаточно. А ещё — посетителей, которые просто не хотели, чтобы их обслуживал слепой официант.
Работать здесь тяжело, но это была неотъемлемая часть жизни.
После очередного потока жалоб эйблистского толка, Санджи взял на себя почти постоянную роль — отчитывать невежливых клиентов за Усоппа.
— Это был твой локоть, придурок! — кричал Санджи, и хотя Патти давал ему подзатыльник за такой язык, он тут же, вежливо, предлагал клиенту убраться к чертям.
«Усоппу это по душе — быть под защитой. Это Санджи — не тот Санджи, которого он знает, не его Санджи, — но это Санджи, и его способность инстинктивно заступаться за товарищей (даже за мужчин, хоть он это и отрицает) — то, чего ему очень не хватало».
«Сердце сжимается от боли, но всё в порядке».
«Он привыкнет».
— Ух! Эй, смотри, куда идёшь...
— ...Не могу.
— ...Ах, да. Прости.
У него появилось много странных друзей-клиентов, хотя некоторые из них оказывались пугающе неожиданными.
Очень кстати, что все они считают его просто очень нервным подростком, потому что даже Усопп едва сдерживает испуганный вскрик, увидев агента CP9 Джабру за столиком в углу. Или Михоука, тихо обедающего и безмолвно наслаждающегося вином.
«Как-то раз зашёл ещё кто-то, но Усопп не запомнил его имени».
«У него была очень красивая девушка (по крайней мере, Санджи сказал, что она красивая, и звучала она очень мило) по имени Люсиан или что-то вроде того... Или это было «Русская»? Сложно сказать по одному произношению».
Он встретил несколько старых лиц (голосов), которых едва узнал, и познакомился с ними — разумеется, уже иначе. Но он улыбался, играл свою роль и прятался. Он научился скрывать своё знакомство и притворяться простаком за долгие годы, когда ему приходилось полагаться на жизненно важные навыки болтовни в Революционной Армии.
«По крайней мере, он был уже не так уж плох как лжец, когда по-настоящему старался».
Это хорошая практика.
Возможно, на этот раз Усопп сможет совмещать работу разведчика со своими обязанностями снайпера и механика.
Ах, да, подождите. Их вообще-то называют посланниками.
Неважно, тогда. Усопп не станет посланником, независимо от того, как его назовут. Звучит чересчур мрачно.
— Капитан! У нас ЧП!
Пиман примчался, отчаянно, словно убегает от пиратов.
Усопп промычал, продолжая заделывать очередную упрямую дыру в стене своего дома. Ребёнок ворвался в хижину, громкий и неистовый.
— Капитан, ты не видел...
— Не знаю, Пиман, я могу видеть?
— ...Я официально ненавижу с тобой говорить.
Усопп не ощущал никакой опасности, поэтому его действия совсем не отражали паники, которую, вероятно, испытывали дети.
Он поднял над головой очередную доску и принялся забивать гвозди, тщательно определив место.
— Капитан! — подбежали Таманеги и Пиман, одинаково возбуждённые. — Беда!
— Усопп-сан! — о, а вот и Кайя. — Я нигде не могу найти Киноко!
В ответ Усопп повернулся, и маленький серый комок пуха высунул голову прямо из его волос.
«Овощное трио» и Кайя синхронно издали удивлённые возгласы.
— Она была со мной всё утро, — сообщил им Усопп, словно это должно было быть очевидно.
Киноко, птенец, которого они вырастили, за эти годы подрос.
Птица жила в основном в доме Усоппа, но когда она была ещё лысым маленьким «гремлином», то обитала у Кайи.
Её родители не могли похвастаться большими познаниями в уходе за животными, но обеспечили базовый уход, и это было лучше, чем ничего.
Как только у птицы выросло достаточно перьев, чтобы её можно было назвать и признать вполне самостоятельным птенцом, они вдвоём научили её летать.
Трое недотеп появились где-то между этими событиями, очарованные птицей, историями, приключениями и растущей семьёй, которая образовалась в маленьком домике у берега.
У Киноко был скворечник на дереве рядом с окном Кайи.
Возможно, дом Усоппа гораздо уютнее, но в нём есть лишь парадное ложе-подушка, поэтому Киноко взяла в привычку ночевать у Кайи, а с восходом солнца бесцеремонно вторгаться к Усоппу.
Теперь утро Усоппа начиналось с охапки перьев, летящей ему прямо в лицо в качестве приветствия.
Эта птица, похоже, такая же слепая, как и Усопп, потому что постоянно врезается в лица.
Не буквально, конечно, — её кинетическое зрение было потрясающим, — но, видимо, она просто не знала другого способа здороваться.
«Это чертовски глупо. Усопп хочет штук тридцать таких».
— Кстати, Капитан, почему ты решил назвать его Киноко? — спросил Пиман, невинно сжимая птицу в обеих руках, пока они направлялись к магазину.
Трость Усоппа постукивала по земле. Он шёл впереди, потому что им всё равно приходилось идти медленнее, да и по негласному согласию так было проще.
— Не я, — ответил Усопп. — Кайя просто решила, что это забавно.
Таманеги хихикнул:
— Потому что ты ненавидишь грибы?
Киноко издала грустный птичий писк.
Трое детей тут же набросились на птицу, отчаянно извиняясь и пытаясь заверить, что Капитан на самом деле не ненавидит Киноко, но он ненавидит киноко (грибы), которые киноко, но не Киноко, и теперь все окончательно запутались.
Усопп, честно говоря, считал их очень милыми.
— У нас есть «Овощное трио», так почему бы не сделать «Квартет», — весело сказала Кайя.
Обновлено: 22.01.2026