Следуя за женщиной средних лет, Му Ли сворачивала то в один, то в другой переулок, пока наконец не вошла в просторный старый двор.
— Шуфэнь, а это кто? — несколько женщин, сидевших во дворе и щёлкавших семечки, с любопытством посмотрели на незнакомку.
— Родня моя, — с улыбкой ответила Чжан Шуфэнь. — Услышала, что мой Ли приболел, вот специально из деревни приехала нас навестить.
— Да ну, не знала, что у тебя в деревне есть родня!
— Гляди, какой у неё огромный плетёный короб, небось гостинцев вам привезла?
— Если лишнее будет, не забудь поделиться! — хихикнула одна из женщин. В те годы даже жизнь в городе не гарантировала достатка — даже здесь часто не хватало зерна.
— Ладно, не буду с вами языком чесать, — отмахнулась Шуфэнь. — Ей ещё обратно добираться, я сначала к мужу её проведу.
Они поднялись по лестнице старого барачного дома на второй этаж. Шуфэнь достала ключ и открыла дверь.
Едва Му Ли переступила порог, в нос ей ударил насыщенный запах трав.
— Ваш муж болен желудком, — спокойно сказала она, принюхавшись.
Шуфэнь удивлённо распахнула глаза:
— Откуда ты знаешь? — Она с тревогой посмотрела на девушку. Болезнь желудка мучила её мужа Ли Фэна больше десяти лет. Сколько ни лечился — только хуже становилось. Говорили, запустишь — может закончиться раком.
— Я немного разбираюсь в медицине, — объяснила Му Ли. — По запаху легко понять, какие травы использованы и для чего.
В прошлой жизни Хань Ле, желая, чтобы она научилась большему, нашёл для неё лучших учителей. Из всех искусств больше всего Му Ли тянулась к лекарскому делу. Учителя твердили одно — талант у неё редкий. Хань Ле это знал и снабдил её множеством медицинских трактатов и даже личной коллекцией трав. Так что можно сказать, она выросла, вдыхая аромат лекарств, и теперь отличала каждое растение с одного вдоха.
— Можешь взглянуть на моего мужа? Заплачу, сколько скажешь! — попросила Шуфэнь, крепко схватив её за руку.
— Хорошо, — кивнула Му Ли.
Щёки у Шуфэнь озарила радостная улыбка. Она усадила гостью в гостиной, достала из кухни яблоко.
— Посиди минутку, я зову Ли.
Му Ли отложила яблоко на стол и сняла с плеч тяжёлый короб.
Через некоторое время Шуфэнь вывела из комнаты высокого мужчину:
— Девочка, прошу, посмотри его.
Ли Фэн с заметным недоверием смерил Му Ли взглядом. Десяток лет врачи разных больниц не помогли ему, а тут — юная девчонка. Что она может?
Му Ли уловила его сомнение, но не обиделась — он имел на то полное право. В свои восемнадцать она выглядела слишком юной, чтобы казаться опытным лекарем.
— Положите руку на стол, я посмотрю пульс, — спокойно сказала она.
Ли Фэн нахмурился, не двигаясь.
— Ну давай же, — толкнула его в бок жена.
С тяжёлым вздохом он опустился напротив Му Ли и протянул запястье.
Тонкие пальцы коснулись кожи — и через мгновение Му Ли убрала руку.
— Эта болезнь преследует вас уже лет десять-пятнадцать, верно?
В его взгляде мелькнуло изумление.
— Последнее время часто тянет и ноет под рёбрами, особенно перед сном появляется изжога, вздутие, а стул бывает раз в два‑три дня?
— Всё так, — Ли Фэн кивнул. В голосе зазвучало уважение.
— Это атрофический гастрит.
— Так можно вылечить? — с надеждой спросила Шуфэнь, руки у неё слегка дрожали.
— Можно. Я выпишу рецепт. Выпьете курс, потом я приду и поставлю несколько игд — станет значительно легче.
Му Ли уже прикидывала, где достать серебряные иглы. Без них работать было неудобно — словно руки связаны.
— Хорошо, хорошо! — Шуфэнь засуетилась. — Сейчас принесу бумагу и ручку.
Она быстро сбегала в комнату и, вернувшись, протянула тетрадный лист и ручку.
Му Ли уверенно написала несколько строк, передала лист Ли Фэну:
— Возьмите травы в аптеке по этому рецепту. После одного курса желудок перестанет беспокоить.
— Благодарю! — Ли Фэн внимательно посмотрел на написанные иероглифы. Хоть и не был знатоком каллиграфии, но даже он ощутил гармонию в линиях — строгие, плавные, уверенные. «Девочка не простая», — подумал он.
— А диких кроликов возьмёте? — спросила Му Ли, поднимая взгляд на хозяйку.
— Конечно, всех! — Шуфэнь поспешно достала пятьдесят юаней и горсть продуктовых талонов. — Вот, возьми. Побольше бы — дала бы больше.
Му Ли приняла деньги, но вынула только двадцать юаней и часть талонов, а остальное вернула:
— Остальное потом, когда муж поправится.
Затем вынула из корзины двух кроликов, фазана и десяток яиц, аккуратно сложила их у стены, снова закинула короб за спину.
— Пойду, — сказала она.
— Я провожу, — Шуфэнь поспешила за ней.
Она стояла у ворот, пока тонкая фигурка Му Ли не исчезла за поворотом. В груди теплилась тревожная надежда — скорее бы девочка вернулась с иглами. Когда Ли поправится, она сможет наконец спокойно дышать.
Му Ли, выйдя из переулка, направилась прямо к аптеке.
На весь посёлок здесь была лишь одна — государственная.
Внутри суетились покупатели. За прилавком фармацевт равнодушно бросила взгляд на вошедшую девушку и едва заметно скривила губы. Сразу было видно — деревенская, по одежке.
Сколько она таких насмотрелась: спорят за каждую копейку, выбирают не по пользе, а по цене.
Му Ли осмотрелась — просторное помещение делилось на отдел западных и китайских лекарств. Она шагнула туда, где пахло корнем женьшеня и сушёными листьями.
— У вас продаются серебряные иглы? — спросила она.
Продавщица лениво приподняла бровь:
— Есть. Только дорого. — Прищурилась: — Тебе‑то потянуть?
— Сколько?
— Десять юаней и один тало́н. — В голосе звенело ожидание чужого смущения.
Но Му Ли молча достала нужную сумму и тало́н, положила на прилавок:
— Дайте один набор.
Продавщица растерялась, замерла на несколько секунд, словно не веря глазам.
— Эй, — негромко окликнула Му Ли.
Та спохватилась, раздражённо сверкнула глазами и достала из‑под стойки небольшой чехол.
Му Ли раскрыла его — иглы были не лучшего качества, но пока и это подойдёт. Запихнула набор в карман куртки и направилась к выходу.
В тот самый момент в аптеку вошёл молодой мужчина — и они столкнулись прямо в дверях.
* * *
Обновлено: 16.02.2026