Глава 34 — Глава: 34

Глава: 34 Глава клана Котто сидел за массивным столом, погруженный в кипы пергаментов. Бумаги – его вечный, пыльный удел, но было нечто необычное… Последние ночи выдались бессонными. Тревожные вести витали в воздухе, пока стороной обходя клан, но его лысина, полированная годами напряжения, чесалась навязчиво. Будто чуя беду... Но откуда? Размышления разрезали быстрые, четкие шаги в коридоре. «Нежданные гости в этот час?» Инстинктивно голова старика поднялась, а рука скользнула под стол. Сталь ножа холодно звякнула о скобу. – Мастер! Разрешите? – гулкий голос за дверью, знакомый, но не сулящий добра. – Входи, – отозвался старик. Рука с ножом не дрогнула. В кабинет вошел невысокий мужчина лет тридцати, с лицом, застывшим в дорожной пыли. Не кланяясь в пояс, он опустился на одно колено в центре комнаты. Движение было выверенным, почти хирургическим. – Срочное донесение из столицы, – протянул запечатанный свиток с сургучом – кроваво-черного цвета. Старик кивнул. Еще один кивок – и гонец растворился за дверью. Только тогда старый лис достал нож, но не убрал, а положил рядом. Свиток был быстро проверен артефактом – диск из тусклого металла замер над сургучом. «Никакого следа магии. Чисто». Скупые строчки впивались в глаза: Докладывает Мей, база "Серый Лес" (южный периметр столицы). Столица – наглухо заперта. Все наши агенты, все структуры – находятся внутри без связи. Пробиться к ним и выяснить ситуацию – невозможно. Даже почтовых голубей сбивают. Проникнуть извне мы также не смогли, все проверенные пути отрезаны. Старые связи словно испарились. Коррупционеры, даже самые жадные, от денег отказываются наотрез. В городе – предположительно, идет облава… Ждем ваших указаний. Тишина кабинета сгустилась, стала вязкой, как смола. Глава медленно опустил свиток. Холодная волна прокатилась от лысины вниз по позвоночнику. Его "чуйка" никогда не врала. Беда пришла. И теперь он знал – откуда. Старик прижал ладонь к виску. Кожа под пальцами была прохладной, натянутой. Ситуация требовала действия – немедленного и точного. – Хм. Дайте подумать... Слухи витали еще пару дней назад: его клиент, Линси, попался на обмане. На том все и заглохло. Жаль добряка, конечно. Но контракт выполнен, а дальше не его проблемы. Сайго как раз был в столице по тому делу... Неужели именно из-за этого все началось? Надо докопаться до сути. – Посыльный! – Да, господин? Голос из-за двери был мгновенным, как щелчок капкана. – Позови Аято. Для нее нашлась... работёнка. – Есть! Шаги затихли в коридоре. Мастер снова погрузился в тишину кабинета, уже продумывая свой план. … Сайго замер на краю трущоб, где запах гнили смешивался с дымом очагов. Путь был долгим, каждый нерв – натянутой струной. Дважды патруль чуть не накрыл его – он сливался с тенями, затаив дыхание, пока сапоги грохотали в сантиметре. Почти сутки без сна давили свинцовой усталостью. «Пора». Он припал к деревянной бадье у колодца, глотнул мутной воды. Жидкость обожгла горло, но прояснила мысли. Один быстрый взгляд по сторонам – и он растворился в лабиринте глинобитных стен, тень среди теней в финальном рывке. … Маркус стоял у карты, превратившей столицу в шахматную доску. Его ход был сделан. Гвардию стянули с улиц – теперь они кольцом сжимали стены и прилегающие районы, как стальные зубы в капкане. – Он должен пройти здесь. Или... попробовать через реку. – Но и там его ждали - люди тайной полиции, не брезгливые и хладнокровные, караулили каждый сток, каждый дренаж. Некоторые, даже осушив склянки с мутным зельем, затаились прямо в вонючей жиже коллекторов. «Надо будет им премию что ли выписать за дополнительные мечения», мысленно поморщился Маркус, вспомнив сие тошнотворное амбре. У каждого ключевого пункта – мост, пролом, узкий проход – стоял боевой отряд, перекрывая пути, страхуя друг друга на случай отчаянного рывка их цели. Теперь оставалось только ждать. Надежда горела тускло, но упрямо. – Пусть мои старания будут не напрасны. «Хм. А может я зря отшил Катарину?» – мелькнуло на короткий миг. «Нет. Ее появление внесло бы хаос. Она бы сыпала приказами, сея панику, а страх перед ней сковал бы солдат сильнее чем репутация нашего визави». – Так что будь что будет. Он откинулся на стул. – До рассвета еще пара часов. Значит, наш беглец рванет... прямо сейчас. – Тишина командного пункта стала звенящей, наполненной незримым напряжением ожидания. … Дая брела по спящим улицам. Порванная одежда висела лохмотьями, фингал под глазом пульсировал синевой. Весь вечер у следователя – бесконечное эхо одних и тех же слов: Незнакомец... пробрался... ушел... Следователи, же с упорством достойного лучшего применения, долбили ее вопросами – о схронах, о сообщниках, о переданных сведениях. Она только мотала головой, голос хриплый от усталости. Говорила правду, конечно, но ее всю. Про золотой она предусмотрительно умолчала и еще в борделе спрятала его глубоко в карман. Для нее целое состояние и лекарства для брата, еда и много чего еще. Мысль о теплом хлебе и мясном бульоне гнала девушку вперед. Но образ незнакомца не отпускал. Тот, от кого у обычных людей стыла кровь. Но не у нее... Годы в вонючем борделе притупили страх. Убийца на ее фоне казался просто скучным клиентом. Она оглянулась, и достала монету. Тяжелая, выпуклая, она переливалась в тусклом свете фонаря, как маленькое солнце. - Два месяца унижений и это если повезет... Задумавшись, она не услышала шаги сзади. – Эй, девка! Ты кто такая? – хриплый голос резанул тишину. Дая обернулась к ней шли двое гарнизонных. Лица багровые, глаза мутные от хмеля от них буквально разило перегаром и потом. Тот, что пошире и потолще, пошатываясь, оперся на алебарду, как на костыль, и подошел вплотную. Его дыхание обожгло щеку. – А ну-ка, что мы тут забыли? Или не знаешь, что в городе комендантский час? – слюна брызнула из угла рта. Дая отшатнулась. Ком в горле возник как-то сам собой, девушка суетливо достала из кармана смятый листок – временный пропуск. Следователь, так ничего и не добившись, махнул рукой: «Свали с Южной стороны на пару дней». Вот она и шла к тетке в трущобы. Толстяк выхватил бумагу. – Э-э... А тут че написано-то? – прищурился, тыкая грязным пальцем. – Долговязый! Глянь-ка! Его напарник, шагающий каждым шагом по аршину, взял пропуск. Его голос был нарочито-скользким, гадким: – Хм... Даже не знаю. Командир вроде что-то говорил... Да я прослушал. Так что... – Он бросил бумагу в лужу. Они сомкнули кольцо. Дая попятилась, наткнулась спиной на холодную стену. Толстяк схватил ее за запястье – кости хрустнули. – Ай! – Опа! А это что у нас? – Его жирные пальцы выковырнули из ее руки золотой. Монета блеснула в темноте. – Ха! И ты еще что-то заявляешь, наглая воровка?! – Нет! Отдай! Это мое! – вырвалось у Даи, отчаяние пересилило страх. – Да щас! – фыркнул он. – Как тебе, грязной шлюхе, такое золотишко светит? Украла небось! Она вцепилась в его руку, пытаясь отобрать монету. Он лишь усмехнулся, легко удерживая ее одной ручищей и она инстинктивно впилась зубами в его жирную лапу. – Ай! Блядь! Сука! – Реакция была молниеносной. Грубая лапища, лоснящаяся жиром, врезалась ей в висок. Искры и темнота все что она видела. Дая рухнула на мокрую мостовую. – Ну что, Долговязый? – прохрипел толстяк, потирая укушенную руку. – Мне кажется, шмара заслужила урок... Долговязый кивнул, он обошел лежащую девушку, без усилий скрутил ее тонкие руки за спину. Тряпка, воняющая потом и гнилью, грубо забила ей рот. – Ммм...! – попытка крика захлебнулась тряпкой. Толстяк, кряхтя, начал расстегивать штаны. Дая перестала сопротивляться. Тело обмякло, отрешенно. Она знала этот сценарий наизусть. Ее взгляд, мутный от слез и боли, устремился вверх, в черное небо. «Мама говорила... души... новый дом... Там было красиво. Белые огоньки... красные... синие... зеленые... Стоп. Это не звезды». С низкой крыши над переулком на нее смотрели два глаза. Горевшие не отраженным светом, а яростью. Холодной, хищной, и точно нечеловеческой.