Когда ощущение реальности вернулось обратно к Медсону, от его двойника не осталось и следа. Все сознание мужчины окутывала странная дымка, в которой все еще звучала фраза «Вернись, Джон!», а его астральное тело плавало на поверхности омута воспоминаний.
«Просто очередной кошмар…» – пронеслась первая мысль в голове ученого с планеты Брандал. Он сделал над собой усилие, заставляя физическую оболочку пробудиться, однако стоило потоку информации извне хлынуть в его разум, как он едва смог удержать себя в руках: все, куда только дотягивался взор, было завалено человеческими останками или залито кровью, а в воздухе висел мерзких запах железа.
– Что тут произошло? – уже вслух спросил сам себя Ксандор. Он оторвал голову от невидимой подушки и неспешно поднялся с земли. – Это… был не сон…
– Хвала духам, ты проснулся, – послышался знакомый голос за его спиной. – Я уже не знала, что мне делать. Ты потерял сознание прямо тут, и ничто не помогало тебя разбудить. Мне уже начало казаться, будто я тебя потеряла…
Явно переживающая сильный наплыв эмоций, Виктория буквально вцепилась в своего законного супруга, после чего рывком вскочила на ноги и стала яростно трясти его из стороны в сторону.
– Дурак! Идиот! – последовали гневные комментарии рогатой красавицы. – Чтобы больше никогда так не делал! Пусть ты и сильный, но сражаться в одиночку с такой толпой слишком даже для тебя! В следующий раз подожди, пока не придет помощь, или, клянусь Духами, я тебя собственными руками искалечу! Может тогда ты перестанешь…
Она была настолько неудержима в своем гневе, что Ксандору оставалось только беспомощно кивать головой до тех пор, пока ураган «Виктория» не угомониться. Все, что он сейчас скажет, не будет услышано, или, что еще хуже, – обернется против него. Чтобы выйти из ситуации целым, нужно было набраться терпения и подождать.
Прекрасно понимая это, парень, а точнее – ученый в его голове, решил воспользоваться образовавшейся заминкой и попытался собрать осколки своих воспоминаний в единую картину.
«Когда эта личность впервые проявилась, я думал, что просто схожу с ума. Что долгие путешествия по мирам и попытки сохранить человечность, наконец, добили мое ментальное здоровье. Однако, хорошенько взглянув на ситуацию, я понимаю, что это не так».
Джон уложил на поверхность воображаемого стола последний кусочек кривого стекла с двигающейся картинкой и сделал шаг назад, чтобы лучше видеть свое творение. Абсолютно бессвязные, эпизоды его жизни все еще слабо напоминали цельную картину, но кое-что на них можно было разглядеть.
«Первое время, как я попал в руки к Ауриэлю, мне часто доводилось размышлял о смерти. Не единожды я даже пытался наложить на себя руки… Правда каждый раз следовавшее за этим наказание, убеждало меня в том, что бегство от проблем – это не вариант. Мои слабость и трусость, в конечном счете, приводили лишь к страданию других. Как прилежный воспитанник своей родной планеты, я не мог и дальше позволять себе поступать так эгоистично. Корыстные цели одного не должны вредить большинству. С тех пор я старался более уважительно относиться к законам планет, на которые попадал. Ведь ни одному хозяин не понравится, если заявившийся в его дом незваный гость начнет устраивать свои порядки…»
Сфокусировав внимание на отдельном осколке прошлого, где он держит меч с нанизанным на него телом человека-волка, Медсон неосознанно потянулся в сторону излюбленной лопаты для самокопания, но вовремя смог опомниться.
«Нет! Пусть даже под действием магии, но я точно не способен на подобные зверства! Не после того, через что мне пришлось пройти. Вторая личность, которую я считал частью себя, не имеет со мной ничего общего. Нужно поскорее выяснить кто он такой и что он делает в моей голове. Если я не хочу повторения подобного, мне нужно научиться держать этого безумца под замком».
Ученый с планеты Брандал уверенным движением смел все осколки прошлого, отправляя их обратно в водоем, после чего переключил свое внимание на насущные проблемы. Он принял решение смириться с произошедшим, отдавая все на откуп времени, и просто пойти дальше. Все равно хоть как-то повлиять на исход битвы было не в его силах, так что и мучиться угрызениями совести до самой смерти ему показалось глупым. Сострадательность – сострадательностью, но и нести бессмысленный груз вины – не самая лучшая идея. Столетия скитаний наложили на личность Медсона свой отпечаток, поэтому уживаться с подобными вещами ему стало куда проще, чем раньше. К тому же, пусть сражение и окончилось безоговорочной победой, это не означало, что Альтерион отступил. Впереди маячило еще много проблем, требующих внимания, и одна из них как раз только что напомнила о себе.
– Ксандор! – ворвался в мыслительный процесс упрямый голосок. – Ты меня вообще слушаешь?!
– Да, любимая, слушаю, – виновато кивнул парень. Он уже готовился начать объяснять супруге причину своего зверского поведения, однако, заглянув в ее глаза, понял, что ту совершенно не беспокоит мрачная обстановка вокруг. Все негодование Виктории сводилось исключительно к безрассудному поступку ее мужа.
– Прости. На меня просто что-то нашло.
– Нашло на него… – уже без злости, огрызнулась собеседница. – У твоих друзей тоже есть силы сражаться, так что прекрати пытаться нести все в одиночку.
– Хорошо. Постараюсь.
– Я серьезно, – настояла принцесса Эстел. Кончиками пальцев она едва коснулась подбородка Ксандора, будто стараясь убедиться в его реальности, после чего тихо добавила: – Мне было так страшно. Что мне делать, если я потеряю тебя? Пусть уж погибнут сотни… да хоть тысячи других, но ты оставайся живым. Уж прости, но я не готова обменять тебя, на кого-либо еще.
Кудрявая крастанка убрала руку, отвела свой хмурый взгляд, после чего замолчала и стала всматриваться в далекое поселение с за́мком, из-за которых ее благоверный рисковал головой. Пусть он и справился с угрозой в одиночку, однако ни один из тех, кого парень так самоотверженно защищал, не соизволил даже попытаться ему помочь. Лишь когда все закончилось, бревенчатые двери города открылись и в них показалось несколько фигур. Подобное пренебрежительное отношение до ужаса взбесило представительницу королевского рода, от чего ей захотелось кинуться в сторону трусливых людишек, и как следует поколотить их. Только статус и нормы придворного этикета удерживали ее сейчас от кровавой расправы. Даже тот факт, что в одном из незнакомцев все-таки проснулась совесть, и он поспешил к своему защитнику, чтобы выразить свою признательность, а также справиться о его здоровье, не добавлял очков лояльности.
Правда то, что Виктория расценила, как жест благодарности, на самом деле таковым не являлся. Стоило фигуре, очень похожей на женскую версию Ксандора, оказаться на расстоянии пары метров, как она взмыла в воздух и направила каблук своего ботинка прямо ему в голову.
*Тресь*
Увесистый пинок врезался в прозрачную пластину и заставил коварную нападавшую отпрыгнуть назад. Ее цель явно оказалась готовой к подобной подлости, поэтому смогла вовремя защититься.
– Все еще злится… – разочарованно выдохнул юноша. Он подал знак насторожившейся Виктории, чтобы та не вмешивалась, а потом повернулся к недружелюбному гостю и принял боевую стойку. – Ну, покажи мне, чему успела научиться… Кира.
*Выпад*, *удар, удар, удар*
Короткое имя сработало на девушку в черном кожаном облачении, как тряпка на быка. Словно хищный зверь, она издала утробное рычание, после чего бросилась в новую атаку. Маленькая пантера действовала непредсказуемо, ныряя то вправо, то в лево, то вперед, то назад, и каждый раз умудрялась осыпать цель настоящим шквалом хитроумных ударов. Хоть она не использовала никакого оружия, каждый тычок кулака или взмах ногой Киры нес в себе неподдельную опасность. Достаточно было замешкаться даже на мгновение, чтобы гарантированно получить серьезную травму.
Ксандор, прекрасно это понимал, поэтому не спешил отвечать на откровенную агрессию. Пока что он только уклонялся, перенаправлял или блокировал каждый выпад, при этом даже не думая об использовании магии. Парень хотел сперва как следует оценить навыки соперницы, ведь та стала намного искуснее с их последней встречи, а уже потом переходить от обороны к нападению.
Так продолжалось какое-то время, прежде, чем он решился сделать свой ход. В тот момент, когда женский ботинок в очередной раз пронесся у Ксандора над головой, он совершил уверенный шаг вперед, подставился под не до конца набравший скорость и силу удар рукой, а потом нанес резкий тычок двумя пальцами в область шейного нерва девушки. Хоть со стороны подобный маневр не выглядел сколько-нибудь опасным, он смог остановить маленькую охотницу. Почти мгновенно фигура Киры подкосилась, после чего девушка стала медленно заваливаться вперед. Если бы не вовремя подставленные мужские руки, то она так бы и плюхнулась носом в истоптанную землю.
– Пусти! – едва сдерживая слезы выкрикнула малявка. Она попыталась вырваться из назойливых объятий, но ее тело полностью онемело. – Предатель! Не трогай меня!
– Прости, Кира… – В ответ на брыкания подруги, парень сделал свою хватку лишь тверже. – Прости что оставил тебя тогда одну.
– Я думала, что мы друзья, а ты бросил меня и ушел! Знаешь, каково мне было?! Зачем ты вернулся?!
– Чтобы помочь.
– Нам не нужна твоя помощь! Можешь проваливать туда, откуда явился!
Давно копившаяся обида бурным потоком хлынула из глаз черноволосой задиры, от чего одежда Ксандора почти сразу сделалась теплой и соленой от влаги. По мере того, как мокрое пятно ползло от его плеча вниз по руке, он также, как и ткань, пропитывался всеми теми переживаниями, что пришлось перенести его знакомой. Злость с сотней других оттенков женского настроения, которые парень не в силах был распознать, – он принял их всех. Это было его закономерным наказанием за то, насколько жестоко он поступил с Кирой в прошлом.
– Я так рада, что ты вернулся… – промямлила девушка, окончательно выплакавшись. – Думала, что никогда тебя больше не увижу. Не оставляй меня снова, хорошо?
– Ничего не могу обещать. – Ксандор оторвал от себя маленькую прилипалу, а потом заглянул в ее раскрасневшиеся глаза. – Пойми, так устроена жизнь: кто-то – приходит, кто-то – уходит. Тебе нужно научиться мириться с подобными вещами и жить дальше.
– Говоришь прямо, как моя сестра.
Кира снова попыталась отпихнуть собеседника, однако и в этот раз ее руки подвели свою хозяйку. Эффект оцепенения не прошел до конца, поэтому вместо уверенного толчка, они смогли лишь пригладить мокрую и помятую ткань жилета. Выглядело это одновременно мило и уморительно.
– В любом случае, в следующий раз ты от меня так просто не отделаешься.
– Я даже и не надеялся… Мир?
– Перемирие.
Краем глаза заметив приближающихся соратников, девушка с каре кое-как совладала со своим непокорным телом, стерла остатки слез и выпрямила спину. Хоть она все еще и была на полголовы ниже своего друга, теперь в ней не осталось и намека на женственность или слабость. Кира вернула себе привычный ореол хладнокровия, который всегда демонстрировала другим.
– Закончила со своей истерикой? – Подоспевшая как раз к концу «переговоров» Жизель разочарованно выдохнула. – И стоило нестись сломя голову ради этого?
– А тебе обязательно все время тыкать пальцем в чужие раны? – поспешил заступиться за подругу Грег. Поскольку он помогал Гудвину не свалиться по дороге, парень пришел к финишу «чуть» позже своенравной девицы, но, так же, как и она, еще на подходе узнал в далекой фигуре своего названного брата. – Оставь ее в покое. Она больше всех переживала разлуку с ним.
– Ну, так и брала бы тогда все в свои руки! Я же ей для этого такой наряд сшила, а она?
– И я рад всех вас видеть, – вклинился в перепалку парочки Ксандор. – Давно не виделись, Жизель, Грег, Наставник.
– И мы рады тебя снова приветствовать, достопочтенный Посланник, – ответил за своих бестактных спутников старик. Если за несколько лет человек, к которому он сейчас обращался, умудрился подрасти и возмужать, то вот он наоборот – сжался и иссох еще сильнее. Годы совсем не пощадили мудреца, из-за чего теперь он еще больше походил на филина. – Прошу меня простить, но достойно выразить свою признательность я уже не в состоянии.
– Все в порядке, наставник. – Ксандор подошел к седой фигуре и аккуратно обнял ее. – Вам нет нужды так себя мучить. За то, что я тогда натворил, это мне следует перед вам извиняться.
– Не кори себя понапрасну, – поспешил возразить Гудвин. – Ты поступил так, как должно – открыл глаза и показал правильный путь. Решение пройти по нему было принято нами добровольно.
– И куда это нас завело? – не удержавшись, хмыкнула леди «S». Она демонстративно обвела взглядом горы трупов вокруг, а потом саркастично добавила: – На светлое будущее слабо похоже.
– Это потому, что ваша церковь не умеет видеть дальше своего носа, – с налетом угрозы ответила за мужа Виктория. Пусть она и связала свою судьбу с уроженцем Альтериона, но к религии этой страны по-прежнему относилась враждебно. – В моем государстве все было по-другому. Мы смогли отбросить предубеждения и начать жить в мире друг с другом.
– Вы, я так понимаю, глава крастанского отделения церкви Ауриэля? – предположил Гудвин, внимательно осматривая белую мантию незнакомки.
– Не совсем, – с присущим аристократизмом ответила та, – скорее… его супруга.
– Ее зовут Виктория Эстел, – пояснил Ксандор. – Она принцесса действующего правителя Крастана и моя законная жена.
– Во дела! – неуклюже воскликнул Грег, тем самым выразив всеобщее удивление. – Не ожидал, что брат так скоро женится. Да еще и на ком?!.. А я только собирался похвастаться своими успехами.
– Можешь не торопиться. Твой отец мне все рассказал. Прими мои поздравления и самые искренние пожелания счастья.
– Без твоей помощи мне бы о таком только мечтать… – Услышав слова похвалы собеседник смущенно почесал затылок. – Но, все равно, спасибо.
– В этом нет моей заслуги. Ты сам принял решение измениться ради Сюзанны. Я лишь подсказал тебе, в каком направлении двигаться.
– Не хотела бы показаться грубой, мальчики, – вновь обратила на себя внимание Жизель. Ее взгляд на мгновение устремился к воротам города из которых показался еще один силуэт, а потом остановился на младшей сестре. – Но если вы закончили, предлагаю поскорее убираться отсюда.
– Мама злиться, – догадалась Кира.
– Думаю, что нет, – легкомысленно махнула рукой леди «S». – Судя по тому, как быстро она приближается, мама не злиться… она в бешенстве.
Стоило любительнице особых развлечений огласить свой вердикт, как до всех донесся разъяренный окрик:
– А ну, стоять на месте и не двигаться!
Не прошло и нескольких секунд, как объект всеобщего обсуждения преодолел полсотни метров и оказался всего в паре шагов от места сбора.
– Я вам где говорила меня ждать?! Что вы тут забыли?!
– Завязывала бы ты со своей опекой, ма… – попыталась привычно огрызнуться девушка-садистка, но, внезапно для себя и окружающих, получила увесистый подзатыльник почти со скоростью света. На этот раз Джела не собиралась терпеть своенравность старшей дочери, поэтому действовала жестко.
– Неужели так сложно было послушать меня хоть раз?! Я ведь не просила многого! Просто посидите смирно, пока я не вернусь, и все! Вы что, даже такую простую просьбу не можете выполнить?!
– Мисс Джела, прошу, успокойтесь, – попытался заступиться за невиновных девушек Гудвин, за что тут же получил на орехи.
– Понимаю – они, но вы, Мудрец Гудвин?!.. От вас я такого не ожидала! Вы должны быть голосом разума для молодого поколения. Никак не наоборот!
В этот раз женщина-следопыт была непреклонна в своем праведном гневе. Она абсолютно не разбирала ни регалий ни возрастов. Все, кто хоть как-то оказался замешан в акте неповиновения получат причитающееся им наказание, чего бы ей это ни стоило в будущем.
В тот момент, когда Джела уже собиралась привести свой приговор в исполнение, в процесс вмешался Ксандор.
– Прошу тебя, Сестра Справедливости, – привычным тоном проповедника обратился он к разъяренной женщине, попутно стягивая с Виктории свою мантию, – усмири свой гнев. Ни твои дети, ни этот мудрец, ни юноша рядом, не виноваты в том, что ослушались твоего наказа. Если кого и надо в этом винить – так это меня.
Парень быстро накинул на себя облачение первосвященника церкви Ауриэля, дополняя созданный образ смиренного слуги божьего, а потом изобразил молебный жест.
– На все воля Ауриэля… – будто дрессированная, протянула Джела, стоило ее взгляду остановиться на фигуре в белом. Весь ее воинственный запал погас и сменился искренним недоумением. Сейчас женщина пыталась сообразить, как ей стоит поступить: напасть или склонить голову. Тот факт, что вокруг валялись горы тел других религиозных служителей, по-видимому, ее не сильно смущал.
– Вам здесь не рады, уважаемый примас, – наконец, придя в себя, отозвалась Джела. Резким движением она скинула с плеча лук, выхватила из колчана стрелу и направила ее в сторону незнакомца. – Не знаю, что вы здесь забыли, но вам лучше уйти.
– Опусти оружие, сестра. – Совершенно не удивленный такой реакции, Ксандор поднял руки в успокаивающем жесте. – Нет нужды прибегать к насилию. Я лишь хочу поговорить.
– Когда хотят поговорить, обычно приходят одни. Никто не тянет за собой целую армию.
– Согласен. Ровно, как никто не поднимает меч на собеседника. Будьте любезны, уберите…
– Нам не о чем с вами разговаривать, уважаемый примас, – перебила Ксандора бывшая наемница. – Уходите, пока я не передумала. Передайте Святому Гранду, или кто вас там прислал, чтобы оставил наш город в покое. Мы не ищем драки, но и следовать вашей прогнившей вере – не собираемся. У нас уже есть тот, кто проведет наши заблудшие души к свету.
– Отрадно слышать, сестра, что вы нашли свой путь.
Парень на мгновение улыбнулся, а потом сжал одну ладонь в кулак и заставил смотрящий на него наконечник стрелы рассыпаться в прах. Он надеялся, что хотя бы этот трюк поможет освежить память Джелы, и не прогадал. То, с какой скоростью округлились глаза женщины не поддавалось описанию. Всего за секунду они выдали весь спектр эмоций, после чего их хозяйка прошептала:
– Милостивый Ауриэль, Вильям все-таки тебя нашел… Ты вернулся.
– Да, сестра, я вернулся. И, судя по обстановке, очень вовремя.
Обновлено: 15.02.2026