Том 2 Глава 36 — Глава 35 Пятый элемент

Утром, пока солнце лениво разгоняло повисший над озером туман, Нарг сидел на расчищенной от колючек лужайке, игрался с коричневым зверьком и наблюдал за тем, как хрупкий человек истязает собственное тело бессмысленными упражнениями. – Извини, что задержал. – Ксандор, наконец, встал на обе ноги и облегченно выдохнул. – Я закончил свою тренировку. – Тогда, настало время моих занятий, – почти без интереса, заявил дракон, – но прежде чем мы начнем, расскажи, что ты знаешь о магии и как ею пользуешься. – Это будет долгая история… Парень плюхнулся рядом с собеседником и хорошенько потянулся. Он некоторое время размышлял над тем, с чего бы ему начать, но, в итоге, рассказал вообще все, что знал. Особенно подробно Ксандор остановился на ограничении, которое наложил на него Ауриэль. Ему показалось, что змей-долгожитель мог знать способ обойти это препятствие, но тот, к сожалению, ничего дельного так и не смог посоветовать. – Тем не менее, твои познания весьма обширны, – огласил он свой вердикт после того, как услышал все, что хотел, – это сильно упростит нашу задачу. Нарг оставил юркую ласку в покое, встал и направился к середине лужайки. Остановившись ровно по центру, он заложил руки за спину, глубоко вдохнул, а потом скомандовал: – На места! Тут же, под действием неведомой силы, отовсюду начали вылетать различные доски, палки, дрова и подобная всячина. Весь этот хлам совершил круг по территории, после чего принялся втыкаться в землю, соединяясь между собой, и обрастая смесью пыли, грязи и камня. Спустя минуту такого шоу, на поляне уже стоял десяток манекенов, очерчивая собой идеальную окружность. – Что такое мана и как с ней управляться, ты и сам знаешь лучше меня, – менторским тоном начал свою обучающую речь мужчина-дракон, – теперь же я поведаю тебе, что такое «душа». Он повернулся к мальчику и поднял указательный палец вверх. – Душа, или как ты назвал ее, «пятый элемент», – есть сущность всего живого, а также противоположность маны. Именно она помогает собрать энергию потока в одном месте, чтобы потом можно было превратить ее в различную магию. И, чем больше маны ты концентрируешь, тем больше духовной энергии тебе понадобится для ее удержания. Сама душа, в отличие от маны, не поглощается заклинанием, не сгорает без остатка, и вообще – духовная энергия неразрушима. Она может только рассеиваться. – Что значит, неразрушима? – внезапно поинтересовался Ксандор. – Ты же говорил, что душа Винга раскололась. – Ты когда-нибудь сталкивался с отдачей от взрыва маны? – ответил вопросом на вопрос высокомерный дракон. – Неоднократно, – кивнул головой собеседник, – так происходило, если заклинание разрушалось или с самого начала было неверно создано. А один раз я почувствовал удар, когда сжег большое количество энергии почти моментально. – Все верно, мой друг. – Нарг одобрительно кивнул. – Быстрое сгорание или взрыв маны до момента отделения от нее духовной силы вызывает повреждение души, которую ты задействовал при формировании заклинания, и та – попросту раскалывается. Она не испарится и не исчезнет без следа, а просто распадается на более мелкие части, выплеснув при этом немного изначальной маны. Конечно же, потом эти частички попытаются собираться обратно, для чего им понадобится поглотить недостающую ману извне. От этого ты некоторое время будешь чувствовать слабость и опустошенность, но, как только твоя душа соберется воедино и вернется к тебе, это чувство тут же пройдет… «Что-то наподобие экзотермической и эндотермической реакции, – обдумывал услышанную концепцию Медсон, ненадолго отвлекаясь от лекции, – или же, скорее, термоядерного синтеза?» – Однако! – Нарг вздернул палец, делая акцент на следующих словах. – Не стоит пренебрежительно относиться к собственной душе только из-за того, что она неразрушима и может самостоятельно собираться обратно. Чем сильнее повреждение и чем дольше она находится в расколотом состоянии, тем серьезнее будут последствия. Если душа вовремя не вернется в твое тело, то ты либо умрешь, либо, что хуже, – рискуешь безвозвратно потерять часть своей сущности, и тем самым лишиться памяти, знаний и своего собственного «Я». Разумные существа, утратившие даже кусочек души, зачастую теряют все здравомыслие, становясь похожими на насекомых и руководствуясь лишь базовыми инстинктами… – Ну, а если насильно вернуть утраченную часть? – прозвучал внезапный вопрос, прерывая монотонный рассказ мужчины в кимоно. – Или собрать расколотую сущность умершего заново? Можно ли таким образом воскресить труп и вернуть все его воспоминания? – В теории – это возможно. – Но тут есть одно «но», – догадался Ксандор. – Да. Тут есть одно «но»… Нарг ненадолго задумался над чем-то, но потом отогнал налетевшие мысли и продолжил свой урок. – Когда как с восстановлением тела все достаточно просто и понятно, то со сбором души есть проблемы. Между ее частями хоть и существует таинственная связь, но без труда почувствовать и воздействовать на нее, чтобы собрать каждый кусочек в одно целое, может только хозяин. Так что, в случае с чужой душой, воскрешающему придется действовать практически вслепую и уповать лишь на удачу. И если он соберет осколки неверно, или в структуре души будут изъяны, то она тут же снова распадется, а высвобожденная при этом изначальная мана – вызовет взрыв, который расколет ее остатки еще сильнее. – Но ты же как-то почувствовал мою настоящую душу? – все не унимался юный ученик. – Значит, должен быть способ сделать все правильно? – Может, способ и есть, – непоколебимо ответил Нарг, – но воздействовать на духовную силу с целью собрать ее воедино крайне опасно, поэтому это строжайше запрещено. Даже сам Архидракон Винг никогда не рисковал делать нечто подобное. – Но ты же научишь меня хотя бы чувствовать душу? – Именно этим мы сейчас и займемся. Змей в человеческом обличие сделал пригласительный жест, чтобы Ксандор встал рядом с ним, а потом указал на одну из покосившихся кукол. – Сейчас я буду вливать свою сущность в эти манекены. Твоя же задача – определить в каком из них она находится. – Эммм… Но как я это сделаю? – поинтересовался озадаченный мальчик, глядя на то, как собеседник обращается в бело-зеленого дракона и укладывается на большущем дереве возле дома. – Я рассказал тебе достаточно. Остальное ты должен понять сам. Змей сладко зевнул, опустил голову на массивную ветвь, а потом закрыл глаза. В следующий миг один из деревянных истуканов дернулся и швырнул в мальчика базовое заклинание воздушной стрелы. Ксандор среагировал на опасность довольно быстро, закрывшись шестигранным сегментом, но стоило ему повернуться в сторону обидчика, как тот перестал подавать признаки жизни, и уже совсем другое чучело нанесло внезапный удар из слепой зоны. Этот процесс повторялся снова, снова, снова и снова, заставляя парня лишь защищаться, и не давая ему возможности хотя бы огрызнуться в ответ. «Чертова ящерица! – уворачиваясь от очередной незаметной стрелы, ворчал в своей голове недовольный Джон. Уже несколько часов к ряду он пытался уловить любые аномалии вокруг себя, но так и не преуспел в этом деле. – Мог бы объяснить и получше! Как я, по-твоему, должен ощутить душу, если даже не знаю, на что это должно быть похоже?!» Однако надменный дракон явно не собирался идти на уступки и давать своему воспитаннику даже маленькую подсказку или намек. Он искренне верил, что переданных им знаний более чем достаточно, чтобы освоить эту несложную технику, и лишь продолжал методично забрасывать того градом из магии. Когда же мальчик выдохся и попросил о передышке, Нарг разочарованно фыркнул, после чего спустился с дерева и удалился восвояси, не удосужившись даже попрощаться. «Видимо, в любом тайном искусстве не обойтись без ребусов…» – буркнул сам себе Медсон, смотря на то, как гигантская бело-зеленая лента становится все дальше, и пытаясь найти хотя бы крупицу логики в таком поведении. В нем еще пока теплилась крохотная надежда, что завтра будет по-другому, и что гордая рептилия таким образом испытывает его характер, как это делали другие наставники из прошлого, но как же он ошибался. Ни на следующий день, ни через неделю, ни даже через месяц Нарг так ничего больше и не объяснил. Каждое утро он лишь укладывался спать на дереве, а худощавому человеку не оставалось другого выбора, кроме как стоять в центре круга и сносить побои от заклинаний, в попытках найти черную кошку в темной комнате. Когда же тренировка подходила к концу, дракон либо улетал вглубь своих владений, чтобы появиться только на следующее утро, либо мог остаться поиграть с Вилли в саду. Правда иногда он мог пропасть и на неделю. Так, незаметно, прошли полтора года. За это время Ксандор неплохо подрос, окреп физически, отточил мастерство и технику боя, а также развил магические способности. Конечно, не обошлось и без проблем: в связи с такими метаморфозами его старая одежда и броня уже не могли вместить в себя неплохо вытянувшегося юношу, поэтому пришлось искать им замену. И если на место старой рубахи, штанам и сапогам пришли яркие вещи, купленные когда-то на ярмарке за один серебряный и предусмотрительно захваченные с собой при побеге из Альтериона, то вот с защитой все обстояло не так оптимистично. Пресловутые ремешки, на которые Ксандор делал большую ставку, по итогу не оправдали себя, поскольку не справились с рельефом новообретенных мышц, а изготовить новый набор было решительно нечем, да и по правде говоря – некогда. Ведь помимо глобальной проблемы по поиску ключа к технике души, ему приходилось заниматься еще и налаживанием собственного быта. И начал парень с того, что обеспечил себе возможность принять горячий душ и понежиться в сауне после утомительной тренировки. Если в доме мудреца ему приходилось мириться с фактом, что горячую воду он может увидеть приблизительно никогда, то тут его уже ничего не могло удержать. К тому же, зная не понаслышке пристрастия драконов к горячим источникам, Ксандор планировал выудить так необходимую ему подсказку. То, что Нарг по достоинству оценит такое изобретение, сомнений не возникало, поэтому оставалось только дождаться, пока тот пристраститься к ежедневным водным процедурам, а потом совершить выгодный обеим сторонам обмен. Именно по этим причина прямо рядом с открытой кузней вскоре появилась Г-образная бревенчатая постройка, а во дворе – замысловатая сеть из деревянных желобов и механизм с винтовым шнеком, уходившим прямо вглубь колодца. По первоначальной задумке, вся эта конструкция должна была приводиться в движение физической силой, желательно какого-нибудь монстра из пустошей, но суровая реальность внесла свои коррективы. По чистой случайности всех существ, обитавших в доступной области и обладавших необходимыми параметрами выносливости, чтобы сдвинуть с места всю эту махину и крутить ее на протяжении нескольких часов, судьба не наградила хотя бы минимальным умом. Каждый из таких вот «аллергиков на интеллект» был настолько агрессивен к любым попыткам дрессуры, что предпочитал погибнуть еще на стадии поимки, банально измотав себя до изнеможения или причинив себе увечья несовместимые с жизнью. Ксандор потратил уйму времени и сил на то, чтобы все-таки «договориться» хотя бы с одной тварью, но так и не преуспел в этом деле. После многочисленных попыток и безрезультатного поиска альтернатив, юноше пришлось отказаться от использования мышц и заменить их на магию. Теперь уже он угодил в ту яму, которую сам же и вырыл. Впрочем, Наргу действительно понравилась возможность понежиться в тепле, поэтому он с радостью и без возражений одалживал свою силу в обмен на безграничный доступ в это небольшое, но такое полезное помещение. Параллельно со строительством молодой житель хижины в лесу озаботился созданием постоянных источников еды. Питаться исключительно подножным кормом казалось ему не самой хорошей идеей, ведь, сколько еще придется просидеть в этом жилище, было решительно непонятно, а местных запасов явно не хватило бы надолго. К тому же выкраивать драгоценное время на охоту становилось все сложнее, поэтому возможность сохранять еду надолго сейчас была крайне важна. С этой целью Ксандор соорудил во дворе несколько примитивных сушилок, а также место, где можно было что-нибудь коптить. Еще он выкопал прямо под кухней небольшой погреб, в котором и хранил большую часть заготовленной снеди. Правда очень скоро в дверь постучалась следующая проблема: кончились запасы соли, да и травяного чая Амелии тоже осталось не так чтобы много. Нужно было срочно выходить из положения, но в этот раз парню улыбнулась удача, и в одну из вылазок за «домашним питомцем», ставшим, по итогу, «вечерним ужином», ему удалось обнаружить почти пересохший водоем, вокруг которого, вопреки логике, не росла растительность, однако паслось множество травоядных монстров. При детальном изучении оказалось, что это не просто скромная лужица посреди пустыни, а настоящее место выхода морской воды на поверхность. Под действием палящего солнца, влага из озерца испарялась, а оставшееся после этого белое вещество – формировало толстую корку из кристаллов правильной формы, которые и привлекали монстров. Ксандору пришлось неплохо постараться, чтобы отбить у агрессивных и практически безмозглых порождений пустошей вожделенный источник «белой смерти», но это того стоило. Теперь можно было больше не волноваться о ее нехватке. Сразу же за первой неурядицей, решилась и вторая. В очередном порыве найти идеальную приправу для супа, Ксандор закинул в котелок свежесобранные молодые побеги вездесущего колючего кустарника, росшего буквально на каждом шагу. Каково же было его удивление, когда вместо наваристого бульона он получил крепкую заварку, хоть и с привкусом вареного мяса. «Никогда бы не подумал, что от этих проклятых рассадников ползучих тварей может быть такая польза, – удивлялся внезапному открытию Джон, – Как хорошо, что я не стал вырезать их все, а оставил часть у самой границы лужайки». С тех пор он искренне полюбил данное растение, и даже стал с почтением относиться к его обитателям. Меньше бояться пауков ученый, конечно, не перестал, но теперь старался не убивать их без особой на то надобности. Когда же проблемы с водой и едой перестали постоянно напоминать о себе, а дни наполнились рутиной, Ксандор, потихоньку, начал присматриваться к горну с наковальней. Поскольку чуть ранее ему удалось обнаружить, что песок в местной пустыне богат оксидами железа и вполне пригоден для выплавки, он с энтузиазмом принялся за попытки изготовить себе что-нибудь полезное. Несколько недель, юноша потратил на усовершенствование конструкции горна, чтобы тот давал больше жара при сжигании в нем топлива, а потом отдал еще месяц на подбор нужных ингредиентов и их соотношения для правильной отливки металла. Каково же было его разочарование, когда полученный с таким трудом слиток железа оказался совсем никудышным и сильно уступал Альтерийскому. По итогу, выковав из него несколько игл, пару крепежей, да десяток бесполезных заклепок, Ксандор благополучно забросил небольшую кузню до лучших времен. Лишь когда скука становилась совсем невыносимой, он мог ненадолго вернуться к своим экспериментам с металлом. Вместо этого его основным развлечением стали путешествия, а также поиски всяких неизведанных мест и полезных штуковин. Каждый раз, когда Нарг внезапно пропадал, чтобы разобраться с очередной проблемой на границе с демонами, парень собирал вещи, набирал еды и воды на несколько дней, после чего уходил вглубь Диких земель, чтобы попытаться найти что-нибудь новое, добыть нужные ресурсы или понаблюдать за здешними монстрами. Еще он мог подолгу сидеть в своей мастерской, под которую он отвел оставшуюся незанятой комнату в доме, и над чем-то увлеченно работать. Но время все шло, а ключ к тайне духовной техники так и не находился. Ксандор уже настолько привык к стоянию в центре круга и медитативному отбиванию еле заметных снарядов, что мог заниматься этим, не отрываясь от собственных размышлений. Даже смена «воздушной стрелы» на «удар молнии» не сильно изменили ситуацию: да, первое время было тяжело угнаться за новым темпом, но это быстро сошло на нет. «Неужели, я так сильно постарел, что потерял хватку? – предавался очередной саморефлексии Джон Медсон, лежа в своей кровати. Это стало своеобразным ритуалом, без которого он не мог уснуть. – Сколько мне еще понадобится времени, чтобы освоить магию души?.. Наверное, столько не живут… По крайней мере не люди…» Ученый тяжело вздохнул у себя в голове, после чего попробовал уснуть. «А ты уверен, что эта техника в принципе для тебя? – внезапно ворвалась посторонняя мысль в его голову, окончательно отгоняя дрему, – Может, ты вообще не способен на это? Может, именно для этого Ауриэль наложил на тебя такие ограничения, чтобы держать в узде? Ты об этом не думал?!» С каждым предложением «мысль» начинала обретать форму, потихоньку превращаясь в отчетливый юношеский голос. Будто шум от радио, он звучал немного со стороны, и напоминал самого Медсона, только какого-то другого… Более злого, чем оригинал. «Посмотрите на него! – продолжила свои издевательства неизвестная личность, – Глава управления элементарных частиц и квантовых явлений, который изобрел способ проделывать дыры в пространственно-временной материи, не может справиться с тривиальной задачкой! Посмешище!» «Другой» Джон язвительно хихикнул, наполнив тьму сознания холодом, после чего снисходительно добавила: – «Так уж и быть, в этот раз я помогу. Но когда-нибудь тебе придется вернуть мне этот долг вместе с %№@#^$&». Последние слова неразборчивым бормотанием растворились в окружении, а некая таинственная сила стала насильно вытягивать из памяти ученого обрывки воспоминаний о родной планете и составлять из них нечто, похожее на старую кинопленку. *Тр-р-р-р* Со звуком допотопного проигрывателя, «пленка» двинулась, открывая перед настоящим Медсоном мутную картину его нелегкого труда в лаборатории. На ней мужчина в белом халате нависал над громоздким аппаратом и что-то активно выстукивал на его клавиатуре. «Соотношение электронов и позитронов оптимальное» высветилось на небольшом экране устройства, и оно приятно загудело. В ту же секунду, как Джон прочел эту короткую надпись, в его сознании произошел взрыв, а картинка рассыпалась на осколки. – Я понял! – Он резко открыл глаза и вскочил с кровати. Его взгляд был безумен, волосы на теле встали дыбом, а дыхание сделалось тяжелым и редким. – Материя и антиматерия! Это же так банально и просто! Если что-то не излучает энергию, то оно ее поглощает! Нарг же четко об этом говорил! Взъерошенный юноша сделал пару вдохов и выдохов, чтобы успокоиться, после чего настроился на ощущения потоков и посмотрел на собственный живот, в который по-прежнему втекала изумрудная дымчатая струя маны. «Вот оно! Моя душа поглощает зеленый поток, поэтому он и течет через тело. Видимо, ей, как и любому командному модулю, на постоянной основе нужно потреблять немного энергии, чтобы всегда быть в строю!» Словно боясь спугнуть свою удачу, полуголый человек открыл рот в немом крике ликования, после чего очень медленно вернул голову на подушку. Эмоции бурлили в нем, словно кипяток в чайнике, однако нужно было заставить себя уснуть. Но кого Джон пытался обмануть? Разве возможно было спать, когда стена, которую ты пытался пробить полтора года, уже утром могла рухнуть. Конечно, ему не терпелось как можно скорее опробовать свою новую теорию, поэтому сегодняшнюю ночь житель дома практически не спал. Только ближе к утру, поддавшись натиску усталости, он смог забыться на несколько часов. Его разбудило ощущение чего-то пушистого с весьма маленькими и острыми коготками. Это нечто суматошно ерзало по его лицу, щекотало нос, кусало за губы и лизало щеки. *Мурк-урк-урк* – Ну-у-у, Вилли, прекрати! Спящий юноша попытался отогнать назойливого питомца, повернувшись на бок и натянув одеяло на голову. *Мурк-урк-урк* Ласка быстро оббежала тканевое препятствие по кругу, после чего начала забраться внутрь через одну из многочисленных складок. Стоило ей оказаться внутри, как она прошмыгнула к ногам и принялась кусать парня за пальцы. – Ай! Ау! Ау! Ксандор несколько раз дернулся, а потом вскочил и сбросил с себя одеяло, чтобы достать злобную пушистую тварь. – Ах ты, маленький террорист! – прокричал он, яростно перетряхивая постельное белье. – Выйди и сразись со мной в честном поединке! Однако коричневой сосиски уже и след простыл. Как только она добилась, чего хотела, а именно: разбудила двуного приятеля, то сразу же спрыгнула с кровати и засеменила к выходу на улицу. Ксандор же еще некоторое время поперебирал свое одеяло и подушку, в попытке поймать несуществующего зверька, но, не найдя того, – плюхнулся на край и сладко потянулся. «Я так много думал над своим открытием, что измотал себя еще до начала тренировки… а ведь я даже не уверен, прав ли в своих выводах». Парень уставился перед собой, и погрузился в собственные мысли, пытаясь оценить то, какой долгий путь ему пришлось преодолеть, а также что он будет делать, если его решение загадки окажется неверным. Некоторое время он сидел смирно и смотрел в одну точку, а потом, будто под действием невидимого переключателя, пришел в себя, встал, оделся и пошел делать утреннюю зарядку, чтобы взбодриться. Последовавшие далее контрастный душ, жаренный стейк из нежнейшего мяса виверны, и чашка свежезаваренного чая с кусочками сушеного груше-дынного плода окончательно отогнали остатки сна и зарядили молодое тело необходимой энергией. Если сделать небольшое отступление и поговорить про рацион питания Ксандора, то его можно было назвать весьма впечатляющим, и, в какой-то мере, изысканным. Ему удалось собрать неплохую коллекцию росших в лесу и пустыне, хоть и странных на вид, но отличных на вкус, овощей и фруктов, испробовать мясо почти всех обитателей пустошей, попавшихся ему на пути, насушить всевозможные травки, ну и конечно же – наделать из всего этого кучу первоклассных блюд. Самыми вкусными, по мнению юноши, оказались именно виверны с их плотной шкурой и нежно розовым, пахнущим чем-то сладким, мясом. Приготовленное на маслянистой выжимке из мякоти черных ягод, со щепоткой измельченных семян растения, похожего на виноград, а также каплей сока волосатых фруктов, пахнущих вином, оно приобретало просто невероятный вкус. Парень очень любил побаловать себя этим деликатесом, особенно, когда нужно было отогнать дурные мысли и поднять настроение. Однако его учитель-дракон не разделял таких пристрастий. Ему больше по душе была сырая рыбная нарезка с солью и кисловатым соком все тех же алых ягод, пахнущих вином, которую его ученик, время от времени, готовил в благодарность за кое-какие услуги, связанные с магией. Ради нее Хозяин Диких земель был готов не только крутить странный механизм в колодце или разводить огонь в камине, но и на что-то более существенное. Правда, он старался тщательно скрывать это пристрастие. Не хватало еще, чтобы низшее существо, хоть и не из этого мира, начало пытаться злоупотребить оказанной ему честью. А вот в чем мнения змея и человека совпадали, так это в том, что самыми мерзкими и несъедобными были песчаные гончие. Мало того, что они воняли гнилью и выглядели малоприятно, так их кровью можно было травить насекомых. В отличии от других обитателей пустошей, этих тварей Нарг даже не щадил, и сжигал без остатка при первой же возможности. – А теперь, пора разобраться с этой тайной техникой души, – подбодрил себя Ксандор, отставляя тарелку и вставая из-за стола. Переполненный уверенностью и нетерпением, он вышел во двор, после чего встал в центр кольца из манекенов. Нарг к этому моменту уже лежал на привычном месте и делал вид, что спит. Юноша несколько мгновений сосредотачивался на ощущениях маны вокруг себя, а потом негромко произнес куда-то в пустоту: – Начали. Тут же одна из тренировочных кукол дернулась, чтобы в следующее мгновение швырнуть в него едва уловимый разряд электричества. *Взап* Почти сразу молния угодила в небольшой конус, после чего рассеялась по его поверхности. «Попался!» – На лице Ксандора расплылась довольная улыбка. Именно сейчас краешек его глаза наблюдал за тем, как тонкая струйка синего потока перестала втягиваться внутрь тела первого чучела, и направилась ко второму, заставляя его ожить и метнуть новое заклинание. *Вз-з-з*, *Пуф* Еще не до конца сформированный разряд окутала сфера, от чего тот был вынужден взорваться искрами из-за возникшего короткого замыкания. Это происшествие не осталось незамеченным. Спящий дракон слегка приоткрыл глаз и украдкой взглянул на стоявшего в кругу человека. Тот, как и прежде, неспешно осматривал свое окружение в попытке обнаружить новую опасность, но на этот раз, что-то было по-другому: парень делал это куда как более осознано. Чтобы убедиться в том, что ему не показалось, Нарг решил немного схитрить. На этот раз он влил свою сущность в один манекен прямо перед Ксандором, и в один, расположенный ровно за его спиной. Тот, что был спереди, как обычно, сотворил заклинание молнии, а тот, что оказался в слепой зоне – просто остался неподвижным. Юноша мгновенно отразил лобовую атаку, но на этом больше ничего не сделал. Деревянная кукла, что стояла все это время за его спиной и была наполнена бо́льшим количеством энергии души, нежели ее собрат, так и не удостоилась внимания. – Все еще не понял, – почти шепотом буркнул бело-зеленый змей и закрыл глаз. Он уже готовился продолжить свою монотонную работу, как вдруг был вынужден поднять голову и снова посмотреть на своего ученика. – Странно, – протяну тот, небрежно хлопая ладонью по бревенчатой голове второго манекена, – я же точно ощутил в тебе чужое присутствие. Почему ты не атаковал? Боец уже готовился отвесить бездушному реквизиту легкий пендель, однако его остановил спустившийся с веток дракон. – Вижу, ты, наконец, смог понять, как почувствовать другую душу, – лениво протянул он, принимая человеческую форму. – Это хорошо. – Было сложно, но я справился, – сдерживая порыв радости, ответил Ксандор. Он сложил обе ладони вместе, выставил их перед грудью и низко поклонился. – Спасибо за ваше наставление. – Не стоит меня благодарить раньше времени, – с налетом горделивости, произнес мужчина в кимоно, – ведь тебе еще предстоит отточить этот навык до совершенства. С этими словами он уселся на лужайку возле дерева и погладил подбежавшую к нему ласку. В это же момент сразу три манекена проскрипели своими деревянными конечностями, а в не успевшего сообразить юношу полетела стена яростной магии.