Усами метнула в меня испепеляющий взгляд.
— Заткнитесь! С Кёкой всё в порядке! Это вы тут шумите!
— Ой, прости...
— Не говори так! Это я первая закричала! Это полностью моя вина! — запротестовала Минадзуки. Именно её крик я и слышал. — Не волнуйтесь, учитель Хитома! Спасибо за беспокойство...!
Она была бледной, но, похоже, целой и невредимой.
Я слегка выдохнул.
— Эм... Так в чем дело?
— Н-ничего важного. Просто... произошла путаница с обедом, который мне приготовила комендантша... — нерешительно пробормотала она с страдальческим выражением лица, отводя взгляд от своей коробки с едой.
Обед? Там что, жук оказался?
Я посмотрел на разложенную перед ней еду.
...Вроде совершенно обычный бенто. Он даже чем-то напомнил мне обеды, которые готовила моя мама. Рис, гарнир, салат. Стандартный набор.
— Кёка не может есть рыбные котлетки, — пояснила Ханеда.
Должно быть, на моем лице отразилось полное недоумение.
— Ох... мне так неловко... — Минадзуки закрыла лицо руками.
Рыбные котлетки?..
— ...Видите ли, я русалка, поэтому мне трудно вкушать так называемые дары моря. Ради того, чтобы стать человеком, я заставила себя дойти до стадии, когда я едва-едва могу выносить вид жареной рыбы и сашими! Но... я не могу... я просто не выношу рыбные котлетки. Я не могу перестать думать о том, как это жестоко...!
Ах вот оно что. Поэтому она закричала.
Я снова проверил содержимое ее бенто.
Вот она, проблема.
Внутри лежало несколько ломтиков рыбной котлеты в форме милых зверушек.
Кёка Минадзуки.
Русалка. Поступила три года назад. В этом году переведена в продвинутый класс. Хочет стать человеком, чтобы танцевать.
— Ик... Что же мне делать...? Она так старалась, готовила мне обед. Я буду чувствовать себя ужасно, если не доем...
Минадзуки старательно отворачивалась от еды, чтобы котлетки не попадали в поле зрения.
Понятно. Я...
— Эй, Кёка, давай поменяемся?
Меня опередили...
Лицо Минадзуки просияло от предложения Огами.
— Ура! Ты уверена?! Ты моя спасительница, Исаки! Не знаю, как тебя благодарить! Кстати, есть что-то, что ты не любишь?
— Не особо. Тогда я заберу твои котлетки. — Чтобы успокоить Минадзуки, Огами широко открыла рот и запихнула в него котлеты. — Ам-ням! — Она прожевала ломтики и проглотила их. — Всё! Их больше нет, Кёка...!
— Спасибо! На тебя всегда можно положиться! Ты мой герой!
Минадзуки осыпала Огами восторгами, и я поймал себя на мысли, что капельку завидую.
...Если бы я съел её котлетки, она бы меня тоже так хвалила?
— Хм-м-м, я съела твои котлетки, так что взамен... О, хочешь мой омлет-рулет? — предложила Огами.
— Ну что ты! Это слишком!
— Всё в порядке. Бери.
Я считал Огами тихой, замкнутой студенткой, которая не любит выделяться, но, оказывается, она довольно заботливая.
Они отлично ладят.
Раз проблема решена, можно и чаю глотнуть...
Договорившись об обмене, Огами подцепила палочками свой омлет и протянула его Минадзуки.
— Вот, Кёка, скажи «а-а-а».
— Пф-ф-ф!!!
Я чуть не выплюнул чай, не веря своим глазам.
«Скажи а-а-а»?! Это реально существует?! Со мной такого ни разу не случалось за все двадцать девять лет жизни!
Это норма в мире старшеклассниц?! Серьезно?!
— Ой, спасибо! — Минадзуки с улыбкой обхватила губами палочки Огами. Её довольное лицо буквально кричало: «Вкуснотища!»
Что мне делать? Такое чувство, что я здесь лишний...
— ...Вы пялитесь, учитель Хитома, — поддела Ханеда. Она наблюдала за мной с ухмылкой на губах.
— Н-нет! Вовсе нет!
— Мерзость, — фыркнула Усами.
Я запаниковал.
— В-вы всё не так поняли, обе!
Они обе закатили глаза.
Минадзуки и Огами продолжили наслаждаться обедом.
Пятый урок у меня был свободным. Я планировал использовать его, чтобы подготовиться к занятию в среднем классе на шестом уроке, поэтому вышел из кабинета.
Когда я уже уходил, Ханеда высунула голову в коридор и окликнула меня.
— Учитель Хитома, вы свободны на следующем уроке?
— Не совсем, а что?
Это был запрос от Ханеды, которая обожала меня подкалывать. У меня было предчувствие, что ничего хорошего она не предложит. Возможно, даже что-то коварное.
— Видите ли, у нас сейчас физкультура. Не хотите прийти посмотреть?
— Посмотреть на вашу физкультуру?
— Ага. Думаю, это самый быстрый способ понять наши сильные и слабые стороны.
— Ну... наверное?
Для оценки студентов действительно важно понимать, насколько их физические возможности соответствуют человеческим. Пожалуй, наблюдение за физкультурой — хорошая идея.
Например, студенты начального класса, еще не привыкшие к своим телам, иногда встают на четвереньки, когда отвлекаются.
Само собой, за такое отклонение от человеческого поведения снимают баллы.
— А кто ведет физкультуру? — спросил я Ханеду.
— Госпожа Судо. Я уже получила её разрешение.
— Эм, бежишь впереди паровоза...
Она спросила госпожу Судо еще до того, как поговорила со мной?
— Эй, инициатива наказуема... в хорошем смысле, — небрежно бросила она.
Но много ли людей на самом деле воплощают свои мысли в действия?
Понятно, почему Ханеда в продвинутом классе.
Инициатива... полная противоположность мне...
Я сдался.
— Ладно... Это хорошая возможность. Почему бы и нет...
— Круто. Спасибо. — Она повернулась к остальным. — Эй! Учитель Хитома сказал, что придет посмотреть на физру!
Минадзуки выскочила из класса, сверкая глазами.
— Учитель Хитома! Вы правда придете посмотреть на нас?! Как здорово! Мы сегодня будем танцевать! Все просто великолепны! Я бы очень хотела, чтобы вы увидели!
А, у них танцы. Минадзуки же говорила, что хочет танцевать. Значит, сегодняшний урок как раз по её части.
— О нет... Учитель Хитома будет смотреть, — пробормотала Огами. — Я начинаю немного нервничать...
— Забей на него. Представь, что он предмет мебели. По сути, так оно и есть.
Усами... Похоже, она считает меня грязью на подошве, но, по крайней мере, её сочувствие к Огами достойно восхищения.
— Усами-и-и... — захныкала Огами.
— Перестань хлюпать носом. Бесит.
Видимо, я не единственная мишень для острого языка Усами. Она такая со всеми.
Обновлено: 03.02.2026