Глава 129 — Глава 129. Всё снято! Срочное совещание!

«Скоро двенадцать…» — Доктор Сатоми то и дело поднимал глаза на настенные часы. На его лице читалась смесь волнения и ожидания. Яркий свет неизбежно падал ему на лицо, когда он поднимал голову. Доктор Сатоми прищурился, глядя на лампу дневного света над головой. Свет был ярким, но от него становилось как-то не по себе. Больница — удивительное место. Даже светлым днём здесь царит такая холодная атмосфера, что чувствуешь себя оторванным от мира, одиноким. Наверное, потому что больница — это место, наиболее близкое к смерти, словно граница между миром живых и царством мёртвых. Свет может разогнать тьму, но он не может развеять самый древний инстинкт человека — страх смерти. На посту дежурной медсестры, кроме доктора Сатоми, были ещё две медсестры. Одна из них — молодая практикантка, дежурившая и вчера ночью. Сейчас она с восторгом крутила в руках видеокамеру. А вот старшей медсестры Асано здесь не было, её сменила другая женщина лет пятидесяти с суровым выражением лица. — Старшая медсестра, вы сегодня дежурите? А где Асано? — Доктор Сатоми знал больничные правила: ночные дежурства у медсестёр менялись раз в неделю, а время смены Асано ещё не пришло. — Асано взяла отгул. Сегодня я её заменю, — ровно ответила старшая медсестра. После вчерашнего ночного происшествия доктор Сатоми и медсестра Асано немедленно доложили о случившемся в сестринское отделение. Новость всполошила многих врачей и медсестёр, дежуривших ночью, даже старшая медсестра поднялась среди ночи и примчалась на 13-й этаж. Призрак профессора Курокавы вернулся в больницу, чтобы проводить операции — в такую немыслимую историю сестринское отделение, конечно, не поверило, основываясь лишь на словах нескольких человек. Они заподозрили, что доктор Сатоми просто увидел во сне то, о чём много думал днём, и принял это за реальность. Но то, что трое человек одновременно испытали одну и ту же галлюцинацию, было странно. Вся эта история отдавала какой-то жуткой мистикой. Решив не раздувать из мухи слона, сестринское отделение в итоге списало всё на ошибку. Возможно, они что-то не так увидели, или это была чья-то злая шутка. Доктор Сатоми и медсестра Асано проработали в больнице много лет и пользовались хорошей репутацией, поэтому дело замяли. Асано получила лишь лёгкий выговор от сестринского отделения. Никто не хотел, чтобы по больнице поползли слухи о сверхъестественном. Нехорошо, если их услышат пациенты или сами сотрудники. Поэтому немедленно был издан приказ о неразглашении. Асано же после вчерашней истории с призрачным доктором испытала сильный стресс и была напугана до смерти, поэтому решила взять отгул и отдохнуть дома. «Значит, старшая медсестра пришла на замену… Похоже, сестринское отделение всё же обеспокоено нашим докладом», — подумал про себя доктор Сатоми. Старшая медсестра, хоть и выглядела суровой, в душе тоже чувствовала некоторую беспомощность. Хотя больница и приказала молчать, жуткая история о передвигающихся трупах в морге и слухи о вернувшемся призраке профессора Курокавы, проводящем операции, неизбежно расползлись среди персонала. Медсёстры были напуганы, и в такой напряжённой обстановке никто не захотел заменять Асано на ночном дежурстве. У старшей медсестры не оставалось выбора, кроме как выйти самой, в том числе и для того, чтобы успокоить персонал. На самом деле, старшая медсестра не особо верила во всякую чертовщину. За полжизни работы в больнице она видела несчётное количество трупов, но ни разу не встречала призраков или чего-то подобного. Однако то, что за один день в больнице при Медуниверситете появилось сразу два слуха о привидениях, было действительно ненормально. Старшая медсестра решила лично проконтролировать ситуацию, чтобы выяснить, было ли это просто совпадением или кто-то устроил розыгрыш, притворяясь призраком. Что касается другой практикантки, то она, узнав из последующих разговоров, что тот бледный доктор-красавчик был на самом деле умершим год назад профессором Курокавой, дрожала всем телом — отчасти от ужаса, отчасти от возбуждения. Эта девушка, всегда интересовавшаяся городскими легендами, не была из робкого десятка (досл. «не была как князь Е, который любил драконов [только на словах]»). Наоборот, она обладала дерзостью новичка (досл. «телятины, не боящейся тигра»), сама раздобыла видеокамеру и с энтузиазмом готовилась заснять всё из первых рук. Стрелки настенных часов приближались к полуночи, и атмосфера на посту становилась всё более напряжённой. Даже старшая медсестра, не особо верившая в сверхъестественное, то и дело поглядывала на часы. — У-у-у… у-у-у… — Вдруг из коридора донёсся детский плач. Практикантка вздрогнула. Хоть ей и было страшно до смерти, глаза её заблестели: — Началось? Она посмотрела на часы. До полуночи оставалось ещё больше минуты. К тому же, судя по звуку, плакал ребёнок, голос был совсем не похож на вчерашний низкий, бархатистый голос профессора. Неужели сегодня явится призрак ребёнка? Пальцы практикантки, сжимавшие камеру, побелели. — У-у-у, бабушка, я не хочу тебя покидать… — Хорошая моя, не плачь. Бабушка всегда будет с тобой. Лицо старшей медсестры слегка изменилось. Она прислушалась, затем глубоко вздохнула и спокойно сказала: — Это из палаты 1302. Похоже на плач девочки. Наверное, пациентка с первой койки и её внучка. — А, это та десятилетняя девочка, — кивнул доктор Сатоми. Сегодня он пересмотрел истории болезни всех пациентов на тринадцатом этаже и знал их данные наизусть. Тем более, пациентку из палаты 1302 и её семью он запомнил хорошо. На первой койке лежала шестидесятипятилетняя старушка с раком печени в последней стадии. Изначально она лечилась в другой больнице. Тогда у неё была лишь средняя стадия рака печени, и трёхлетняя выживаемость после операции была не такой уж низкой. Но её состояние внезапно резко ухудшилось, раковые клетки начали распространяться с немыслимой скоростью, и её перевели в больницу при Медуниверситете в поисках последнего шанса. Однако после обследования врачи пришли к выводу, что медицина бессильна. В её нынешнем состоянии она точно не доживёт до конца года, а если не повезёт, то ей осталось всего три-четыре месяца. — Как жаль… У неё из прямых родственников остался только этот ребёнок. Если бабушка умрёт, что будет с девочкой? — вздохнула старшая медсестра. Муж, сын и невестка старушки, похоже, погибли в результате несчастных случаев. Осталась только внучка. После того как бабушку положили в больницу, к ней зачастили многочисленные дальние родственники, проявляя показную заботу и участие, от которых устали даже медсёстры. Целая толпа родственников устроила безобразную грызню за право опеки над девочкой, дело доходило даже до драк в больнице. Причина была проста: старушке принадлежал целый многоквартирный дом в районе Синдзюку. Узнав, что дни её сочтены, эти родственники начали беззастенчиво обсуждать прямо под дверью палаты, как будут делить её дом. О судьбе самой девочки они почти не заботились. Старушка однажды даже потеряла сознание от переживаний, а очнувшись, могла лишь обнимать внучку и плакать. Доктор Сатоми не выдержал этого и вызвал охрану, чтобы выгнать этих родственников-кровопийц и запретить им беспокоить пациентку. — Эти мерзавцы! Какая подлость! — Вспомнив об этом, доктор Сатоми возмутился, но он был бессилен что-либо сделать. Если старушка умрёт, опека над девочкой наверняка достанется кому-то из этих корыстных родственников. До совершеннолетия девочки опекун мог бы управлять её имуществом, а если бы с девочкой что-то случилось, то всё это богатство перешло бы в руки опекуна. Целый дом в Синдзюку — это астрономическая сумма. Доктор Сатоми был готов подозревать этих родственников в самых худших намерениях. Но что можно сделать против неизлечимой болезни вроде рака печени в последней стадии? Разве что случится чудо. Чудо? Чудо, подобное тому, что случилось с госпожой Эбиной, чей рак желудка из последней стадии превратился в раннюю, уже произошло однажды. Значит, оно может произойти и во второй раз! Доктор Сатоми с надеждой посмотрел на двери лифта. Тик! — раздался щелчок настенных часов. Наступила полночь! Бззз… — Лампы дневного света на посту и в коридоре снова замигали, а в следующую секунду свет погас. — Опять отключили? — Лицо старшей медсестры стало мрачным. После вчерашнего отключения хозяйственная часть уже отправила электриков тщательно проверить всю электросистему тринадцатого этажа и лифтовую шахту. Электрики клятвенно заверили, что всё исправно. — Учитель Курокава идёт! — Доктор Сатоми выбежал из-за поста и бросился к лифтам. Увидев это, старшая медсестра и практикантка переглянулись и последовали за ним. Они подошли к лифтам и увидели, что служебный лифт медленно приходит в движение. Ночью он обычно стоял заблокированным на первом этаже. Индикатор показывал, что лифт поднимается с первого этажа. Все трое молчали. Вокруг было так тихо, что слышно было, как упадёт иголка. Старшая медсестра слышала стук собственного сердца. Краем глаза она заметила, что практикантка слегка дрожит, но крепко держит камеру, направленную на двери лифта. Служебный лифт беспрепятственно поднялся на тринадцатый этаж. Двери открылись, и из кабины вышел элегантный врач средних лет с красивыми усами щёточкой. — Это действительно профессор Курокава! — Старшая медсестра, проработавшая в больнице полжизни, не могла не узнать этого бледного мужчину. У неё в голове загудело, словно ударили молотком, на лице отразилось крайнее недоверие. А затем всё её существо охватил сильнейший ужас! Давно умерший профессор Курокава… действительно вернулся. — Где пациент? — Профессор Курокава по-прежнему был холоден и бесстрастен. Как автомат, он слово в слово повторил вчерашний вопрос. Он не обращал никакого внимания на стоявших перед ним людей, даже на практикантку, снимавшую его на камеру. — В палате 1302! — Доктор Сатоми, кажется, нащупал способ общения с призраком профессора Курокавы и немедленно ответил. — Готовьтесь к операции! — бросил призрак профессора Курокавы и направился прямо к палате 1302. Доктор Сатоми и практикантка, уже видевшие это однажды, были морально готовы и сразу последовали за ним. А вот старшая медсестра, хоть и повидала многое за время работы в больнице, впервые столкнулась с паранормальным явлением лицом к лицу. Её лицо посинело, губы шевелились, она хотела пойти за ними, но ноги словно ватные, совершенно не слушались. В палате, на койке у двери, лежала измождённая старушка, нежно гладившая девочку, которая, наплакавшись, уснула у неё на коленях. «Если я умру, что будет с Харуко?» — Амитабха, — прошептала старушка со слезами на глазах, молясь всем богам и Буддам, чтобы они дали ей ещё хоть немного времени. Её внучке всего десять лет, она должна защищать её, пока та не вырастет. В этот момент дверь палаты открылась, и первым вошёл мужчина-врач с бесстрастным, пепельно-серым лицом. — Состояние критическое, требуется немедленная операция. Старушка почувствовала, как у неё потемнело в глазах, и она провалилась в сон. Палата 1302 была двухместной. Кроме старушки и её внучки, там был ещё один пациент — маленький ребёнок, который уже спал. Рядом сидели мужчина и женщина, похожие на его родителей. Они тоже выглядели подавленными — то ли из-за собственного горя, то ли сочувствуя соседке по палате. — Вы врач из этой больницы? Я вас раньше не видел. Что-то срочное так поздно? — Мужчина, увидев незваного гостя, почувствовал неладное и тут же встал, чтобы задать вопрос. Но в следующую секунду он встретился взглядом с жуткими белыми глазами профессора Курокавы. Неведомая сила словно сдавила ему горло, сильнейший ужас охватил мужчину. Его кадык дёрнулся, но он не смог вымолвить ни слова, застыв на месте. — Операция началась! — Профессор Курокава подошёл к кровати старушки, возложил руки над её грудью, и между его ладонями вспыхнуло призрачное синее сияние. Через минуту профессор Курокава убрал руки и замер на месте. «Осталось двое… Спасти ещё двоих, и я смогу…» — А-а-ха-ха-ха-ха! — Профессор Курокава разразился таким же безумным смехом, как и в прошлый раз. Затем он, словно невзначай, бросил взгляд на стоявшего в дверях доктора Сатоми и снова растворился в белом дыму. Доктор Сатоми глубоко вздохнул. Может, ему показалось, но выражение лица профессора Курокавы стало чуть более живым, чем вчера, когда оно было почти мертвенным. — Сняла… Доктор Сатоми… — Практикантка была бледна, ноги её подкашивались, голос дрожал, но в нём слышалось нескрываемое возбуждение. — Всё! Я всё сняла! ________________________________________ На следующий день в конференц-зале больницы при Медуниверситете царила гнетущая, почти удушающая атмосфера. Здесь собрались не только заведующий медицинским отделением профессор Норитика, но и директор больницы, и всё высшее руководство. Совещания такого уровня проводились лишь несколько раз в год. «Я точно не сплю?» — Профессор Норитика с каменным лицом отложил отчёт об обследовании. — «Этот тип Курокава… Профессор Курокава стал призрачным доктором… и может лечить рак?» На этот раз были не только слова доктора Сатоми. Показания старшей медсестры, родственников пациента — всё сходилось. К тому же только что на проекторе показали видеозапись. Столько доказательств лежало перед ним, что он больше не мог притворяться глухим. ________________________________________ Примечания: • Сестринское отделение (护理部): Административное подразделение больницы, отвечающее за работу медсестёр. • Увидел во сне то, о чём много думал днём (日有所思夜有所梦 - Rì yǒu suǒ sī yè yǒu suǒ mèng): Китайская пословица, означающая, что дневные мысли и заботы часто проявляются во снах. • Синдзюку (新宿区 - Shinjuku-ku): Один из центральных специальных районов Токио, известный деловой и развлекательный центр с очень дорогой недвижимостью.