Джокер.
Уютная комната отдыха.
Здесь находились две девушки и один юноша.
Розе, зарывшись в мягкие подушки дивана, вовсю предавалась лени, а Мерди и Бартон потягивали чай за соседним столиком.
В какой-то момент Розе, старательно проверявшая панель на запястье, начала страдальчески кряхтеть.
— Ну почему он не отвечает?
— Ты о ком?
— Мы вчера должны были вместе тренироваться. И сегодня он на занятия не пришел.
— А-а, тот самый ученик? — Мерди с любопытством сверкнула глазами.
Для нее Лемон был личностью крайне занятной. Как такое ничтожество смогло привлечь внимание Розе? Мерди решительно этого не понимала.
— И чем же он тебе так приглянулся?
— Лемон? Ну… он же классный!
— Только не говори, что всё из-за той нелепой «храбрости». К тебе и раньше подкатывало немало парней, и ты всех отшивала. А тут вдруг сдалась?
В академии сила – это власть. К тому же все, кто здесь живет, – гении. Несмотря на юный возраст, они прекрасно осознают свое положение.
Поэтому в академии кипят политические страсти, пусть и не такие масштабные, как у взрослых. И Розе, обладающая не только силой, но и прекрасным характером, получала множество приглашений. Их было столько, что она в совершенстве овладела искусством холодного отказа.
— Ну-у… — Розе забегала глазами, явно пытаясь «подумать». Наконец Мерди дождалась ответа.
— Понимаешь, сначала мне его тело показалось необычным, вот я и согласилась на спарринг. Но он оказался куда слабее, чем выглядел, я его чуть не прибила. Стало неловко, начала поддаваться, а потом он мне как-то всё больше и больше нравился…
Розе путано излагала свои чувства, как умела. Но в итоге всё сводилось к «как-то само получилось».
Мерди это крайне не понравилось.
— И ради этого ты сама вызвалась быть его мастером? Мусор, как его ни расти, останется мусором.
В ту же секунду атмосфера вокруг Розе изменилась.
Выражение ее лица осталось прежним, она просто посмотрела на Мерди, но воздух в комнате словно налился свинцом.
— Это не так, Мерди.
— Да неужели? А по мне, ты просто нашла себе игрушку.
Мерди, принявшая на себя этот тяжелый взгляд, не стушевалась. Напротив, она расплылась в улыбке, продолжая задевать подругу.
— Думаешь, я бы стала обучать стилю Розе ради шутки? У Лемона есть потенциал.
— Ой, правда? Верится с трудом. Слушай, а когда он тебе надоест, скажешь? Я бы тоже не прочь с ним поиграть.
Градус напряжения подскочил еще выше. Лицо Мерди раскраснелось от возбуждения.
«О-о-о. Да, вот оно».
У Мерди закололо в носу. Резкий выброс эндорфинов заставил кровь прилить к голове. Это было то самое удовольствие, которое давало ей почувствовать себя живой.
Образ жизни Мерди можно было описать одним словом – гедонизм.
Обладая колоссальной сверхспособностью с самого рождения, она воспринимала мир как хрупкую игрушку, с которой нужно обращаться крайне осторожно. Стоило ей совершить малейшую оплошность, и люди вокруг гибли как муравьи.
Ее боялись, ее называли монстром. Даже собственные родители.
Попытки похищения, убийства, мошенничества со стороны тех, кто жаждал ее силы, не прекращались никогда, но всё это она считала лишь забавными играми – настолько велика была ее мощь.
Постепенно Мерди стало скучно. Всё вокруг потеряло смысл.
Поступление в академию КГ стало для нее большой удачей. Среди «муравьев» она нашла равных себе людей. Целых троих.
И Розе интересовала ее больше всех. Мерди поняла, что, просто следуя за ней, она никогда не соскучится, поэтому всегда старалась быть рядом. К тому же накопившийся стресс можно было выплеснуть вот так – разве не чудесно?
— Хватит вам обеим. — В тот момент, когда противостояние готово было достичь точки невозврата, вмешался Бартон.
Раскаленный воздух мгновенно остыл. Температура упала настолько резко, что на волосах Розе и Мерди выступил иней.
— Остудите пыл.
— А?
— У вас уже два предупреждения. Директор только недавно делал внушение, а вы снова ищете проблем? Хотите драться – идите в тренировочный зал.
— Ах! Точно. Предупреждения. — Розе состроила плаксивую гримасу.
Три предупреждения означали серьезные санкции. Розе было плевать на многое, но перспектива перехода на безвкусные пищевые брикеты пугала ее больше конца света.
Бартон перевел взгляд на Мерди.
— Не провоцируй Розе попусту. Тебе это тоже не выгодно.
— …Хм.
Мерди смахнула иней с волос и, как ни в чем не бывало, поднесла чашку к губам. Но тут же отставила ее.
— Он же ледяной…
— Держи. — Бартон незаметно подменил ее чашку на новую, со свежезаваренным чаем.
— Ой? Что это с нашим бесчувственным ледяным принцем?
— Я его остудил, я и исправил.
— Ой ли, правда-правда?~
Бартон проигнорировал ее слова и вернулся на свое место. В этот момент раздался настойчивый гул, и панели на их запястьях завибрировали. Одновременно в комнате ожил динамик оповещения.
[Внимание! Объявлен первый уровень опасности. В жилом блоке №9 зафиксирован сигнал пришельца. Просьба соблюдать осторожность].
— Первый уровень? Можно не дергаться.
Мерди и Бартон тут же потеряли интерес. Наверняка какая-нибудь утечка. Обычно такие случаи были результатом чьей-то халатности и случались с завидной регулярностью.
Но реакция Розе была иной.
— Девятый блок?! Там же комната Лемона!
Подскочив с дивана, Розе пулей вылетела из комнаты отдыха. Бартон, словно так и планировал, машинально прибрал за собой и за ней, после чего последовал за подругой.
Мерди, подперев подбородок рукой, задумчиво посмотрела на закрывшуюся дверь.
— Неужели там и правда что-то есть?
Тихий стук ее пальцев по столу эхом разносился по опустевшей комнате.
Сонный паралич.
Такое чувство, будто тело погружено глубоко под воду и не слушается. Впрочем, это не было так уж мучительно. Если вспомнить, что до этого каждый раз, засыпая, я видел кошмары, сейчас мне было куда спокойнее.
«Надо бы вставать».
Но вечно так лежать нельзя. Кажется, я проспал уйму времени. Я сосредоточился, пытаясь прийти в себя. Благодаря тренировкам стиля Розе сознание довольно быстро всплыло на поверхность.
И едва я открыл глаза, по ушам ударил резкий крик.
— Лемон!
— А?
Прямо перед собой я увидел знакомые алые волосы. Розе. Ее рука была занесена над моим сердцем, словно она собиралась меня ударить. От неожиданности и страха за свою жизнь я заорал:
— Проснулся я! Слышишь, проснулся!
— …Ну и слава богу. — Розе с разочарованным видом опустила руку.
Но что она здесь делает? Если вспомнить, что вход в чужую комнату возможен только с разрешения владельца, это вызывало вопросы. Мое недоумение разрешил Бартон.
— Ты в лазарете. Нам сказали, что ты заразился от пришельца, вот мы и пришли навестить.
— Заразился?
— Говорят, сейчас признаки инфекции полностью исчезли. К слову, ты не приходил в сознание три дня.
— …
Это что же, неужели? Я невольно взглянул на Розе. Судя по тому, как она кивнула, виноват был я сам. Я чувствовал себя неважно после того, как применил сверхспособность и внедрил себе гены пришельца, но не ожидал, что последствия будут такими тяжелыми.
«Если подумать…»
У Лемона тоже был период тяжелой болезни после первого контакта с Мамонтом, когда пробудилась его сила. Зная это, мне следовало быть осторожнее.
— Наверное, тут такой переполох поднялся?
— Был первый уровень опасности. Но, кажется, всем было плевать.
— И слава богу.
— Вовсе не слава богу. Мы-то перепугались. — Раздались новые голоса, и в палату ввалилась группа людей в разной униформе. Администраторы академии. Ну да, даже если инцидент пустяковый, всё, что связано с пришельцами, нельзя просто так оставить без внимания.
— Время посещения окончено. Просим гостей на выход. Курсант Леонард Монарх, не могли бы вы уделить нам немного времени для разговора?
— Будем ждать снаружи, Лемон.
К счастью, беседа с администрацией затянулась ненадолго. Зная о моей просьбе предоставить живого пришельца для опытов, они быстро проследили причинно-следственную связь. К тому же, учитывая повседневный хаос академии с ее невообразимыми происшествиями, инцидент первого уровня не тянул на суровое наказание.
Я раскрыл часть своей способности в пределах допустимого, получил предупреждение и был отпущен. К моему сожалению, в повторной выдаче пришельца мне было отказано.
— Ха… ха!
— Отличная работа.
Из лазарета я отправился прямиком в тренировочный зал. Розе, понимавшая изменения в моем теле лучше кого бы то ни было, наставляла меня со всем усердием.
— Кх-х-х!
— Удивительно. Твоя реакция явно стала острее.
— И что… ха… толку-то… фу-ух.
— Нет-нет. Для твоего уровня ты лихо перемахнул через то, чего можно добиться обычными тренировками. Стал верткий, как муха.
Как муха? Гребень бы на такое оскорбился.
Перед спаррингом я был полон уверенности. Мелкие волоски на теле превратились в подобие новых органов чувств, став невероятно чувствительными. Я ощущал движения в пространстве, даже не видя их, словно рисовал их в уме. И в самом деле, первый удар Розе я уклонился.
Ровно один раз.
Дальше меня, как обычно, весело отделали.
Удивительно: я видел траекторию ее кулака, но всё равно не мог уйти от удара.
— Не слишком доверяй этому чувству. Оно полезно, но применимо лишь в очень узких рамках. Его легко обмануть.
— В узких рамках?
— Ага. Например, вот так?
— Что ты на меня смотришь? — Розе по привычке перевела стрелки на Бартона. Тот перевел взгляд с нее на меня, указал на себя пальцем, и когда Розе кивнула, с неохотой сложил указательный и большой пальцы, после чего щелкнул в мою сторону.
Хлысть!
Резкий звук.
— А… — Я и сам не заметил, как вскочил и принял защитную стойку. Мое тело чересчур остро среагировало на поток воздуха. Этот мимолетный ветерок показался мне острием меча, летящим в лицо.
— Ты сейчас не можешь отличить обычные чувства от новых. К тому же ты излишне чувствителен. Если бы здесь было шумно, всё было бы куда плачевнее. И еще… — Температура вокруг резко упала. Бартон начал поглощать тепло. Когда холод стал обжигать лицо, я понял, к чему он клонит. — Как видишь, окружающая среда тоже сильно влияет. А если учесть, что в бою с пришельцами ты будешь закован в цельный доспех, это чувство окажется сильно ограничено.
— …Твоя правда.
Я-то считал это отличной способностью, но, кажется, ошибался.
— Да не вешай нос. Если научишься пользоваться этим в нужный момент – это будет грозное оружие. Я тебе в этом помогу. — Розе подошла к приунывшему мне и снова принялась ощупывать мое тело.
— Меня другое больше удивляет. Вот этому я даже завидую. — Она сосредоточенно изучала мои запястья и пятки – места, куда я внедрил гены пришельца. Повнимательнее присмотревшись, она погрузилась в раздумья, а затем забормотала что-то себе под нос.
— Значит, вот так… а здесь… хорошо. Поняла.
Внезапно Розе замерла в медитации. Самосозерцание. Способность вот так легко входить в это состояние поражала. Это было доказательством того, что она полностью контролирует каждую клетку своего тела своей волей.
Но на этом она не остановилась. Тело Розе начало мелко и быстро вибрировать.
«Что она творит?»
Сначала я не понял. Но спустя время ощутил странную неправильность. Присмотревшись, я понял: очертания тела Розе едва заметно менялись.
— Да вы издеваетесь!
Обновлено: 23.01.2026