Глава 7 — Глава 7

… Ур.50 Паладин Ко Енму – [3] Гонук яростнее всех отвлекал на себя врагов, поэтому и союзники не сводили с него глаз. Подполковник Ко Енму, заметивший эту отчаянную схватку, решил похвалить его, заодно посмеявшись над собой: — Стыдно признаться. Мы с тобой, Гонук-сси, оба паладины, но разница бросается в глаза. — О чём вы? Вы командовали, стреляли из ружья – делали всё, что нужно. — Разве это командование – тридцать девять человек? Так, орал «держать строй» да «огонь». Я даже мечом никого не задел. А вот ты, Гонук-сси, в одиночку косил врагов. — Я был в передовом дозоре, оторвался от группы. У меня было больше свободы действий. — Если бы все могли так драться в отрыве от своих, мы бы не держали строй. В любом случае, ты отлично поработал. А теперь… — он вздохнул. — …теперь моя очередь хлебнуть горя. Подполковник Ко Енму оглядел других игроков. У всех были такие лица, словно рухнул мир. Победа, которую трудно назвать победой. Первый же бой принёс потери. Пятеро. Из девяти упавших половина погибла на месте. Их, конечно, воскресили. Жрецов взяли с запасом, так что заклинаний воскрешения хватило на всех. Но воскрешение не решает всех проблем. Ощущение смерти и возвращения ужасно. После такого не то что драться – ходить тяжело. Один из воскрешённых магов взмолился, обращаясь к подполковнику Ко Енму: — Верните меня в тыл, пожалуйста. Магом оказался сорокачетырёхлетний аджосси. Его призвали только потому, что он вложил в игру кучу денег и прокачал персонажа. Армия, ссылаясь на военное положение, подняла призывной возраст гражданской обороны до сорока пяти лет. Будь правительство дееспособным, это назвали бы произволом, но сейчас… Возможно, поэтому подполковник Ко Енму подбирал слова с осторожностью. — А где сейчас тыл? — Я хочу на этаж ниже. Обычно, если умираешь и воскресаешь, отправляют в тыл… Как мне драться в таком состоя… Маг хныкал, забыв о своих сорока четырёх годах. Даже речь у него стала невнятной, язык заплетался. Притворство ради отправки в тыл? Нет. Гонук понимал его состояние. Это действительно кошмарное чувство – и физически, и морально. Беспокойство вызывала реакция командира, но Ко Енму, вопреки ожиданиям, не стал грозить расстрелом за дезертирство или бегство с поля боя. — Вся страна смотрит на нас. Подполковник произнёс это тихо, но маг тут же сорвался на крик: — Телевизоры не работают, кто там смотрит?! Повсюду поднялся ропот. Ко Енму ответил невозмутимо: — Я понимаю вашу реакцию. Понимаю, что вы не в состоянии сражаться. Но если собрать всех больных в тылу, лучше не станет. Давайте просто устроим долгий привал, а потом двинемся дальше. — От отдыха легче не станет! — Знаю. Но это лучшее, что мы можем сделать. Чтобы хоть как-то продвигаться вперёд… — А зачем нам вперёд? Мы даже не солдаты! — Если мы не будем драться сейчас, последствия могут быть непредсказуемыми. — Вот сам и дерись! Это долг таких сапогов, как ты! Ко Енму не стал спорить. Но и игнорировать выпад не стал. Он обвёл взглядом трясущегося мага и остальных игроков, прикрыл глаза, а затем заговорил: — Думаете, я тут распинаюсь из великого патриотизма? Вон вы, Пэ Енсок-сси, сколько в среднем зарабатываете в месяц? — Двести миллионов… — А я едва наскребал двенадцать миллионов вон. Цены скакнули в восемь раз, а нам платили те же гроши. Я в офицерской столовой лишний кусок мяса взять стеснялся… Знаете, почему я терплю такое отношение и торчу здесь? Потому что если мы сейчас уйдём – нам пиздец. Полный пиздец! Если сбежим, никто из нас не сохранит своё положение! — Это угроза? — Нет, это касается и меня! Чтобы я мог получать свою нищенскую зарплату, я должен выполнять приказы! Если операция провалится и Инчхону конец, думаете, люди скажут: «А, ну рейд не удался, бывает»? Нет! Ни за что! Нас посадят или расстреляют, но просто так не отпустят! С нас спросят по полной. Мы больше не сможем зарабатывать, лениво поколачивая жалких кобольдов! Кто-то буркнул: «Я кобольдов и не бил никогда», – но на этом возражения закончились. То ли сработало признание подполковника, что он такой же игрок, выполняющий приказы, то ли проснулось сочувствие или понимание, но все притихли. Ко Енму с мрачным видом пробормотал: — Сбежим сейчас – нам конец. Крышка. И Инчхону, и нам. Люди и так не особо уважают нас, сверхлюдей, которые получили силу, играя в игрушки. Пока нам позволяют зарабатывать деньги… Но если мы сбежим, станет хуже. Нельзя давать им повод для репрессий. Ко Енму снова обвёл взглядом игроков. Лица по-прежнему выражали недовольство. Но, радуясь уже тому, что они молчат, он продолжил: — Отдохнём немного – и снова в бой. В итоге объявили привал, так никого в тыл и не отправив. Подполковник Ко Енму отошёл от группы, наблюдая за отрядом со стороны. Он старался держать лицо и выглядеть суровым командиром, но, подойдя ближе, Гонук услышал его бормотание: — Сдохнуть можно… Чувствуя укол вины, Гонук заговорил: — Извините, что возвращаюсь к уже решённому вопросу, но, может, стоит всё-таки отделить тех, кто умер и воскрес? Я сам много раз проходил через это и знаю: так будет лучше. Лицо Ко Енму перекосило. Он ответил резко, словно выплюнул слова: — Знаю. Я и сам пару раз умирал. Прекрасно понимаю, что они сейчас не бойцы. — Тогда почему? — Если я отпущу их из-за плохого состояния, у остальных тоже резко «ухудшится самочувствие». Они ведь знают, что всё равно воскреснут, и могут специально подставиться под удар. Тогда нам конец. Мы и всорокером едва справляемся… Есть другой способ заставить их сражаться в полную силу? Гонук задумался и был вынужден признать правоту командира: — Не знаю. Людей, у которых денег куры не клюют, обещанием награды за заслуги не мотивируешь. — Вот именно. Ситуация паршивая. Несправедливая… У таких насильно призванных солдат боевой дух если упал, то уже не поднимется. Думаю, он останется на этом уровне. Все уже мечтают свалить, и этого не изменить. Но если хоть один уйдёт с фронта, за ним потянутся остальные. И тогда всё рухнет. Гонук посмотрел на подполковника Ко Енму. В его плотно сжатых губах читалось колоссальное напряжение. Командир ощущал то же давление, что и игроки. А может, и сильнее. Это было естественно. Их потрепал не босс, а обычные приспешники, «трэш», бродящий по подземелью. В обычной игре любой атакующий отряд уже давно бы плюнул и вышел из подземелья. «Мы ведь изначально не так сильны, как наши игровые персонажи. Ни навыками, ни духом…» Пока все, пользуясь передышкой, лежали пластом, те, у кого ещё оставались силы, держали круговую оборону. Их взгляд упал на предметы, валяющиеся на земле. Жрецы смерти погибли, оставив после себя не только трупы, но и снаряжение. Один предмет светился особенно маняще. Кто-то подошёл и поднял его. — Дроп? Копьё. «Копье смерти.» Сила + 247. Легендарный, Привязка к владельцу. Доступный класс: паладин, жрец смерти, рыцарь смерти. Когда в голове всплыло информационное окно, Гонук нервно усмехнулся. Игровые элементы в такой обстановке казались чьей-то злой шуткой. Ко Енму, чувствуя на себе взгляды, с трудом поднялся. Он решил взять на себя распределение предметов. Не дело для комбата, но обязанность для лидера группы. Встав перед копьём, он спросил: — Как будем делить? Кинем жребий, как в игре? Один из стрелков ответил: — Отдайте тому здоровенному аджосси. Он там рубился яростнее всех. Все посмотрели на Гонука. Тот смутился, а Ко Енму для проформы спросил: — Есть возражения? Никто не поднял руки. Решено – копьё досталось Гонуку. Поблагодарив остальных, он сжал оружие в руке. В тот же миг копьё исчезло. Произошла привязка к игроку. Он пробормотал «Инвентарь» ради проверки: святой меч исчез, сменившись копьём. Оно оказалось невероятно длинным. Судя по тому, что его нужно было зажимать под мышкой, это было кавалерийское копье. В Dungeon Online такие входили в базовый арсенал паладинов. «Сеттинг гласил, что игроки и монстры обладают сверхчеловеческой силой, поэтому могут имитировать кавалерийский таран даже без лошадей». В теории звучало неплохо, но на практике оружие было сложным. С тех пор как реальность стала игрой, Гонук ни разу не брал в руки копьё. Это оружие добавили с новым патчем, и, хотя силы оно давало больше, чем святой меч, использовать его прямо сейчас было рискованно. С некоторым сожалением он убрал копьё обратно в инвентарь. После распределения добычи началось обсуждение. Разговор шёл о прошедшем бою, который больше напоминал разгром. — Жрецы смерти? Они очень быстрые, используют тактику современной лёгкой кавалерии. Чтобы остановить кавалерию, нужны окопы или массированный шквальный огонь. Окопы рыть некогда, значит, остаётся огонь… Изначальная тактика была такой: маги накладывают контроль, обездвиживая врага, а паладины расстреливают их из миниганов. Это провалилось. Допустим, пули остановил щит, но почему не сработал контроль? У простых приспешников иммунитет к контролю? Один из игроков, мужчина в возрасте, ответил: — Раз они жрецы смерти, то, наверное, владеют жреческими навыками. Может, они использовали заклинание очищения, как обычные жрецы, и сняли контроль? — Непонятно, сняли они его или он просто не прошёл. Я не видел самого момента… Пэ Енсок вмешался: — Я видел. Издалека в темноте было плохо видно, но вблизи я заметил: контроль срабатывает, а потом вдруг исчезает. — Вы уверены? — Думаю, да. На основе этой информации тактику скорректировали. После недолгих споров подполковник Ко Енму подвёл итог: — Основная идея остаётся прежней: сковываем движение и заливаем огнём. Но теперь маги работают парами по одной цели, накладывая контроль с интервалом в пять секунд. Боевой порядок тоже изменим… Исходя из того, что передовую линию могут прорвать, часть паладинов сразу уйдёт в резерв. Ваша задача – находиться в тылу с оружием ближнего боя и защищать атакующий отряд, если враг прорвётся. Гонука определили в резервную группу прикрытия тыла. На этом настояли сами игроки задней линии.