— Не может быть...
Из правой руки Мио-сан выпали палочки.
Я, Матсутомо Юдзи, работал в торговой компании, пока меня не переманила соседка Саотоме Мио-сан, и вот я уже полгода по работе говорю ей «с возвращением».
За это время нам довелось играть всю ночь в Уно, вернуть памятную игрушку Мио-сан, съездить на море, играть всю ночь в Уно, присматривать за моей сестрёнкой, играть всю ночь в Уно, воссоздать вкус омлета Мио-сан, съездить в поход и сфотографировать приведение. Довольно насыщенное время получилось. Такой вот и была наша жизнь.
С тех пор, как стал взрослым, ничего в моей жизни не происходило, а время текло быстрее, чем когда я учился... Я об этом в какой-то статье читал. У меня же получается, что сейчас жизнь более насыщенная, чем когда я учился.
За столом во время ужина внезапно стало напряжённо.
— Вы же не врёте?..
— Думаете, я бы стал врать о таком?
Стоило мне подтвердить, из её глаз пропал огонёк, на краях глаз можно было увидеть слабый блеск.
— Почему, почему вы так говорите?
— Мио-сан...
Под небесами, точнее под лампочкой не согласная Мио-сан была готова заплакать.
— Вы же говорили, что будете ждать меня дома...
— Это.
Ожидаемый вопрос.
Как и ответ.
— Я просто домой еду, конец года всё-таки. Почему вы выглядите так, будто это конец света?
— У-у, было бы такое раз в миллион лет...
— Миллион лет.
— Веселее было бы, если с предками раз в миллион лет встречаться. Получилось бы увидеть ниндзя или аристократа периода Хэйан.
— Скорее с неандертальцами, вот только получится ли с ними поладить?
Мио-сан выглядела так, будто Земля в опасности, хотя это не так.
Я просто пришёл поговорить по поводу возвращения домой.
Уже была вторая половина декабря. Пора было определиться с концом года. И я заговорил за ужином.
— Но до новогодних праздников ещё неделя, а потом ещё неделя...
— Простите, что так внезапно. Хотя не так уж и внезапно, но простите... Вы ведь тоже отдыхаете, потому в этом ничего удивительного.
— Знаю, я знаю. То же летом было.
Когда я вернулся летом, она сидела одна в тёмной комнате и ролики смотрела. Мы решили, что на новый год сделаем что-нибудь значимое, но кто ж знает.
Уже полгода прошло. Никогда не считал себя взрослым, но похоже я взрослею.
— Ещё ведь много времени!..
— Так только дети говорят, которые домашнее задание делать не хотят. Обязательно составьте расписания. Зимние каникулы короткие, вдруг не успеете.
— У меня нет домашнего задания... А, нет ведь?
Кажется такой разговор уже был.
Куда-то мы не туда зашли. Речь идёт о том, что я собираюсь домой, и что в это время будет делать Мио-сан одна.
— Мио-сан, вы домой не собираетесь?
— Нет настолько, что даже «нет» не говорят.
— Нет настолько, что даже «нет» не говорят?
То есть нет.
Её дом находится в префектуре Канагава.
До её подруги детства Ватарасе Микако около двух часов на поезде добираться. То есть вполне можно на выходные съездить.
— Близко ведь, так что это не обязательно.
— Понимаю.
Это как со мной: сейчас, живя в Токио, я сильнее хочу домой, чем когда жил в своей префектуре и учился.
Такое иррациональное существо человек.
— Вернуться в любое время можно, потому я не поеду.
— Это из категории «имея не ценим, потерявши плачем».
— И ещё.
— Да?
— Все родственники спрашивают: «Нашла хорошего человека?»
— Давление со стороны родни?..
— Почему тёти, дяди, братья и сёстры все об одном и том же спрашивают?.. Почему?..
— Так как поступите в конце года? Летом море, осенью были горы, а зимой небо?
— Небо.
— Да, небо.
Мне такое не чуждо. Когда-нибудь и мне скажут: «Хотим внуков увидеть».
И хоть пока про внуков речи нет, невесту все точно увидеть хотят. И потому возвращение домой становится бременем.
— Да, небо — это здорово. Воздух вкусный.
— Скорее почти безвкусный. Это концентрированный кислород.
— Так бы и приправить.
— Так вы не думали, чем заняться?
Так.
Надо что-то решить. Иначе... Конечно может и не как в тот раз, но она так и просидит в комнате... В телефоне будет залипать.
— Но что бы я ни решила, пока вас не будет, я останусь одна... Дома одна... Есть одной, кино смотреть одной, в Уно играть одной...
— Не думаю, что в Уно получится в одиночку играть, Мио-сан.
— А?
— А?
— Можно же одному по кругу идти?
— Это ритуал какой-то?
Не смотрите на меня так, будто просите «сыграем вместе». Кстати, когда мы только встретились, у неё уже были карты, конечно игра не для одного, но неужели она и сама играла?
Кажется я узнал то, чего знать не хотелось, но сразу же вернулся в нужное русло:
— Есть много вещей, которыми можно в одиночку занимать. Можно в путешествие отправиться.
— Поехать куда-то было бы здорово.
— Точно.
— Но когда время наступает, в итоге так никуда и не соберёшься...
— Точно.
— В итоге я так и просижу за телефоном...
— Мы об одном и том же подумали.
Вот так.
Скорее всего всегда так и было. Наверное все шесть лет самостоятельной жизни именно такими и были.
— Такой уж новый год. Сонный.
— Соглашусь.
Что-то не клеится разговор, хотя кое-что имелось. Я всё думал об этом.
Вообще этот разговор случился ещё когда я летом вернулся из дома.
— А... Мио-сан, не хотите со мной в Фукуоку на новый год съездить? Шучу, конечно.
— А-ха-ха...
— ... А-ха-ха.
Тут поднимался один вопрос.
Как я его называл «проблема еды через полгода».
Если ты много общаешься с кем-то, может возникнуть ощущение близости как от семьи. Возникает неловкость и смущение, а любовь и грусть ослабевают.
Сразу думаешь: «А он помнит то обещание?»
Через полгода наступает время, когда ты говорить, что ездил туда-то и ел то-то, и слышишь «пошли в следующий раз вместе», и ты отвечаешь «да». И вот настаёт время. И звучит: «Кстати, а помнишь, мы говорили».
Обещание надо сдерживать. Можно было обронить, а другой человек забудет, ему просто не интересно, и потом неловкость будет. А можешь и сам забыть, а человек запомнил, и тоже некрасиво как-то.
Скорее всего это мука японцев «а помнит ли он это обещание», приправленная «проблемой еды через полгода». Тут надо вдумчиво подходить к делу. Поспешишь — только хуже сделаешь.
— Кстати, как вам мисо-суп сегодня?
— Вкусный.
— Вот и хорошо.
Будь ещё она человеком, которому через социальную сеть можно было спокойно написать «что делать будем?» Тут вопрос скорее не в близости, а в том, какая между нами атмосфера. Если заговорю, а окажется, что она не помнит, странно получится. Хотя я сомневаюсь, что такое может быть.
Помнит или нет? Если помнит, то считает это обещанием? Пока не знаю, стараюсь не касаться темы.
— Кстати, вы другое мисо использовали?
— Нет, то же, просто кое-что добавил.
— Добавили?
— Кинако.
— Кинако. То есть жёлтый порошок.
— С ним можно расширить вкус.
— Расширить способности сои...
Ну и что мне делать?..
***Прозвучал удар молотка. Правда в голове.
— Начнём совещание Саотоме, — сообщила председатель Мио, и все мы зааплодировали.
Да, это воображаемое совещание.
Такое скорее в кино бывает, но помогает мысли в порядок привести. Это симуляция собрания в собственной голове.
Используются все лики меня самой, что расширяет привычный образ мыслей.
— Я, ответственная за ужин, продолжай в том же духе. Нельзя, чтобы Матсутомо-сан что-то заметил.
— Есть. Всю душу вложу в дело.
Пока ужинала, мой мозг работал на полную. Все я в моей голове занимались одним делом.
Обсуждением разговор между мной, Саотоме Мио, и Матсутомо-саном, случившийся летом.
— А... Мио-сан, не хотите со мной в Фукуоку на новый год съездить? Шучу, конечно.
— А-ха-ха...
— ... А-ха-ха.
Ранее этот вопрос уже несколько раз всплывал в моей голове.
Да, вопрос о том, помнит ли он обещание. Вопрос «в следующий раз, когда пойду есть, обязательно позову». Я называю это «вопрос еды через два года».
Рядовая я сказала:
— Масутомо-сан наверняка помнит и сдержит обещание.
Несколько других я закивали. Матсутомо-сан не из тех, кто обещания не сдерживает. Если что-то говорит, всегда выполняет. Вопрос в другом.
— А это точно обещание было?..
Такое себе. Довольно неуверенное. Можно сказать, что шутка, а можно, что приглашение.
Каким-то канатоходцем себя ощущаю. Ощущение такое, будто я на мелкие куски тофу разваливаюсь. Будет неловко, если Матсутомо-сан скажет, что это просто шутка была.
Безопаснее считать это никаким не обещанием. Ну просижу я новый год в телефоне, не умру же.
Но маркетолог Саотоме Мио была решительна:
— А если Матсутомо-сан считает это обещанием.
— И-и правда.
Да, вопрос в том, что он сам думает.
— Вот что значит маркетолог. Ты обязана знать, о чём человек думает.
— Ну так что?
— Хм... Но если это обещание, он должен сказать...
— Точно? На сто процентов? Это ведь то, о чём Матсутомо-сан думает.
— Думаю, это обещание, но поехать вместе...
— А-ба-ба-ба-ба.
— А-ба-ба-ба-ба.
— А-ба-ба-ба-ба.
Ну да. Вряд ли Матсутомо-сан хочет со мной домой возвращаться. Не просить же его в командировку в праздник ехать.
Что же делать?..
— Это, — руку подняла Мио, отвечающая за финансы.
— У тебя есть какая-то идея?
— Предлагаю отложить вопрос о том, делать ли это командировкой в отпуск, думаю, для начала стоит проверить имеющийся бюджет...
— Понятно, про самое важное забыли.
— И надо название для надбавки придумать.
В итоге мы перешли к обсуждению, стоит ли назвать это «надбавкой Фукуоки».
***— ... Будете ещё мисо-суп?
— ... Будьте столь любезны.
— Почему так официально?
— А, простите. С другой собой перепутала.
— С другой собой перепутали?..
Такое ощущение, что ужин каждый в себе провёл.
Но в любом случае проблема, помнит ли она обещания, получила неожиданное развитие через четыре дня.
Обновлено: 07.04.2026